Развод. Ты нас предал - Елена Владимировна Попова

Я вышла из машины, размяла шею и спину, затем посмотрела на дом свекрови и расцвела в улыбке.

– Шарики! Ура-а! ― запрыгала Соня.

– Уя-я! ― тут же подхватила Лера и они побежали навстречу к бабушке и деду.

– Вот это да-а! ― восхищенно протянула я. ― Когда они успели так все украсить? Ночь не спали?

Из нашего дома вышла мама с противнем в руках.

– Ой, уже приехали! ― взволнованно сказала она и, подойдя ко мне, поцеловала в щеку. ― Мы чуть-чуть не успели к вашему приезду. Вот, ― кивнула она на противень, от которого исходил головокружительный аромат, ― осталось только горячее на стол поставить!

Пока шли к дому родителей Матвея, мама перечисляла все, что они с тетей Таней наготовили, и у меня рот набился слюной.

– Сонь, так ты теперь у нас школьница? ― послышался из дома голос дяди Саши.

– И я! Я тозе сколу! ― воскликнула Лера.

– И ты школьница? ― раздался смех. ― Иди и тебя дедушка поцелует! Иди сюда скорее!

Мы сели за стол и приступили к еде.

Я до сих пор не знала, что придумали наши родители, но лица у них были хитрющие.

– Матвей, Юля, а принесите-ка из нашего дома банку с огурцами, ― попросила моя мама.

Я посмотрела на банки с огурцами, которые стояли на полу, только открыла рот, чтобы напомнить о них, но Матвей пихнул меня локтем.

– Сейчас принесем! ― с серьезным видом кивнул он маме, и, взяв меня за руку, вывел из-за стола.

– Они нарочно нас выпроводили, да? ― смеялась я, идя к крыльцу.

– Видимо.

Войдя в дом, я огляделась по сторонам и улыбнулась: большой, светлый, красивый дом, в котором мама обрела свое счастье. Я до сих пор помню ее эмоции и слезы в тот день, когда она впервые сюда вошла. А потом несколько месяцев ахала от восторга и благодарила Матвея за этот подарок.

– Я уже и не надеялась, что однажды вернусь сюда, ― всхлипывала она. ― Какой дворец отгрохал! С ума сошел!

Мы взяли банку, вышли из дома и застыли.

Все семейство стояло на улице и у каждого в руке был непроницаемый воздушный шар.

– Та-а-ак, ― протянула я, ― сейчас что-то будет!

Идя к родителям, я держала Матвея за руку и уже понимала, что мы вот-вот узнаем пол нашего будущего ребенка.

Волновалась жутко!

Я знала, что Матвей будет рад третьей девочке, но сердцем чувствовала, что он не отказался бы от парня, ведь у него столько увлечений, которые можно будет разделить с сыном: охота, машины, мотоциклы.

Не все ж ему в девчачьи игры играть, верно?

– Минуточку внимания! ― объявил дядя Саша и жестом велел нам остановиться напротив. ― У нас в руках не просто шары, а…

– А в одном из них ребенок! ― засмеялась Соня.

– Не ребенок, а сюрприз! ― поправила ее бабушка Таня. ― С какого начнем?

Мы с Матвеем переглянулись и оба указали на золотистый шар, который держала Соня.

– Хлопаем! ― воскликнул дядя Саша, Соня воткнула в шар зубочистку, раздался хлопок, от которого Лера завизжала, и… на землю упал золотистый кусочек шарика.

– Пусто! ― рассмеялась я, чувствуя, как с каждой секундой нарастало волнение.

– Давай зеленый? ― предложил Матвей, я быстро зажмурила глаза, прикрыла ладонями уши и после хлопка услышала смех моей мамы.

– В моем тоже пусто!

– Ла-адно… ― протянула я, и, закусив губу, по очереди посмотрела на оставшиеся три шарика.

– Я! Я! ― запрыгала Лера и выставила перед нами свой красный шар.

Она с опаской посмотрела на него и передала в руки дедушки.

– Хопай, деда! Хопай мой!

Деда хлопнул, но и он оказался пустым…

– Да что ж такое! ― рассмеялась я. ― Никаких нервов не хватит!

– Мам, давай твой! ― сказал Матвей.

Тетя Таня, глядя на нас, прищурилась, затем нарочно выдержала паузу и воткнула в шар зубочистку.

На землю упал очередной ошметок шарика, а я вцепилась в руку Матвея и вытаращилась на него во все глаза.

– Они над нами издеваются? Все эти шары пустые?!

– У дедушки в шарике! У дедушки! ― радостно прокричала Соня и захлопала в ладоши.

– Хопай, деда! Хопай! ― запрыгала Лера.

Свекор поднес к шарику зубочистку, я затаила дыхание.

– Там точно что-то есть! ― шепнула Матвею, затем раздался хлопок и из шарика вылетело конфетти… синего цвета!

Два года спустя

Убирая пыль с фоторамок, висевших в гостиной, я с улыбкой рассматривала каждое фото.

На этом снимке мы всей семьей в дельфинарии. В тот день наш Максим Матвеич сделал первые самостоятельные шаги, и мы тут же решили это отметить поездкой к дельфинам.

На следующем фото наши дети стояли в обнимку и показывали в камеру ракушки, которые собрали на черном море. Дальше ― фото с щенком мальтийской болонки, которого мы подарили детям, и еще одно фото, на котором мы всей семьей стояли под вывеской «Галактика» ― это очередной наш отель, который недавно открылся в Ярославле.

Посмотрела на это фото, вспомнила, как выбирала название для сети отелей и почему-то подумала о Стрельцове.

Воскресила в памяти, как страдала из-за его измены, как мне было больно тогда, и, присев на подлокотник дивана, улыбнулась.

– Я не стала звездой его маленького созвездия, но… в итоге я стала частью огромной галактики другого мужчины, ― прошептала я, и, сняв со стены семейное фото, обвела в сердечко наши счастливые лица.

*Киси Миси ― популярная детская игрушка.