Темная сторона равновесия - Ксения Солар

class="p1">Ева затащила его в свою комнату, шагнула внутрь и с глухим щелчком заперла тяжелую дверь. Едва замок встал на место, она развернулась и всем телом прижалась к Виктору, крепко обнимая его за талию и уткнувшись лицом в его грудь.

Вся та тревога, которую она так упорно прятала за чашками кофе и фальшивой невозмутимостью, вырвалась наружу в этом единственном, отчаянном порыве. Ева чувствовала, как под ее пальцами через плотную ткань рубашки ровно и сине бьется его сердце, ощущала знакомый запах прохладного ночного воздуха, пороха и его парфюма.

Виктор застыл от этой чистой, нескрываемой искренности. А затем его сильные руки обняли её в ответ, сжимая с такой мощной, защищающей силой, будто он хотел врастить её в себя. Он уткнулся подбородком в её макушку, тяжело и глубоко выдохнув, и ладонью мягко погладил её по спине, зарываясь пальцами в шелковистые волосы.

— Вся эта беготня... я так боялась за тебя, — тихо, почти шёпотом проговорила Ева, сильнее сжимая пальцы на его спине. — Ты в порядке? Всё правда кончилось?

— С ними — да, — глухо прошептал Виктор ей прямо в волосы, слегка отстраняясь лишь для того, чтобы взять её лицо в свои горячие ладони и заставить посмотреть себе в глаза. В его потемневших зрачках больше не было той холодной жестокости, с которой он разговаривал с Советом — только бездонная, сжигающая нежность. — А с нами... наш урок в тире прервали на самом интересном месте. И я намерен вернуть должок.

Ева не стала отвечать словами. Встретив взгляд его потемневших глаз, в которых больше не осталось ни капли прежнего властного холода, она сама приподнялась на цыпочках, притянула его за воротник и мягко коснулась его губ. Виктор отреагировал мгновенно, словно только этого и ждал.

Его рывок был быстрым, жадным и безоговорочным. Он с тихим, низким рыком подмял её под себя, прижав спиной к закрытой двери комнаты. Широкая ладонь впилась в затылок Евы, удерживая и углубляя поцелуй до сбивающего с ног, исступлённого безумия. В этом поцелуе сплелось всё: и многочасовое напряжение опасной игры с Советом, и неостывший азарт победы, и тот дикий, неконтролируемый голод, который они оба так долго сдерживали под масками инструктора и подопечной.

Ева задохнулась от этой напористости, но тут же подалась навстречу, запустив пальцы в его жесткие волосы и крепче прижимаясь к его горячему телу. От него веяло чистой, всепоглощающей силой, но в каждом его движении ощущалась бережная, доведённая до предела страсть.

Виктор оторвался от её губ лишь на секунду, чтобы перевести рваное дыхание, и тут же спустился горячими, обжигающими поцелуями по её челюсти к шее, заставляя Еву запрокинуть голову.

— Ты сведёшь меня с ума, Ева... — глухо и беззвучно выдохнул он прямо в её пульсирующую жилку на шее, а его вторая ладонь сжала её талию.

Ева на секунду потеряла опору — ноги стали ватными от нахлынувшей волны чувств. Она чуть оступилась, но Виктор среагировал мгновенно.

Он подхватил её под бедра, легко приподняв над полом, и Ева инстинктивно обхватила ногами мощный торс, сжимая его бёдрами и не отпуская плеч. С глухим, удовлетворенным рыком Виктор вжал её спиной в стену у самой двери, горячим сильным телом наглухо перекрывая любые пути к отступлению.

Его поцелуи стали ещё более жадными и глубокими. Виктор пил её дыхание, не давая прийти в себя, пока его пальцы скользнули под край её футболки.

Шероховатые, обжигающе горячие ладони поднялись по открытой коже вверх, к талии и рёбрам, оставляя за собой дорожку из невидимых искр. Ева рвано выдохнула прямо в губы, выгибаясь навстречу этому движению и сильнее запуская пальцы в его волосы на затылке. Каждое прикосновение Виктора сжигало остатки контроля, превращая прохладную комнату в эпицентр настоящей, неконтролируемой бури.

Дверь за спиной Евы содрогнулась от резкого, настойчивого стука.

— Шеф! Извини, что ломаю кайф, но тут такое... — голос Марта за дверью звучал предельно собранно. — Тебе надо это увидеть. Прямо сейчас. Южный сектор пошёл вразнос, а Паша засек странную активность на твоём личном шлюзе.

Виктор замер. В его глазах, ещё секунду назад затуманенных страстью, вспыхнула дикая, бешеная ярость. Он резко, со всего размаха ударил кулаком в стену прямо над плечом Евы. Глухой, тяжелый удар заставил осыпаться штукатурку, а металл дверной рамы — слегка прогнулся.

— Март, чёрт тебя дери, если там не началась третья мировая, я тебя лично в тире закопаю! — рыкнул Виктор, голосом, от которого, казалось, остыл весь воздух в комнате.

— Поверь, шеф, это почти она, — без тени привычной иронии ответил Март за дверью. — Мы ждём тебя в операционной.

Виктор уткнулся лбом в плечо Евы, тяжело дыша, пытаясь подавить бушующий внутри пожар и вернуть себе ледяной контроль. Его руки всё ещё крепко держали её за бёдра, не желая отпускать. Он зажмурился, сделал глубокий вдох, а затем аккуратно опустил Еву на пол.

Его горячие ладони выскользнули из-под её футболки на талию, а затем поднялись к её лицу. Виктор ласково, но с нескрываемой досадой провел большим пальцем по ее припухшим от поцелуев губам.

— Кажется, у нашей команды идеальный тайминг, чтобы портить самые лучшие моменты в моей жизни, — глухо выдохнул он ей в губы, с трудом заставляя себя сделать шаг назад. — Идем. Посмотрим, что там горит, и покончим с этим раз и навсегда.

Когда Виктор и Ева вернулись в главный зал, атмосфера там была накалена до предела. Павел, не отрывая глаз от мониторов, с невероятной скоростью барабанил пальцами по клавиатуре.

— Шеф, южный сектор пытался слить остатки ликвидности через подставные фонды в Эмиратах, — быстро заговорил Павел, едва Виктор подошел к главному столу. — Я перехватил два транша, но они запустили протокол экстренного уничтожения данных. Нам нужно прямо сейчас вводить жесткую блокировку по всем их серверам.

Виктор уже нахмурился, чтобы отдать приказ, но тут в разговор вмешалась Яна. Она стояла у большого экрана с планшетом в руках, и лицо её было напряжено до предела.

— Это ещё не всё, — тихо произнесла она, и в зале мгновенно воцарилась тишина. — Есть и другие новости, и они уже в топах всех медиа.

Яна провела пальцем по экрану планшета, и на центральном плазменном мониторе появилась видеозапись прямого эфира известного спортивного телеканала.

На экране яркая, идеально уложенная брюнетка в элегантном белом костюме — Диана Валевская — эффектно улыбалась в камеру. Закадровый голос журналиста задал вопрос о ее личной жизни, на что Диана, сменив ухмылку на кроткую, но торжествующую улыбку, приложила ладонь к животу и произнесла: