Хочу замуж! - Ашира Хаан

Напрасный вопрос. Он выгреб все, что было и разложил прямо на кровати.

Несколько видов сэндвичей с колбасой, с тунцом, с сыром и ветчиной. Фисташки, арахис, мясные джерки и нарезка сыра. Даже шоколадки принес.

Мне выдал бутылку сока, себе открыл банку колы.

Мы устроили на кровати импровизированный пикник, разложив снедь на одеяле и сев рядом по-турецки. Виктор, видимо, сильно проголодался, потому что первую пару сэндвичей он уничтожил буквально за несколько секунд.

— Если было интересно, могла бы раньше спросить, — заметил он между делом. — Не стесняйся. Не чужие вроде люди.

— Ну… мало ли. Может, ты не хотел говорить, — пожала я плечами.

— А может — хотел?

Я не нашлась, что ответить. Может — хотел?

Почему тогда не рассказал?

Ну… Тоже странно было бы — ни с того, ни с сего начинать историю про бабушка, про прах… И все это — случайной любовнице.

— Я думала, история куда мрачнее. Что-нибудь про последнее желание боевого товарища под шквальным огнем. А получила историю про маленького мальчика на теплоходе вместо огорода, — призналась я.

— Тебя удивляет, что я был маленьким мальчиком? — усмехнулся Виктор.

Я демонстративно смерила его скептическим взглядом.

Двухметровый огромный «шкаф со взглядом убийцы». Теперь, кстати, понятно, откуда этот взгляд.

Опасный, сильный, мрачный.

Представить его мальчишкой, который скучает в музыкальном салоне, пока бабушка играет попурри из советских фильмов — почти нереально.

У такого мужчины будто бы не может быть слабостей.

Другое дело, что слабость Виктора — все равно сильнее всего, что когда-либо было сильным у Андрея.

При этом в двадцать лет я бы Виктора не выбрала. Никогда.

Мне нужно было совсем другое — павлиний хвост, слова о романтике и демонстративное непризнание своих слабостей.

Надо было дорасти до нынешнего состояния, повзрослеть, пережить предательство и боль, чтобы понять, что такое настоящая сила и настоящая слабость для мужчины.

Но понимаю ли я это сейчас? До конца? Реально понимаю?

А если да — то почему все еще не хочу определиться, что у нас за отношения?

35. Казань

— А мы к башне Сююмбике пойдем?

— Вы можете после ритуала пойти на экскурсию самостоятельно.

— Почему не пойдем? За что я деньги платила?!

— Вы платили деньги за тренинг-интенсив «Хочу замуж!» для тех, кто отчаялся. И я делаю все, что в моих силах, чтобы вы были готовы к встрече с будущим семейным счастьем как психологически, так и духовно.

— Так почему мы не пойдем к башне Сююмбике?

— Потому что властительница Казани прыгнула с этой башни, чтобы не выходить замуж за завоевателя! Вы точно хотите такой судьбы?

Я могла только восхищаться безразмерным терпением Серафимы, которая отвечала на подобные вопросы с завидной регулярностью. Люди такие люди — нас всех предупреждали, что ритуалы нашего тренинга будут вместо стандартного набора экскурсий. Но всегда находился кто-нибудь, кому вместо медитации или потирания очередной скульптуры хотелось в краеведческий музей или на обзорную прогулку по историческому центру.

Оказывается, в программу круиза входили все эти экскурсии по «местам городской старины» и посещение самых маленьких и странных музеев. Ну как же — все, за что уплочено, должно быть проглочено! Поэтому некоторые мучительно разрывались между посещением музея утюга и ритуалом призыва жениха богатого.

Иногда побеждал утюг. Иногда — Серафиме вновь и вновь приходилось объяснять, что на долгих стоянках можно и по городу погулять, и на очередном волшебном камне посидеть. А вот на коротких придется выбирать.

— А куда мы идем?

— Мы идем к Казану — это главный загс Казани, символ домашнего очага и достатка. Вокруг него стоят скульптуры зилантов — это такие дракончики. И барсов — это символ Татарстана. Все они охраняют и защищают новые семьи, которые выходят из этого большого казана. У барсов есть котята. Если потереть хвостик одному из них — исполнятся все желания!

Серафима продолжала улыбаться и оставаться такой же доброжелательной и веселой, как обычно, хотя вопросы ей задавали крайне неприятным тоном.

Да уж, тут вечернего коктейля явно маловато для разгрузки. Неудивительно, что она меняет молоденьких матросиков как перчатки. Тут один не справится.

— Здесь, под защитой зилантов и барсов мы сейчас сфотографируемся все вместе! А через год посмотрим, сколько незамужних останется на этой фотографии. Погодите хвостик тереть, давайте после фото!

Полина хотела спрятаться в задних рядах, но взявшая над ней шефство Татьяна Марковна ухватила ее под локоть и вытащила вперед.

— Такую красоту надо демонстрировать! — назидательно заявила она.

Ленка затесалась в середину, поближе к Серафиме, а Гордей всех и взялся фотографировать. Я гадала, когда случится тот самый заготовленный сюрприз и как они это провернут, но тут рядом с нами появился Виктор.

Я не успела удивиться, как он перехватил у Гордея камеру и включил запись видео, когда тот вальяжным шагом направился…

Сначала все подумали, что к Серафиме.

Не то чтобы Ленку с ним не замечали, но они вызывали лишь легкие сплетни, такой бомбы никто не ожидал.

Девушки расступились, пропуская его, но Серафима сама отошла в сторону ко всеобщему удивлению, и Гордей рухнул на одно колено, выуживая из кармана белоснежную коробочку.

Я отступила на несколько шагов, чтобы не попасть в кадр, но Виктор властным жестом велел мне вернуться обратно.

Ленка приняла всем известную позу всех счастливых девушек, дождавшихся предложения — закрыла руками лицо и то ли смеялась, то ли плакала.

Другие девчонки тоже начали снимать происходящее на телефоне, визжать, подпрыгивать, призывать всех окружающих тоже порадоваться.

Но, похоже, в этом месте не впервые происходило такое шоу, так что нам досталось только немного риса и розовых лепестков от соседней свадьбы, да и то потому, что ведущий сориентировался и крикнул, что это хорошая примета для будущей семьи.

Гордей что-то говорил Ленке, но не было слышно даже тем, кто толпился рядом.

Она кивала со слезами счастья на глазах, потом бросилась ему на шею.

Полина стояла первой в очереди, чтобы ее поздравить, а я снова сделала пару шагов назад.

Почему-то у меня не получалось порадоваться за подругу.

Словно я