Корона войны и тени - Дж. Р. Уорд

— Он тебя убьет. — Джулиан сверкает взглядом на другого мужчину. — Потому что он бросит тебя, когда это будет удобно для него или когда получит более выгодное предложение. Так поступают мужчины вроде него.

— Ты меня не знаешь, жырт.

Я едва ли не охаю. Не потому, что я особенно леди… просто даже после прожитых лет в «Перчатке» я слышала это слово всего лишь раз.

Джулиан действительно замирает, как гордый жеребец, который приходит в себя. Возможно, потому что одна из его подков касается экскрементов.

— Прошу прощения.

— Ты можешь просить о чём угодно, — лениво отвечает Мерк. — И что-то подсказывает мне, что ты, вероятно, из тех, чьи предпочтения идут в этом направлении. Но прощения от «мужчины вроде него» ты не получишь ни сейчас, ни когда-либо, особенно когда ты стоишь у меня на пути.

Медленно и уверенно Мерк вынимает свой меч и начинает беззаботно вертеть массивное оружие в воздухе, как будто оно весит не больше палки. Каждый раз, когда он ловит рукоятку, она с глухим звуком приземляется в его руку, и я готова поспорить на свою добродетель, что каждый раз, когда этот звук раздается среди деревьев, Мерк представляет, как утирает нос Джулиану. Или еще хуже.

О, подождите, я уже расплатилась своей девственностью.

— Ты серьезно ожидаешь впечатлить меня этим шоу? — говорит Джулиан высокомерно.

— Ну, мой больше твоего, так что да, ожидаю…

— Вы оба, можете прекратить, — говорю я устало. Затем поворачиваюсь к Джулиану. — Спасибо, что спасли нас…

— Я спас себя сам, — перебивает Мерк.

Мои глаза сузились в его сторону.

— И я снова сброшу тебя в ров, если ты не прекратишь провоцировать.

Его улыбка дьявольская, и он понижает голос до театрального шепота.

— Мне бы хотелось увидеть твои попытки. По крайней мере, мне было бы приятно наблюдать за твоими усилиями… и я позабочусь о том, чтобы ты тоже это оценила.

Я бормочу себе под нос, вновь сосредоточиваясь на Джулиане:

— Спасибо за вашу заботу и за веревку в самый подходящий момент.

— Куда ты держишь путь? — спрашивает Джулиан.

Мерк перебивает меня:

— Тебя это не касается…

Я бросаю на него очередной сердитый взгляд, и он делает милый жест, как будто запирает рот на замок и выбрасывает ключ. Затем он изящно покачивается в сторону Джулиана.

На мгновение я представляю, как Мерк все-таки попадает в пасть баласа, в то время как я уезжаю в закат с золотым дворянином, который оказался таким добрым.

Джулиан прочищает горло.

— Так тому и быть. Но прежде чем мы расстанемся, мне нужно поговорить с тобой. — Хотя я не смотрю ему в глаза, я чувствую злобный взгляд, который он бросает на Мерка. — Наедине.

Двадцать три

Вежливо отклоненное приглашение

— Нужно отдать должное этому наёмнику, он защищает тебя.

Мерк уходит, раздвигая массивными плечами оранжево-красную листву, которая из-за синей вуали, сквозь которую я смотрю, кажется коричневой и пурпурной. Даже когда я больше не вижу наёмника среди деревьев, я всё ещё ощущаю его присутствие. Хотя, убедить его отойти было сложнее, чем выбраться из рва.

В последующей тишине мои пальцы скользят по серебристой отделке на одном из рукавов верхнего плаща. Они такие длинные, что скрывают мои руки, но я рада теплу.

— Да, он такой. — А после, хотя я и знаю, о чём пойдет речь, я спрашиваю рыцаря: — О чём ты хочешь поговорить?

— Мне нужна твоя помощь.

Когда Джулиан не продолжает, мой взгляд перемещается на его золотой нагрудник. Моё искаженное отражение смотрит на меня — синий тюрбан, вуаль и серебряная вышивка на одежде создают образ, который совершенно не похож на то, кем я была за стенами своей деревни. Это хорошая маскировка, говорю я себе, но не настолько хорошая, чтобы оставаться где-то рядом с домом.

И тут до меня доходит. Джулиан один. У меня возникает мысль, что он должен быть хорош с — да, меньшим — мечом, который спрятан в усыпанных драгоценными камнями ножнах на его бедре. Путь из Просперитуса полон воров и бандитов, и он определенно должен быть уверен в своей способности защитить себя.

И преуспеть в этом.

— Скажи мне, — подбадриваю я тихим голосом.

— Я видел, что ты сделала с драконом. — Пауза, как будто Джулиан хочет, чтобы я подтвердила то, чему он стал свидетелем. Когда я молчу, рыцарь продолжает: — Я слышал о тебе — молодой женщине на краю территории Просперитуса, которая способна вывести человека из пещеры смерти…

— Это не я, — лгу. — Я ничем не могу помочь тебе…

— Существует угроза в этом Королевстве, она приходит по ночам из разрушающегося Фулкрума. Ты точно слышала разговоры об этом. Или, возможно, ты видела останки в лесах.

— В Просперитусе ходят слухи о наших мёртвых коровах?

Мне трудно в это поверить.

— Нет, у нас свои вокруг города.

— Демоны у королевского двора? — я вдыхаю с ужасом.

— И я не знал, что они есть и у вас.

Выругавшись, Джулиан начинает вышагивать взад-вперед, а солнечные лучи, пробиваясь сквозь цветные листья, сверкают на его золотых доспехах. Его настроение становится мрачным, профиль приобретает агрессивное выражение, что не должно удивлять, учитывая, что он — воин.

— Неспокойный мир, — говорит мужчина, — царит над Анатосом с тех пор, как Тёмный Король был изгнан во время Великого Сдерживания, и так трудно поддерживать его даже во времена изобилия. Четыре Королевства Севера, Юга, Востока и Запада никогда не были и не будут едины, ведь мы конкурируем за ресурсы для выживания, и между нами нет доверия. Если то, что я считаю правдой, не миф, значит есть… решения, которые необходимо принять ради блага нашего народа, ради блага Просперитуса.

Он останавливается и смотрит сквозь ветви на далекую стену моей маленькой деревни. В этот момент я замечаю тусклые струйки дыма, поднимающиеся из разрушающихся границ барьера — напоминание о том, что мне нужно уйти, и чем скорее, тем лучше при свете дня.

— Мне нужна определенная храбрость в это время. — Рыцарь оборачивается ко мне. — Та, которую я потерял где-то в пути и не могу вернуть.

— Такое воскрешение зависит только от тебя, а не от кого-то другого.

— Ты не права. Я смогу её найти, пока моя любовь рядом со мной. — Хотя я не встречаюсь с его тёмными глазами, я чувствую, как его взгляд сужается на мне. — И именно поэтому ты мне нужна. Моя невеста умирает. Ей остались… считанные дни, если мне повезёт.