Покоренная инопланетным воином - Хоуп Харт

class="p">Если ты подпускаешь кого-то, они бросают тебя, когда ты будешь нуждаться в нём больше всего. Я усвоил этот урок юнцом, и каким-то образом именно Сарисса заставила меня пренебречь всеми принципами.

— Корзин?

Я поворачиваюсь, едва в силах посмотреть на неё, а она нахмурилась.

— Я звала тебя…

Я должен спросить. Хоть это и идиотизм. Я и так всё знаю.

— Ты сядешь на этот корабль?

Она моргает удивлённо.

— Корзин.

— Да или нет.

— Д-да.

Я киваю, поворачиваюсь и ухожу.

— Корзин!»

Я слышу, как она плетётся за мной почти рысью, пытаясь не отставать.

— Сарисса?

— Я занята, Эмма.

— У Фиби только что случилась паническая атака. Она спрашивает о тебе.

Сарисса издаёт низкое рычание, но её шаги стихают.

Как я предполагал, так и случилось.

Сарисса

По какой-то неизвестной причине мои глаза горели от не пролитых слёз, пока я смотрела, как Корзин уходил. Он держит голову высоко, плечи расправлены, и выглядит так, будто готов покорить весь мир.

Но отчаяние, которое я только что увидела в его глазах, рассказало мне совсем другую историю.

Мне следовало подумать об этом. В тот момент, когда он сказал мне, что его бросили в детстве, что он больше никогда не видел свою семью, что у него не сложились близкие отношения…

У меня было так много возможностей уйти. Чтобы не причинить ему вреда.

Потому что, несмотря ни на что, я никогда не хотела причинить ему боль.

Конечно, придушить его. Иногда, чтобы убить его.

Но я никогда не хотела его эмоционально уничтожить.

Что я сейчас и сделала.

Возмущение борется с чувством вины. Конечно, я улечу отсюда. Почему он подумал по-другому? Я ни разу не давала понять, что останусь здесь. Некоторые вещи слишком важны, чтобы от них отказываться.

Месть — одна из таких вещей.

«Даже если это означает потерю единственного шанса на счастье?»

Я отодвигаю тихий голос в сторону. И что именно я буду делать на Агроне?

— Сарисса?

Я поворачиваюсь и вижу, что Элли изучает меня обеспокоенными глазами.

— Ты в порядке?

— Не совсем, если честно.

— Хочешь, поговорим об этом?

— Не сейчас, но спасибо. Я вынуждаю себя улыбнуться. Рядом со мной Эмма внимательно наблюдает за мной.

— Невада спросила, не хочешь ли ты встретиться с нами за обедом, — говорит Элли, и я киваю.

— Тогда увидимся.

Я поворачиваюсь к Эмме, а Элли медленно уходит.

— Что произошло?

Она вздыхает.

— Фиби теряет самообладание. Она убеждена, что умрёт. Я старалась изо всех сил, но на самом деле я не очень умею ладить с детьми.

Я фыркаю при мысли, что я не лучше. Мы с Эммой зашли в кради Фиби, который заполнен женщинами. По щекам Фиби катятся слезы, и я вздыхаю.

Ей всего шестнадцать.

Я проталкиваюсь сквозь толпу и сажусь рядом с ней, беря её за руку.

— Ты хочешь поговорить?

Она обнимает меня и рыдает. Я думаю Эмме, и она бросает на меня взгляд чистой благодарности, направляя толпу к выходу. Теперь, когда я знаю, что она полицейский, это кажется очевидным, поскольку она убедила большинство других женщин последовать за ней из кради — всего лишь кивком головы. Лейс осталась на месте, её длинные ноги в кожаных штанах вытянуты перед собой.

Кажется, Неваде задала тренд.

— Я хочу вернуться домой, правда.

— Ага.

Фиби фыркает.

— Клара действительно помешает нам попасть на корабль, если мы захотим туда?

Я смотрю на Лейс, которая прищуривает глаза и упрямо выпячивает челюсть.

Я вытираю слезу с бледного лица Фиби, и она откидывает свои длинные черные волосы.

— Ты хочешь этого? — я спрашиваю.

Она пожимает плечами.

— Мне здесь нравится. У меня не очень хорошие отношения с родителями на Земле. Они отправили меня в школу-интернат, и я его возненавидела.

— Так почему ты плачешь? — Я улыбаюсь, когда говорю это, и её нижняя губа дрожит, когда она пытается улыбнуться в ответ.

— Если я останусь здесь, я больше никогда не увижу никого из дома. А что, если дохоллы проникнут в этот лагерь и убьют нас?

— Фиби, послушай меня. Не принимай решения, основываясь на местной войне. Реши исходя из того, где, по твоему мнению, ты могла бы прожить всю оставшуюся жизнь.

Кружева колеблются, часть упрямства исчезает с её лица и открывает мне проблеск уязвимости.

Фиби вздыхает.

— А как насчет дохоллов? Я боюсь.

Я киваю.

— Бояться — это нормально. Но я могу сказать точно: у местных парней очень много возможностей, чтобы защитить тебя. Даже если дохоллам каким-то образом удастся уничтожить всех гигантских варваров и проникнуть в лагерь, они тебя не найдут.

Фиби наклоняет голову.

— Серьёзно?

— Да. Драгикс вывезет тебя, или кто-нибудь из других браксианцев отведёт в безопасное место. У нас есть союзы с другими племенами, находящимися далеко отсюда.

Фиби на мгновение обдумывает это. Рядом со мной ёрзает Лейс.

Я смотрю на неё. Одна вещь, которую я узнала о Лейс, это то, что она плохо справляется с эмоциями.

— Хорошо, — наконец говорит Фиби. — Сейчас я чувствую себя немного лучше. Думаю, я хочу остаться.

— Я думаю, это отличная идея. Но ты всё ещё можешь передумать вплоть до того дня, когда мы собираемся улететь.

Ей удаётся улыбнуться трясущимися губами.

— Прости, я знаю, что ты занята.

— Всё нормально. Хочешь пойти и помочь остальным построить ловушки?

Фиби кивает, вытирает лицо, поднимается на ноги и выходит за дверь.

Я смотрю на Лейс, а она смотрит на меня.

— Теоретически, если бы кто-то захотел попасть на этот корабль так, чтобы Клара об этом не узнала…

Я поднимаю бровь.

— Теоретически?

Она прищуривается.

— Я жила на улице. Я перестала быть ребёнком с тех пор, как мой приёмный отец впервые попытался зайти в ванную, пока я принимала душ. Я знаю, чего я хочу.

Я открываю рот, не зная, что на это сказать. И тогда я вздыхаю.

— Тебе нужно будет подняться на борт корабля раньше нас. Позволь мне разобраться со всеми, и мы отправимся.

Она кивает, и я направляюсь в ташив Невады. Ракиза и воинов нигде не видно, но Элли, Чарли, Алексис и Айви сидят, а Невада стоит рядом с окном, покачиваясь с Даникой на руках.

— Кто-то суетливый, — шепчет она. — Прошлой ночью нам не удалось заснуть.

— Аааа, — говорит Айви, поднимаясь на ноги и протягивая руки к ребенку. — Дай мне пообниматься.

Невада передает её и садится. Я падаю рядом с ней.

— У Чарли есть кое-что, чем она хотела бы поделиться с классом, — говорит Невада, беря тарелку и нагружая её едой с блюда, стоящего