Наследство любой ценой - Юлианна

Завтра он поедет к нему и заручится его поддержкой. Сообщит, что будет искать себе невесту. Заодно проведает молодоженов. Если бы не бесплодие Эвелин, он бы и сам женился на ней. Хотя он женился бы на ней, даже если бы у них никого не было.

Красивая, притягательная и умная, она являла собой образец красоты и женственности. Именно такой он и хотел бы видеть свою будущую жену.

Жаль, что он не познакомился с ней раньше Алекса. Кузен, как всегда, уводит все лакомые кусочки, не давая возможности хотя бы повести носом рядом с ними. Но он был уверен, что при правильном подходе уговорить можно любого, главное правильно надавить.

Возможно, Эвелин и сама захочет с ним более тесного общения, спустя несколько месяцев после свадьбы. Если так, то кто он такой, чтобы отказываться от подарков судьбы. Пока они будут играть в идеальную семью, он найдет на каждого из них компромат, а дальше уже дело техники.

Он заставит их плясать под свою дудку.

Возможно даже Алекс захочет отдать ему свою долю в компании, и он станет единственным владельцем «Кинкейд Энтерпрайзес».

Мечты оглушали своей масштабностью и Эштону пришлось утихомирить свою буйную фантазию бокалом виски. Важно не спешить и не торопить события. Все должно идти своим чередом. И самое главное, не вызывать ни у кого подозрений.

Едва рассвет вступил в свои права, Эштон принял душ и переодевшись в костюм-тройку, вызвал такси и направился в дом к Кристоферу Кинкейду, предвкушая его доброжелательное расположение и незамедлительное предложение по вступлению в наследство.

Френки встретил его в холле давая понять всем видом, что ему здесь не рады.

— Кристофер меня ожидает, Френки. Тебе нет нужды выказывать свое недовольство каждый раз, когда видишь меня.

— Тогда дорогу найдете сами, — бросил он и направился на кухню.

— Что за манеры с утра пораньше?

Как только он постучал и вошел в кабинет Кристофера, его внимание привлек нотариус, который находился в кабинете. Щедрая и великодушная улыбка тут же скользнула по его лицу, и он протянул руку для приветствия.

— Мистер Норман, рад вас видеть.

— Доброе утро, — кинул он и вновь повернулся к бумагам, которые подписывал Кристофер.

— Угощайся, Эштон, — бросил Кристофер, показывая рукой на сервированный столик с завтраком.

— Благодарю.

Эштон присел в кресло и взяв тост, намазал его маслом. Чашка горячего дымящегося кофе поднимала настроение, а предвкушая то, что через несколько часов, он станет полноправным собственником всего имущества Кинкейдов, его аппетит возрастал еще сильнее.

Икра поверх вареного яйца была его любимым лакомством, поэтому не сдержавшись он, зачерпнул еще одну ложку и прямиком отправил ее в рот, смакуя вкусный завтрак и смотря в окно.

Его следующий завтрак будет в постели. Шампанское, икра и красивая девочка возле ног. О чем еще мечтать богатому человеку, если все его капризы будут исполняться по мановению пальцев. Или точнее сказать, по одному росчерку ручки в чековой книжке.

Он уже допивал вторую чашку кофе, когда Адам Норман, пожелав им всего хорошего, откланялся, сказав, что у него много дел. Кристофер Кинкейд присел рядом с Эштоном и налив себе чай, сделал пару глотков, прежде чем заговорить с ним.

— Мой непутевый сын, твой отец, — начал Кристофер, — всегда делал глупости, из которых его вытаскивали два старших брата. Маркус так и не успел завести семью, разбившись в автокатастрофе. Оливер нашел достойную женщину, женившись на ней. Рождение Алекса и Коула дала мне новую надежду. А когда и твой отец женился, я наделся, что он остепенится и станет вести себя соответственно, но это было напрасно. Его даже не остановило твое рождение.

Эштона разозлило и задело то, с каким пренебрежением дед отзывается об отце, но постарался сдержаться ради своей цели.

— И сейчас, когда я почти стар, мое сердце требует гарантий, что все, что было нажито трудом и умом моих сыновей и внуков, не исчезнет, отдай я его в неправильные руки.

Почти стар?!

Эштон с трудом сдержал смешок, едва не врывавшийся из его уст, когда старик упомянул свой семидесятилетний возраст.

— Вчерашнее знакомство с дочками Алекса вселило в меня эту надежду, поэтому я надеюсь, что ты…

Эштон на миг оторопел и даже потерял нить разговора, услышав только про дочек Алекса.

— Прости, ты сказал, дочки?

— У них даже имена похожи, — улыбнулся Кристофер. — Элла и Оливия. Умные близняшки шести лет.

— Ничего не понимаю, — всплеснул руками Эштон. — Какие дети? Чьи?

— Это племянницы Эвелин. Ее брат разбился в автокатастрофе и завещал ей присматривать за ними.

— И Алекс принял их?!

— Конечно, — кивнул Кристофер, смотря на внука внимательным взглядом. — Хоть она сама и бесплодна, это не значит, что ее племянницы не могут быть ее дочками и дочками Алекса.

— То есть ты хочешь сказать, что…

— Да. Наследство я оставляю Алексу. Тебе тоже будет положена определенная выплата и место в нашей фирме, но...

— Да какая к черту выплата?! — взревел Эштон вскакивая со своего места и едва не опрокидывая столик с едой и напитками. — Ты обещал это все — мне!?!

— Я этого не говорил.

— Эвелин бесплодна, а у меня будет ребенок, — неожиданно бросил Эштон, понимая, что ситуация выходит из-под контроля.

— И кто твоя избранница? — удивился Кристофер.

— Скарлетт и я любим друг друга, — безапелляционно бросил Эштон. — И она ждет от меня ребенка.

25

Утром Алекс Кинкейд уже стоял в кабинете деда и с недоверием смотрел на него и своего кузена Эштона.

— Ты шутишь?

— Какие шутки? — вспылил Эштон. — Если нужно, я могу пригласить ее, и она подтвердит мои слова.

— И что ты теперь будешь делать? — спросил Алекс, смотря на лицо деда, который сам закрутил эту историю с наследством. — Видимо дела Скарлетт совсем плохи, раз она решила пройтись по всем Кинкейдам.

— Будь добр, говори уважительно о моей будущей жене!