Тридцать оттенков выбора - Кэти Андрес

мог подумать, что наша скромница Вика может так преобразиться. А где это серая юбка? Белая блузка и конский хвост?

— Дома, — ответила я, стараясь сдержать улыбку.

Аня продолжала разглядывать меня с нескрываемым любопытством.

— И как давно ты решилась на перемены? — спросила она, присаживаясь на край моего стола.

— Сразу после отпуска, — призналась я. — Почувствовала, что пора что-то менять.

— И явно не прогадала! — воскликнула она. — Ты выглядишь потрясающе.

Я поправила прядь волос, наслаждаясь теплом от комплиментов Ани, когда неожиданно услышала знакомый голос прямо за спиной.

— Я то же самое сказал дома, — произнёс Саша, и в следующую секунду его губы легко коснулись моей щеки.

От неожиданности я резко обернулась, чувствуя, как краска заливает лицо. Его близость, его запах, его взгляд — всё это мгновенно выбило меня из колеи. Но не это было главным — вокруг сновали коллеги, и каждый мог увидеть этот поцелуй.

— Саш… — прошептала я, стараясь скрыть своё смущение. — Что ты…

Он лишь улыбнулся, словно не замечая моего беспокойства.

— Доброе утро, Виктория, — произнёс он уже официальным тоном, но его глаза продолжали искриться весельем. — Как ваше самочувствие после отпуска?

Я бросила взгляд на коллег, которые уже начали переглядываться, и мысленно застонала. Этого только не хватало!

— Ну какого черта ты творишь, мы же договорились! — прошипела я, стараясь говорить как можно тише.

— Что-то не припомню такого, — пожал плечами Саша, делая вид, что не понимает, о чём речь.

— Я же не просто так попросила остановиться за углом! — продолжала возмущаться, чувствуя, как горят щёки.

— Малыш, я же не читаю мысли, думал, ты хочешь прогуляться, — ответил он с невинным видом, но в его глазах плясали смешинки.

— Ты специально это сделал, — буркнула я, оглядываясь на коллег, которые теперь явно прислушивались к нашему разговору.

Саша резко наклонился ко мне, его руки уверенно легли на подлокотники моего рабочего кресла, а его лицо оказалось всего в нескольких сантиметрах от моего. Я замерла, чувствуя, как его дыхание касается моей кожи.

— Я не мальчишка, чтобы прятаться по углам, — произнёс он низким голосом, глядя мне прямо в глаза. — Я взрослый мужчина, и если я хочу поцеловать свою женщину — я это делаю.

Его близость была почти невыносимой. Я могла чувствовать аромат его парфюма, видеть мельчайшие морщинки вокруг его глаз, когда он улыбался. Его взгляд прожигал насквозь, заставляя сердце биться чаще.

— Но… мы на работе… — прошептала я, пытаясь отодвинуться, хотя прекрасно понимала, что это бесполезно.

— И что? — его губы растянулись в самоуверенной улыбке. — Думаешь, мне есть дело до того, что подумают другие?

— Саша… — я сглотнула, пытаясь собраться с мыслями. — Это не просто отношения… ты мой начальник…

— И что из этого? — он наклонился ещё ближе, его голос стал почти бархатным.

Ответа у меня на этот вопрос не было.

Он на мгновение задержал взгляд, а затем выпрямился и отступил на шаг.

— Через час собрание, всех жду в конференц-зале, — произнёс он уже более официальным тоном. — У нас много работы.

С этими словами он развернулся и ушёл, оставив меня одну, дрожащую и растерянную. Что это было? Неужели он действительно готов поставить наши отношения выше карьеры? И что теперь будет с нами… и с офисом, который наверняка уже гудит от сплетен?

Я тяжело вздохнула и попыталась сосредоточиться на работе, но его слова эхом отзывались в голове, а сердце всё ещё колотилось как сумасшедшее. “Я взрослый мужчина” — эхом звучало в ушах. И что теперь?

— Вот так новости! — услышала я голос Аньки, от которого невольно вздрогнула.

День тянулся бесконечно медленно. Каждый раз, когда я поднимала глаза от монитора, чувствовала на себе любопытные взгляды коллег. Они старательно делали вид, что заняты работой, но я ловила их перешёптывания и многозначительные переглядывания.

Особенно тяжело было, когда мимо проходил кто-то из начальства. Они словно специально замедляли шаг, бросая на меня изучающие взгляды. Я старалась сохранять невозмутимое выражение лица, но внутри всё сжималось от тревоги.

К часу дня весь офис уже гудел, как растревоженный улей. Слухи распространялись со скоростью света. Кто-то осуждал, кто-то был за нас рад.

Каждый раз, проходя по коридору, я ловила на себе любопытные взгляды. Некоторые коллеги демонстративно отворачивались, другие, наоборот, смотрели с неприкрытым интересом. Я старалась не показывать виду, но внутри всё сжималось от напряжения.

Особенно тяжело было во время коротких встреч с другими отделами. Они наверняка уже знали и теперь обсуждали нас за закрытыми дверями. Я ловила обрывки фраз: “Какая смелость”, “Совсем совесть потерял”, “А что такого?”.

К концу дня я уже была выжата как лимон. Эмоциональное напряжение давало о себе знать — руки слегка дрожали, а в голове постоянно крутились мысли о том, что скажут завтра.

Когда рабочий день подошёл к концу, я с облегчением схватила сумку и направилась к выходу. Но не успела дойти до двери, как меня окликнули:

— Вик, подожди! – крикнула подруга и подбежала ко мне.

— Тоже хочешь что-то сказать? — буркнула я, уставившись на неё.

— Ой, да прекрати, просто забей, главное — ты счастлива, — подруга попыталась меня подбодрить.

— Трудно говорить о счастье, когда такое происходит, — вздохнула я, опуская глаза.

— Вик, ну сколько можно себя накручивать? — Аня взяла меня за плечи. — Ты же знаешь, что я всегда на твоей стороне.

— Легко тебе говорить, — я покачала головой. — Ты не в моём положении.

— А что изменилось-то? — она нахмурилась. — Ну подумаешь, весь офис знает. И что?

— Как что? — я всплеснула руками. — Теперь все будут смотреть на меня как на… как на…

— Как на человека, который наконец-то нашёл своё счастье? — закончила она за меня.

— Да брось, — я нервно усмехнулась. — Ты же сама слышала, что говорят.

— А ты не слушай, — подруга тряхнула головой. — Знаешь, сколько раз я слышала, как перемывали косточки другим? И что? Все живы-здоровы, работают и счастливы.

— Тебя подвести? — услышала я голос Саши за спиной и напряглась, когда его руки легли мне на талию.

— Нет, за мной уже приехали, — сказала Анька и улыбнулась. — Хорошего