Охота при свете костра - Криста Стрит

А через мгновение я оказалась почти обнаженной на кровати. На мне оставался только лоскуток черного кружева, прикрывающий самую женственную часть тела.

На мгновение Уайетт навис надо мной, его глаза превратились в расплавленное золото.

— Я никогда не устану смотреть на тебя.

Я понимала, что он и раньше видел меня голой, и естественное желание прикрыться исчезло. Он смотрел на меня с благоговением в глазах, и я испытывала пьянящее ощущение смелости.

— Ты раньше видел меня обнаженной?

— Да, но не так часто, как хотелось бы.

— И ты прикасался ко мне здесь? — Я положила его руки себе между ног. — Раньше?

Он удовлетворенно застонал и крепче прижал пальцы к моим влажным трусикам.

Его пальцы.

Снова вспыхнуло воспоминание, но прежде чем я успела его ухватить, Уайетт снова прижался ртом к моей груди, облизывая и посасывая, при этом ловко сдвинув мои трусики в сторону. Его пальцы потерли клитор. И на этот раз, когда его пальцы коснулись моей обнаженной плоти, мое удовольствие увеличилось в десять раз.

Я вскрикнула, выгибаясь дугой на кровати, как раз в тот момент, когда один из его пальцев погрузился в меня. Мои внутренние стенки сжались вокруг его пальца, внизу живота нарастала боль. Он снова медленно ввел в меня палец, изгибая его, словно…

— Ох! — Я вскрикнула, когда меня пронзило наслаждение.

Уайетт снова зарычал, не замедляя движений. Он даже ускорил темп, его пальцы продолжали свою сладкую пытку, пока его рот перемещался от моей груди к губам.

Я прижалась к нему, запустив пальцы в его волосы, когда начали накатывать волны экстаза.

Уайетт поцеловал меня и прикусил губу, засунув в меня второй палец, продолжая тереть и играть со мной, что мне хотелось кричать.

— Уайетт? — с трудом выдохнула я.

— Да, Цветочек? — прошептал он.

Его пальцы ускорили свой темп, наполняя меня и потирая мои внутренние стеночки, о существовании которых я даже не подозревала, но которые были созданы для него.

Я снова вскрикнула, когда очередная волна удовольствия накрыла меня, поднимая все выше и выше. Я зажмурилась от этого ощущения, которому не было конца.

Уайетт снова пошевелился, накрывая меня своим телом, посасывая, пробуя на вкус и целуя каждый дюйм моей кожи. Его пальцы не останавливались. Он был мастером этой пытки, играя на мне, как на скрипке, поглаживая и настраивая мучительную симфонию, которой я была бессильна сопротивляться.

Пока его пальцы продолжали свой мастерский натиск, волны экстаза поднялись снова, только на этот раз выше.

— Уайетт! — закричала я, когда меня накрыла очередная волна наслаждения.

— Да, Цветочек?

Но его пальцы не остановились. Они продолжали входить, потирать, большой палец совершал непрерывные круговые движения.

— Уайетт! — зарычала я.

Он усмехнулся.

— Мне нравится, как ты выкрикиваешь мое имя. Но думаю, я уже достаточно тебя помучил. Хотела бы ты сейчас испытать облегчение, любовь моя?

— Да! — выдохнула я. — Пожалуйста, да!

Я хотела чего-то. И меня бесило, что я не могла понять, чего желает мое тело.

Я почувствовала его теплое дыхание возле моего лона, резко открыла глаза и увидела, как Уайетт устроился у меня между ног.

— Что ты делаешь? — спросила я.

— Это, — сказал он и лизнул то место, где его большой палец мучил меня всего минуту назад.

Я закричала, дернувшись на кровати, а затем…

Меня словно накрыло цунами.

Его пальцы ускорились, а язык не переставал лизать мое лоно. Уайетт лизал, покусывал и посасывал тугой бутон, пока я не превратилась в бессмысленный клубок рук и ног и желания под его прикосновениями.

— Кончи для меня, Цветочек. Я хочу, чтобы ты кончила мне на лицо.

Волна наслаждения поднялась выше, его пальцы двигались все быстрее, а его язык не прекращал своей безжалостной пытки.

— Да, — выдохнул он, когда я задрожала. — Вот так, любовь моя. Кричи для меня!

Я вскрикнула, когда мои внутренности свело судорогой. Наслаждение накрыло меня восхитительной волной. Но Уайетт продолжал свою пытку, продлевая мое удовольствие.

И когда я, наконец, опустилась на матрас, заметив, как прозрачная занавеска над головой колышется на ветерке, я увидела над собой очень большого и очень довольного мужчину, который смотрел на меня сверху вниз.

— Ты выглядишь таким счастливым, — пробормотала я, едва способная держать глаза открытыми.

— Да, — ухмыльнулся он.

Я склонила голову набок.

— Но почему? Ты не испытал такого наслаждения, как я.

— Как же ты ошибаешься. Мне это понравилось не меньше, если не больше, чем тебе.

Я попыталась понять, о чем он говорит. Но мне ужасно хотелось спать.

— Я не понимаю, — наконец сказала я.

— Ты все еще реагируешь на мои прикосновения, Цветочек. — Он сел рядом со мной и заключил меня в объятия, гладя мою спину. Я задрожала, когда волна удовольствия пронзила меня, вызвав мурашки по коже. Если он продолжит в том же духе, я точно засну. — И от осознания того, что я все еще могу доставить тебе такое удовольствие, я хочу бить себя в грудь от радости.

Я хихикнула.

— Бить себя в грудь? Это выглядит так…

— По-варварски? — Он ухмыльнулся, а затем пожал плечами. — Я думаю, все волки чувствуют то же самое, когда их…

Я снова приоткрыла глаз, когда он резко замолчал.

— Их что?

Его глаза снова засияли золотом, заменяя изумрудный цвет.

— Их пара, — тихо сказал он.

Я лежал молча, пока мое сердце колотилось в груди.

— Шарлотта что-то говорила о том, что ты хочешь заявить на меня права. Это что-то вроде пары? Я не знаю, что все это значит.

— Сейчас тебе нужно знать только то, что мне невероятно понравилось произошедшее. — Уайетт поцеловал меня в шею, лизнув кожу. — Ты выглядишь усталой. Может, нам стоит поспать? — Он снова поцеловал меня, на этот раз нежно в губы.

Я застонала от его вкуса и запаха. Боги. Я сделала глубокий вдох. У него был восхитительный аромат дуба и сосны, но он прав. Я невероятно устала, поскольку практически не спала прошлой ночью.

— Да.

Перед тем как уснула, я почувствовала, как он накинул на нас одеяло и прижал меня к своей груди. Я заснула с улыбкой на лице, испытывая абсолютное блаженство.

Глава 14

Уайетт

Я проснулся, ощущая под боком свою пару. Подняв голову, посмотрел на часы на столике. Судя по всему сейчас была середина дня, а это означало, что мы с Эйвери проспали почти шесть часов.

Черт возьми. Я проспал сегодня десять часов. Я даже не мог вспомнить, когда в последний раз вообще дремал.

И хотя все еще не восстановился на сто процентов после изматывающего