Чарующая мелодия страны грёз. Книга 1 - Тан Ци

Я тихонько обошла его, обошла изгородь. Он не спеша подошел ко мне и раскрыл зонт над нашими головами:

– Эти двое… Как они там?

– Победа за мной, – улыбнулась я.

Дождь барабанил по зонту, издавая мелодичный стук. Сяо-Лань искоса бросил на меня взгляд:

– По вам и не скажешь, что вы рады.

– Это не совсем так. Просто, увидев все происходящее сегодня ночью в мире грез, вдруг поняла: если бы не то недоразумение семь лет назад, Сун Нин и Шэнь Ань вполне могли бы жить счастливо и все не дошло бы до той беды, которая случилась в их реальной жизни. Вот отчего мне грустно. Знаешь, это похоже на ситуацию, когда идешь ты в публичный дом, выбираешь девушку, а она не соглашается прислуживать тебе и проводить с тобой время. И вот ты начинаешь думать: дело во мне, я плохо выгляжу, я ей не по нраву. А годы спустя выясняется, что все было вовсе не так. А девушке этой ты на самом деле приглянулся, был хорошо сложен и красив, да и она была бы не против, но тебе просто не повезло. Как назло, именно в тот день у нее начались месячные, так что обстановка совсем не располагала к удобству.

Он посмотрел на меня с натянутой улыбкой и сказал:

– Госпожа Цзюнь…

– Ты ведь хочешь сказать, что я мелю всякую чушь как ребенок, не задумываясь о словах? – прервала его я. – На самом деле я очень сдержанная и консервативная. Я так сейчас обо всем этом говорю просто потому, что семнадцать лет до этого жила слишком осторожно и всего остерегалась. А теперь я совершенно одна, и у меня нет причин лишать себя права говорить то, что взбредет в голову.

Он какое-то время молчал и все же сказал:

– Госпожа Цзюнь сегодня все же какая-то странная.

Я посмотрела вдаль на небо, черное как смоль, и спросила:

– Сяо-Лань, скажи: что есть правда, а что есть ложь в этом мире? В этой иллюзии все кажется идеальным, но ведь за ее пределами – жестокая реальность. Я думаю, все в твоем сердце. Если тебе кажется, что это не мираж, то он и не будет им являться. В мире, что я сплела для них, они реальны, грусть и слезы, улыбки и смех, все чувства и переживания, предательства и измены тоже реальны. Мир страны грез, рождающийся из человеческого сердца, хоть и стремится к лучшему и прекрасному, по своей сути уродлив. Без крепкого сердца ни в реальности, ни в иллюзии невозможно обрести вечное счастье. А если сердце твое твердо и стойко, то и в настоящем мире можно жить достойно – зачем же тогда прятаться в иллюзии?

Это была потрясающая и хорошо сложенная речь. В ней были и скрытый смысл, и логика. Но, оглядываясь потом назад, я вообще не понимала, что только что сказала.

Сяо-Лань какое-то время был в раздумьях, а затем спросил:

– То есть главное, о чем вы хотите сказать, – это…

– Я не хочу продолжать эту сделку, – сказала я. – Сун Нин и Шэнь Ань не вместе вовсе не из-за судьбы. У нее еще есть шанс побороться. Умереть в этом сне было бы слишком глупо.

На самом деле какое-то время я боролась сама с собой. Ведь, если помочь Сун Нин увидеть ее внутренних демонов[41] и уничтожить их, преодолеть страхи и выйти из иллюзии, мое путешествие сюда окажется напрасным. Но потом подумала: у меня еще много времени, целых три года жизни, пока мои силы поддерживает жемчужина. Три года – это тысяча с лишним дней. Кто знает, может, мне выпадет сделка получше.

Сяо Лань долго молчал, а потом тихо переспросил:

– Так что вы собираетесь делать?

В глубине души я уже приняла решение. Так что, подняв голову, сказала:

– Я дождусь большого сражения. Чтобы земля была усыпана костями, а кровь текла рекой.

Он задумчиво смотрел на меня. И тут мне в голову взбрела мысль, о которой я думала уже давно.

– Кстати! Забыла тебе сегодня об этом сказать. Посмотри, вот тут на одежде. Я просто не могу дотянуться. Вот тут, на плече. Там дырка. Ты ведь все умеешь. Уверена, рукоделие тоже тебе подвластно. Сможешь зашить?

Он посмотрел, потрогал ткань и спокойно сказал:

– Я хоть и всесильный, но шить не умею. Ничем помочь не могу.

* * *

Я ведь не шутила, когда говорила Сяо-Ланю о том, что жду большого сражения. Я уже знала, что должна сделать. Мир чарующей мелодии страны грез есть лишь пустота, а каждая нота соответствует определенному моменту в ней. Когда хозяин жемчужины находится в этой стране, сыграв определенную мелодию, он может переместиться в любую точку времени. Место, где он окажется, будет тем, что соответствует последней ноте сыгранного мотива.

Мелодия эта может двигаться только вперед. Если шагнул в будущее, дороги в прошлое уже не будет. Поэтому я долго размышляла. Мне предстояло совершить последнее дело, чтобы не посрамить свою совесть. Но я не знала, куда в конце концов мне стоит шагнуть – на год вперед или на три года? Так что я спросила у Сяо-Ланя:

– Вот по твоему опыту, сколько времени надо возлюбленным, чтобы стать друг для друга самыми близкими людьми, разделить друг с другом кучу прекрасных моментов? Сколько примерно понадобится времени, чтобы прийти к этому?

К этому моменту дождь перестал идти, так что он сложил зонтик и не задумываясь сказал:

– Полгода.

* * *

На следующий день мы раздобыли семиструнный цинь в городском павильоне, где учили музыке. Зазвучали струны, и все вокруг пришло в движение – время закружилось и понеслось вперед.

С кончиков пальцев слетела последняя нота. Ветер постепенно стал мягче, облака рассеялись, а листья на деревьях стали багряными. У реки Чиду белые перья камыша колыхались на ветру. Мы перенеслись на полгода вперед – в начало осени восемнадцатого года правления Ли Чжуана, на границу царств Цзян и Ся.

Война уже закончилась. Впереди простиралось раздольное поле, где армия Цзян готовилась свернуть лагерь и возвращаться в столицу с победой. Это была та самая война, которая разразилась семь лет назад, начавшаяся в девятый месяц после свадьбы Шэнь Аня и Сун Нин, когда новый правитель Ся выступил против Цзян. Именно тогда она подарила своему мужу зерцало из бирюзы.

Я в одиночку шагнула в заросли камыша и достала из рукава