Попытка номер пять. Убить или влюбить - Ясмина Сапфир

стоявшую перед ним на коленях. Её руки были скованы техномагическими кандалами, словно окутаны призрачным туманом, шею стягивала такая же петля, но взгляд хранил невозмутимость.

Если бы Альфия была здесь, она бы узнала в пленнице эффектную брюнетку-демоницу, только одетую гораздо скромнее. В зеленую рубашку и брюки военной формы и высокие глянцевые сапоги.

– Зачем, Линер? Ты действительно думала, что я не раскрою твое предательство?

– Я не сделала ничего плохого, лорд. Для всех будет лучше, если Марис никогда не вернётся.

Девушка была полностью уверена в своей правоте.

– Если бы наш эмиссар погиб в результате твоего вмешательства в работу трансмигратора, то тебя сослали бы уже в один из закрытых миров без права вернуться.

– Лорд! Айсел! Я сделала это и для тебя! Без Мариса у тебя будет возможность получить всё, чего ты заслуживаешь! У нас будет возможность…

Айсел горько рассмеялся.

– Ты хочешь сказать, что ради меня связалась с радикалами, желающих выкачать из миров все их ресурсы, невзирая на смерть местного населения? О, ты действительно добра! Я ничего не сделаю тебе пока. Пусть, когда Марис вернется, он сам решает твою судьбу…

Лорд Айсел махнул рукой, приказывая стражникам утащить свою бывшую подчиненную… и возлюбленную. Любил ли он ее по-настоящему? Способны ли лаккалы вообще на подобное чувство: самоотверженное и всепрощающее? Воинственный генерал Эгурии не знал этого. Им и Марисом всегда руководил долг, который решал все. И в любой ситуации, даже когда были затронуты самые близкие и любимые, они в первую очередь руководствовались именно этим.

Айсел считал это правильным и единственно возможным для правителей сотен миров, призванных сохранять равновесие, не позволяя ни одному измерению разрушаться.

В таких случаях нельзя решать сердцем, только холодной головой и за свои тысячелетия Айсел сроднился с этим правилом… А вот Марис… в последнюю минуту дал маху… Что ему вздумалось броситься спасать Саллеха, их общего друга и соратника? Именно из-за него великий правитель и полководец попал в ловушку. Смертельную для любого, даже для повелителя пространства лаккала. Вот только радикалы нашли на полу темницы бездыханное тело Мариса и подумали, что тот погиб. А герцог поступил иначе… Отдав Айселу и соратникам Мариса его тело, воинственная оппозиция очень ошиблась и пожалела об этом. Но было уже поздно.

Марис растворился, расщепив свою душу и расселив ее по четырем разным мирам. И все бы ничего. Возможно, лорды из оппозиции поймали бы куда более слабых существ, нежели лаккалы… Но Марис подстраховался. Осколки его души оказались там, куда сама аура измерений не пускала самых могучих техномагов – лаккалов. Только магически слабые или вообще лишенные дара существа могли туда пробраться…

Тогда и родилась идея отправлять за Марисом эмиссаров. Радикалы действовали со своей стороны, Айсел и его соратники – со своей. И шла гонка на выживание. Состязание – кто первый.

По счастью, два эмиссара не могли ужиться в одном мире и отправляя своего, каждая сторона автоматически закрывала измерение для любого другого. Сейчас появился настоящий шанс освободить Мариса… Впервые эмиссару удалось собрать два осколка души правителя. Впервые за тысячу лет! Впервые за множество безуспешных попыток с каждой стороны…

И этот эмиссар работала на Айсела. Вот почему лорд не мог допустить никаких промашек и простить ошибку даже самому близкому лаккалу.

Оппозиция сделает все, чтобы Альфия потерпела поражение! По счастью, действовать враги могли только из своего мира. Потому что даже сейчас Альфия находилась “на передержке” в закрытом для них измерении.

И только Тезо, как проводник, связанный с эмиссаром особенной магией, был способен общаться с Альфией.

– Айсел! – закричала Линер, отчаянно вырываясь, но герцог уже не хотел её слушать.

Он сидел в кресле, принадлежащем когда-то Марису, его соратнику и другу, мрачно уставившись в пустую стену, когда в проёме двери появился Тезо.

– Я… с докладом.

– Если ты о том, что Альфия успешно закончила второй мир, то я знаю. Тебе не стоит беспокоиться о своей прибавке к зарплате.

– Нет-нет, я не из-за этого. Меня кое-что беспокоит.

– Что-то снова не так с техникой?

Айсел с трудом сдержал рычание. Неужели в их рядах есть еще предатели?

Тезо покачал головой, нервно сжимая планшет с данными в пальцах.

– В этот раз переход в новый мир должен пройти без проблем. Я как раз готовлю девушку к его условиям и правилам. Но кажется… у неё есть проблемы.

Айсел уселся прямо, сжимая подлокотники из черного дерева.

– У нашего самого успешного эмиссара проблемы?! Мы не можем сейчас потерять всё на данном этапе! Неужели она начала бояться Мариса, и захотела разорвать наш контракт?

– Напротив. Кажется… Она слишком привязалась к лорду Танвену.

Герцог немного презрительно фыркнул.

– Всё же эта землянка довольно глупа. Но её чувства не имеют значения, пока она выполняет свою работу. Просто проследи, чтобы она не узнала ничего лишнего.

Тезо сглотнул.

– Есть еще одна проблема.

– Ещё одна?!

– Кажется, Марис тоже… тоже…

– Что тоже? – зловеще переспросил Айсел.

– Тоже испытывает к Альфие некоторые… эмоции. – Набравшись смелости, Тезо затараторил: – Два оставшихся осколка души начали меняться. Думаю, на них воздействовали осколки в тех мирах, в которых уже побывал наш эмиссар. И… едва Альфия появляется в мире между ней и Марисом сразу возникает связь. Вспомните! Она единственная, кто видел призрак Мейнарда О'Драго и единственная, кто подошел Менару Трево в качестве фамильяра… И еще… в конце последней миссии, забирая душу Мариса она использовала часть его сил, чтобы отомстить противникам… Не часть сил Менара Трево, а часть сил лаккала Мариса Танвена! А это возможно только если…

Айсел отлично понимал, что это значит. Все части души Мариса, разбросанные по разным мирам, были между собой связаны. Но обычное увлечение не могло сильно на них повлиять. Ведь каждый осколок души разительно отличался от предыдущих. Словно разные стороны Мариса. Серьезная и строгая, эмоциональная и взрывная, склонная к авантюрам и наиболее положительная, уравновешенная.

Каждой из них могла прийтись по вкусу своя женщина… Связь же всех сразу с Альфией говорила о том, что и душа целиком привязана к землянке.

Возможно, лорд Марис… действительно влюбился в девушку. Лаккалы редко проявляли сильные чувства. По природе своей эта раса была хладнокровной и малоэмоциональной. Но на любовь они все-таки способны…

Что ж… Это не худший исход дела. Вот только теперь у Айсела появится еще одна головная боль. Спасти не только Мариса, но и Альфию от любых происков оппозиции.

Тезо еще ждал и опасливо