А мой парень татарин - Валерия Блэк

Фаридович разговаривает с водителем, Разиля Ринатовна подходит ко мне перед отъездом.

— Алина, рада была познакомиться.

— Я тоже, Разиля Ринатовна.

Она берёт меня за руку.

— Приезжай ещё.

— Спасибо. Обязательно.

— И не только на свадьбы.

Я улыбаюсь.

— Хорошо.

Разиля Ринатовна переводит взгляд за моё плечо.

Я оборачиваюсь.

Тимур стоит метрах в пяти и разговаривает с отцом.

Когда снова смотрю на его мать, она уже улыбается.

— Спокойной ночи.

— Спокойной ночи.

Она уходит.

Перед тем как выйти на улицу, я забираю свою тканевую сумку из-под стола и достаю жакет. Ночью стало прохладнее, поэтому надеваю его поверх платья. Босоножки остаются в сумке.

Свадьба заканчивается около половины первого.

Последние гости выходят на улицу. Сотрудники уже собирают часть посуды, музыка в зале выключена, только возле входа продолжают гореть гирлянды.

Лера и Руслан стоят у машины.

Они остаются на ночь в другом корпусе комплекса, но до него их всё равно решено довезти — Лера категорически отказалась идти по дорожкам в свадебном платье ещё несколько сотен метров.

Я обнимаю её.

— Поздравляю ещё раз.

Лера прижимается ко мне.

— Спасибо.

Потом тихо, только мне:

— Поговори с ним.

— Ты даже сейчас?

— Особенно сейчас.

Я отстраняюсь.

— Иди к мужу.

— С удовольствием.

Она улыбается и садится в машину.

Руслан пожимает Тимуру руку, потом обнимает его.

— Завтра позвоню.

Тимур смотрит на часы.

— Уже сегодня.

Руслан тоже опускает взгляд на циферблат.

— Тогда сегодня. Но не раньше обеда.

— Вот это правильный подход.

Руслан садится рядом с Лерой.

Машина трогается.

Мы остаёмся возле входа вдвоём.

На парковке ещё есть несколько автомобилей сотрудников. Из здания доносится стук посуды, где-то за деревьями шумит вода.

Я смотрю вслед машине Леры.

Потом на часы.

Ноль тридцать шесть.

Неделя закончилась вместе со свадьбой.

Я медленно поворачиваюсь к Тимуру.

Он стоит рядом, засунув одну руку в карман брюк. Пиджак расстёгнут, ворот белой рубашки открыт.

— Всё, — говорю я.

Тимур смотрит на меня.

— Что всё?

— Контракт выполнен.

На его лице ничего не меняется.

— Нет.

Я приподнимаю бровь.

— В смысле «нет»?

Он делает шаг ко мне.

— Я не согласен расставаться.

У меня внутри всё замирает.

Эту фразу мы обсуждали ещё в самом начале. Свадьба заканчивается — и каждый идёт своей дорогой.

Тогда всё было очень просто.

Сейчас нет.

— Ты в курсе, что договор так не работает? — спрашиваю я.

— Он закончился.

— Именно.

— Значит, дальше можно без него.

Я смотрю на Тимура.

Он стоит совсем близко, но не касается меня.

Ждёт.

— Я сегодня улетаю.

— Знаю.

— В Москву.

— Я помню, где ты живёшь.

— Это больше семисот километров.

— Я умею считать.

Я невольно улыбаюсь.

— Тимур.

— Что?

— Ты вообще понимаешь, о чём я?

В его лице исчезает улыбка.

— Лучше, чем ты думаешь. Ты боишься начать отношения, в которых мы не сможем видеться каждый вечер. Боишься привязаться сильнее, а потом понять, что одному из нас надоело ездить. И ещё боишься, что я через месяц скажу, что это было слишком сложно.

Я молчу.

Потому что он перечисляет мои мысли слишком точно.

— Да, — наконец произношу я.

— Я ничего из этого не могу тебе гарантировать.

Ответ застаёт меня врасплох.

Тимур продолжает:

— Я не знаю, что будет через полгода. Ты тоже не знаешь. Но я знаю, что сейчас не хочу закончить это только потому, что у тебя сегодня самолёт.

Я опускаю взгляд.

— Я тоже не хочу.

Его рука поднимается к моему лицу. Пальцы убирают прядь волос за ухо.

— Тогда в чём проблема?

— Ты всегда всё сводишь к простой формулировке.

— Она обычно есть.

— Ужасный человек.

— Ты уже говорила.

Я улыбаюсь.

Тимур склоняется ко мне, но останавливается в нескольких сантиметрах.

В этот раз я сама сокращаю расстояние.

Целую его.

Его ладонь сразу ложится мне на затылок, вторая обхватывает талию. Поцелуй выходит медленным и тёплым, без торопливости, которая была вчера на кухне.

Когда отстраняюсь, Тимур касается лбом моего виска.

— Поедешь со мной?

Я открываю глаза.

— Куда?

— Ко мне.

Вопрос звучит спокойно.

Слишком спокойно для того, что происходит у меня внутри.

Я знаю, что он имеет в виду.

И он понимает, что я знаю.

Договор закончился.

А вместе с ним закончились и все пункты, которые мы придумали неделю назад.

Но одно правило я хочу отменить сама.

— И четвёртое больше не действует, — тихо говорю я.

Тимур смотрит на меня внимательнее.

— Уверена?

— Да.

Этого достаточно.

Его взгляд темнеет.

— Тогда поехали.

До машины мы идём рядом.

Тимур открывает мне пассажирскую дверь. Я сажусь, ставлю обе сумки у ног и поправляю подол платья.

Он обходит капот, устраивается за рулём и заводит двигатель.

Первые несколько минут мы молчим.

За окнами тёмная загородная дорога. Фары выхватывают разметку, деревья, дорожные знаки.

В городе уже мало машин.

Я смотрю в окно, но чувствую взгляд Тимура всякий раз, когда мы останавливаемся на светофоре.

— Следи за дорогой, — говорю я.

— Слежу.

— Не похоже.

— Ты отвлекаешь.

— Я просто сижу.

— Именно.

Я поворачиваюсь к нему.

— Очень содержательно.

Тимур улыбается.

Через полчаса мы въезжаем во двор современного дома недалеко от центра. Подземный паркинг встречает нас белым светом и тишиной.

Тимур ставит машину на своё место и глушит двигатель.

Несколько секунд мы сидим.

Он первым отстёгивает ремень.

Потом смотрит на меня.

— Алина.

Я уже знаю, что он сейчас скажет.

— Не надо.

— Что?

— Делать серьёзное лицо.

— Я хотел спросить, не передумала ли ты.

— Не передумала.

Пауза.

— Хорошо.

— Тимур.

Он смеётся.

Мы выходим из машины. Я забираю маленькую сумку, Тимур достаёт с заднего сиденья мой пакет с босоножками и берёт меня за руку.

До лифта идём через тихий паркинг.

Поднимаемся на двенадцатый этаж.

Коридор светлый, возле лифта горят тёплые настенные лампы.

Тимур подходит к двери квартиры, достаёт ключи и открывает.

Я вхожу первой.

В прихожей просторно. Тёмное дерево, большое зеркало, низкая банкетка. Дальше видна гостиная с панорамными окнами и ночными огнями города.

Тимур входит следом, закрывает дверь и кладёт ключи на консоль. Пакет с моей обувью ставит возле банкетки.

Я снимаю жакет и вешаю его на свободный крючок.

Потом поворачиваюсь.

Тимур всё ещё стоит возле двери.

Смотрит на меня.

Я делаю шаг к нему.

— Что?

— Ничего.

— Очень знакомое «ничего».

Уголок его губ поднимается.

Я подхожу ближе, беру его за лацканы пиджака и сама тяну к себе.

Глава 17

Тимур целует меня сразу.

Без осторожной паузы, которая была у озера.

Его ладонь ложится мне на талию, вторая скользит к затылку, и уже через