Темная сторона равновесия - Ксения Солар

главная уязвимость. Если они увидят тебя там, рядом со мной, они поймут, насколько ты для меня важна. Я не стану рисковать тобой и выставлять тебя напоказ перед Наставником и старейшинами. Твоя безопасность — мой главный приоритет.

Ева уже открыла рот для нового аргумента, но осеклась. В его потемневших глазах читалось нечто большее, чем просто стремление всё контролировать, — в них была яростная защита того, что стало ему дорого. Вспомнив недавний разнос на парковке и его безумный страх за нее, она поняла: явиться на Совет сейчас означает преподнести Марине идеальную мишень для шантажа.

Ева вздохнула и чуть наклонила голову:

— Хорошо. Я поняла. Останусь в штабе.

— Умница, — тихо шепнул Виктор, касаясь горячей ладонью ее щеки. — Я вернусь так быстро, как смогу. Паша и Март остаются с тобой.

Приняв от Павла зашифрованный носитель, Виктор кивнул Грозу, и оба мужчины стремительно покинули главный зал.

Глава 13. Совет

Чёрный бронированный седан Виктора плавно замер у закрытых кованых ворот загородной резиденции Совета. В тишине вечернего леса особняк, скрытый за массивным каменным забором, казался неприступной крепостью — именно здесь десятилетиями решались судьбы теневого мира города.

Охрана на въезде сработала без суеты, почти молча. Пройдя сканирование, Виктор и Гроз шагнули в прохладный воздух. Позади остались тишина тира, запах духов Евы и рваный ритм недавней страсти. Но здесь, на территории Наставника, Виктор мгновенно сбросил личину обычного человека, превратившись в привычно хладнокровного, опасного и непроницаемого лидера.

— Шлейф от них тянется, будто смрад, — вполголоса произнёс Гроз, поправляя тяжёлый пиджак, под которым виднелась кобура с пистолетом. — На парковке стоят две машины Марины, а люди Артура нервно курят у въезда.

— Пусть курят, — сухо отозвался Виктор, даже не повернув головы. — Это их последний спокойный перекур.

Они поднялись по широкой мраморной лестнице, вошли в главный холл и проследовали в Зал Совещаний. Просторное помещение с шестиметровыми потолками, дубовыми панелями и массивным овальным столом из тёмного ореха пропиталось запахом дорогого табака, старой кожи и затаённой угрозы.

За столом уже сидели члены Совета — четверо влиятельных стариков, державших в руках нити городских структур. Во главе, в центре, восседал Наставник: сухопарый мужчина преклонных лет, с абсолютно седыми волосами и взглядом, способным, казалось, заморозить пламя.

Сбоку от него, бледная, с глазами, пылающими от ярости, сидела Марина. Рядом стоял Артур: его челюсть была слегка перекошена, а взгляд метался от Наставника к входным дверям.

Когда Виктор шагнул в зал, тяжёлая дубовая дверь за его спиной бесшумно закрылась.

— Виктор, — произнёс Наставник голосом, лишённым эмоций, слегка наклонив голову. — Мы ждали тебя. Нам поступили весьма интересные бумаги от твоей аналитической группы… и крайне суровые обвинения от Марины.

Марина тут же вскинулась, упёршись ладонями в стол:

— Он шантажирует Совет! Этот паршивец перекрыл наши счета, уничтожил шлюзы и напал на моих людей! Наставник, он переходит все границы! Он пытается устроить переворот!

Виктор даже не взглянул на неё. Не спеша он подошёл к свободной стороне стола, вытащил из кармана плоский зашифрованный носитель и с лёгким щелчком положил его точно в центр полированной поверхности.

— Переворот пытаешься устроить ты, Марина, — спокойно и веско произнёс Виктор, и его низкий голос, словно тяжёлая волна, заполнил всё пространство зала. — А я лишь принёс Совету доказательства того, как вы с Артуром крали из казны Наставника последние три года.

Виктор положил руки на спинку высокого дубового стула, но садиться не стал. Его монолитная фигура возвышалась над столом, а холодный, уверенный взгляд был прикован исключительно к Наставнику.

— Пока мы контролировали периметр и гасили конфликты на улицах, — ровным, чеканящим каждое слово голосом начал Виктор, — в самом сердце организации нарастала гниль. На флешке — полный аудит теневых потоков за последние три года. Марина и её люди создали параллельную бухгалтерию.

В зале воцарилась гробовая тишина. Члены Совета подались вперёд.

— Каждый второй контракт по логистике подставной, — продолжал Виктор, и в его тоне прорезались стальные ноты. — Проценты от сделок с регионами уходили не в общую казну, а на закрытые счета оффшоров на Кипре и в ОАЭ. За три года из-под носа Совета было выведено более двенадцати миллионов долларов. Артур лично курировал эти транзакции, подчищая логи каждые две недели.

— Это ложь! Сфабрикованные цифры! — выкрикнула Марина, её голос сорвался на фальцет, а лицо пошло пятнами. — Наставник, он фальсифицировал отчеты через свою новую девку-аудитора!

— Заткнись, Марина, — сухо и ледяной интонацией отрезал Наставник, не сводя глаз с Виктора. Он медленно поднял руку, подозвал своего начальника безопасности и кивнул на накопитель. — Продолжай, Виктор.

— Они запаниковали, когда поняли, что их схемы дали сбой, — Виктор слегка приподнял подбородок, скользнув уничтожающим взглядом по Артуру, который нервно сглотнул. — Именно поэтому сегодня в центре города был устроен этот топорный, отчаянный карнавал. Артур попытался похитить человека, который обнаружил расхождения в их отчетах. Они хотели скрыть дыру в бюджете до ежегодного перераспределения долей.

Виктор выдержал паузу, дав сказанному осесть в головах присутствующих, а затем оперся ладонями о стол, подавшись вперед:

— Я не просто перекрыл их счета. Я заморозил все их теневые шлюзы. Прямо сейчас эти двенадцать миллионов заблокированы на транзитных серверах. Все ключи доступа — на этой флешке. Совет может вернуть свои деньги в течение получаса. Но с одним условием: Марина и Артур больше не имеют отношения к управлению организацией.

По залу пронесся глухой, недовольный ропот. Господин Глеб, влиятельный куратор южного сектора и давний партнер Марины, одетый в дорогой твидовый пиджак, тяжело откашлялся и демонстративно вытащил сигару из петлицы.

— Ты слишком много на себя берешь, Виктор, — хрипло произнес Глеб, выпуская струйку седого дыма и упираясь тяжелым взглядом в Виктора. — Ты пришел в этот зал с куском пластика и обвиняешь человека, который двадцать лет поднимал финансовую систему структуры. Кто дал тебе право замораживать счета без ведома Совета? Это откровенный произвол.

— Согласен, — подал голос еще один старейшина, заседавший по левую руку от Наставника. — Твои методы всегда были слишком грубыми. Ты силовой ресурс, Виктор. Твое дело — безопасность и порядок на улицах, а не финансовый аудит. Откуда нам знать, что эти цифры — не твой собственный подлог, чтобы сместить Марину и пригрести под себя всю казну?

Почувствовав за спиной поддержку, Марина мгновенно выпрямилась, а её губы тронула торжествующая, ядовитая ухмылка.

— Именно! — подхватила она, подавшись вперед. — Наставник, Виктор действует вопреки интересам структуры. Он привел в штаб девчонку из внешнего мира, переписал на неё доступы к базам и теперь шантажирует Совет! Он пытается