Я не твоя, или цветы для Мальвины - Анна Миланик

связь с Климовой длилась довольно долго, пока модель не уехала в другую страну. Родители и все окружающие считали этот союз самым долгим и крепким, совсем не подозревая, что будущего у их отношений не было. После этого Егор успел завести кратковременные романы с красотками мира мод, но эти отношения его утомляли и очень быстро мужчина спешил избавиться от очередной куколки, согревающей его постель.

У родителей ночевать Егор не остался. Предпочитал спать в своей кровати.

Переступив порог своего дома, вдруг вспомнил момент его жизни, когда Мальвина осталась однажды ночевать у него.

Эта картинка, Милы в его рубашки, вспышкой возникла в памяти.

' Нужно будет повторить', — с такой сладкой мыслью он уснул.

Глава 13

Мальвина.

Ее кошмар стал реальностью. Она так боялась встретиться с Барским нос к носу, а теперь она с ним работает. Катастрофа вселенского масштаба.

Мила сделала пару глубоких вдохов, пытаясь успокоиться.

Есть же и плюсы. Не будет напыщенного Валентино. Это пожалуй самый огромный плюс.

Пока Егор разговаривал по телефону, молодая женщина прорабатывал план действий.

Ведь нужно всего лишь не акцентировать внимание на сыне. Ни при каких обстоятельствах не допустить, чтобы они встретились и избегать всяких встреч вне работы. Вот и все.

Ведь это поможет? Или нет? Совсем не правильно она реагировала на Барского. Ее пульс учащался, когда он находился совсем близко.

Когда его рука коснулась ее, то сердце трепыхалось, как запертая птица в клетке.

«Я взрослая самостоятельная женщина. Мать. Я не могу быть трусихой. Нужно просто взять себя в руки.» — уговаривала она себя.

Свои собственные доводы, вроде бы подействовали на нее и остаток дня, держась от Барского на расстоянии она смогла спокойно доработать день. Даже вволю посмеяться. С ним было как-то весело.

Егор спешил на ужин к родителям, а Мила сразу же помчалась за сыном. Хотелось его чем-то побаловать.

Вечер проходил замечательно для них двоих. Они пошли на детскую площадку, ели мороженое. Елисей рассказывал о всех происшествиях, которые случились в ее отсутствие, а Мила нервно поглядывала по сторонам, чтобы Егор вдруг не заметил их.

Прекрасно понимая, что это паранойя, она постепенно, все же, успокоилась.

Позвонил Максим. Не брать трубку было неприлично.

— Привет. Как твои дела? — произнес он дежурную фразу.

— Привет. Играем с Елисеем на площадке. Извини, что не перезвонила тебе вчера. У нас на работе полный переворот.

— Что так?

— Знала бы я, но теперь у меня больше чем проект. Это целое совместное направление, — поделилась переменами Мальвина.

— Это же хорошо. Правда? Я подъеду к вам на площадку.

— Окей, — согласилась Мила. Хотя не очень хотела сейчас видеть Максима.

Да и хотелось бы избегать его встреч с Елисеем.

Хотя сын еще мал и не задает каверзных вопросов, но не хотелось, чтобы он привыкал к Максиму. Ведь Мальвина никак не могла перейти рубеж с конфетно-букетного периода в серьезные отношения.

Макс подарил Миле букет роз.

— Скучал по тебе, сообщил он, — вручая цветы. — Поедем в кафе?

В общем, сегодняшний вечер у молодой женщины также прошел в кругу семьи. Смело можно скептически скривиться после этого ее умозаключения. Не могла Мила себе представить, что они когда-то станут семьей. Но желание Максима сблизиться с сыном и познакомиться поближе с близкими, указывало именно на это.

Со стороны они походили на супружескую пару, вышедшую поиграть с ребенком. Ухажер бережно держал Мальвину за руку, рассказывая веселые истории, тогда как Елисей поглощал очередную порцию сладостей из детского меню в ресторане.

А Мила чувствовала себя виноватой, потому что ей было с ним не так комфортно, как с Барским накануне. Это чувство вины, добавляло скованности.

Сын чувствовал себя прекрасно, абсолютно не так как мама. Ему было абсолютно спокойно в малознакомой компании с кучей всевозможного лакомства.

На ночной кофе Максим не напрашивался, что несказанно обрадовало спутницу.

Сказка на ночь, принятие ванны и сладкое сопение сына, который уснул очень быстро, потому что напрыгался на площадке и уже порядком был утомлен.

А новый день начался стремительно. Еще не успела Мила позавтракать, а начальница уже звонила ей с утра пораньше, интересовалась как ее дела на новом месте, обещала утрясти все возникшие вопросы. Велела потерпеть, загадочно сообщая, что для подчиненной это стремительный рост в карьере.

Сегодня, поддаваясь порыву, решила накраситься и надеть деловой костюм, которым она невероятно гордилась. Тут был повод для гордости. Его Мила разработала сама и он стал фактически «лицом» всей коллекции. Красивый, необычный, практичный, сочетание этих свойств делало его любимым.

Тосты на завтрак и крепкий кофе, сыну какао.

Елисей чувствовал себя как-то не важно.

— Немного голова болит, — пожаловался ребенок.

Это расстроило Мальвину и настроение немного испортилось.

Измеряли температуру, оказалась в норме. Мила хотела позвонить няне и оставить малыша дома, но тот отказался. В детском саду сегодня намечался праздник по случаю дня рождения одного из детей в группе. Елисей не хотел пропускать веселое мероприятие.

Поэтому поводу Мила продолжала переживать на работе. Новый офис встретил ее тишиной. Барский придет, скорее всего, к обеду, поэтому у нее было много времени, чтобы поработать одной, но она ошиблась в своих предположениях.

Входную дверь молодая женщина не закрывала, поэтому голос, нарушивший ее одиночество стал для нее весьма неожиданным.

— Здравствуйте Мальвина.

— Здравствуйте, — ответила она, обернувшись.

— Вы все хорошеете, — последовал комплимент.

— О, Платон Кириллович вы мне льстите, — немного растерявшись, ответила молодая женщина.

Эта растерянность и легкий испуг в глазах, после чего она быстро отвела взгляд, не скрылся от зоркого взора пожилого мужчины.

Зная всё о ней, он читал ее как раскрытую книгу.

Старшему Барскому нравилась Стрельцова. Миниатюрная, неброская, тихая и спокойная. В ней не было напыщенности, вульгарности и наглости. Он вынужден был признать, что за эти годы она похорошела. Легкий макияж подчеркивал выразительность глаз и полноту красивых губ. Умная и красивая женщина. Мать его внука.

Ему стало стыдно, что тогда, больше трех лет назад решил, что эта умная женщина не пара его сыну.

— Всего лишь констатирую факты. Как вам работается на новом месте? — поинтересовался старший Барский.

— Не плохо. Еще не успела освоиться, — неопределенно ответила Мила. Не было смысла жаловаться на плохо организованную, а скорее совсем еще не продуманную работу между двумя модными домами. Ведь Платон Кириллович и без нее понимал, что нужно было сделать или переиначить.

Не зря был начальником.

— И все же. Я бы хотел услышать ваши корректировки.

Мальвина слегка удивилась, но озвучила все то,