Надежда для князя: переписать судьбу - Наталья Нежданова

— Всё будет хорошо, правда! Дети — это счастье! — шепчу я.

— На что я буду жить? — произносит Ольга, прорыдавшись. — Ещё и его... или её кормить...

— С твоим образованием — это вообще не проблема! Давай, знаешь, что сделаем? Соберём тебе денег на печатную машинку! Знаешь, сколько они зарабатывают? И заказов всегда полно! И ходить никуда не придётся. Ещё уроки давать можно. Договориться, чтобы ученики к тебе приходили, и всё!

— Но ведь это дорого же очень! — с сомнением произносит Ольга.

— А друзья на что? — отвечаю я.

И тут понимаю, что Благовольский этого так не оставит. А если он и правда маг, то всё равно заставит свою несчастную жертву убить ребёнка, отцом которого он не хочет быть.

Стакан воды выпил, надо же! — возмущённо думаю я. Тоже мне, борец за народное счастье! Ну уж нет, не отдам я тебе Ольгу!

Вот только как это провернуть? Нельзя же в открытую сказать, мол, давай-ка я поставлю тебе ментальный щит! Но ведь и лгать тоже нехорошо. Наконец, в голове начинает кое-что вырисовываться.

Я иду на кухню и наливаю чай. Приношу и ставлю перед Ольгой. Себе тоже беру чашку. Ещё и вазочку с печеньем на кухне обнаруживаю.

— Ты слышала когда-нибудь о загадках человеческой психики? — спрашиваю я.

И принимаюсь рассказывать о разных интересных штуках типа гипноза, аутогенной тренировки и т.п.

Ольга с интересом слушает.

— Если хочешь, я могу сделать одну вещь! — предлагаю, наконец, я. — Которая поможет тебе успокоиться и обрести душевное равновесие. Немного странные ощущения, но это — совершенно не опасно!

Ольга молча кивает. И тогда я устанавливаю ей ментальный щит. Она даже не сопротивляется нисколько. При контакте с её сознанием на меня накатывает ощущение какой-то... подавленности, что ли.

Неужели это тоже сотворил Благовольский? Или просто тяжёлые переживания так подкосили?

Глава 37

Верочка Новосельцева явно меня избегает. Вплоть до того, что сказалась больной, когда я пришла её навестить.

Мне реально страшно за неё. Из-за Благовольского, конечно же. Я боюсь, он вовлечёт её во что-то сильно нехорошее.

Но как быть? Рассказать её маме? И что? Верочка совершеннолетняя. Просто уйдёт из дома, вот и всё. Порвёт единственную нить, связывающую с теми, кто её любит и может поддержать.

Ох уж этот Благовольский... И, главное, сделать ничего нельзя. Потому что никаких фактов, свидетельствующих о его причастности к чему-то противозаконному, у меня нет. Ну, а то, что он девушку обманул и бросил — так дело житейское.

Я не питаю иллюзий — найдётся целая куча лицемеров, которые именно Ольгу во всём и обвинят. Скажут, сама виновата, нечего было уши развешивать.

Неправильно это. Для нормальных людей нормально друг другу доверять. А не искать везде подвох и обман. Вот только как отличить этих самых нормальных от всяких там проходимцев?

Впрочем, скоро у меня начнёт с этим получаться. Порфирий Андреевич обещал. Тем более, я старательно занимаюсь каждый день.

Следующее заседание нашего кружка проходит у Валуевых. По пути к ним захожу за Ольгой. С трудом, но уговариваю её пойти со мной. Не хочу, чтобы она сидела одна в своей квартирке наедине с грустными мыслями.

Всю дорогу увещеваю её не беспокоиться ни о чём. Думать о ребёнке. Просто жить, беречь себя и его. И, конечно же, получить диплом. Совсем немного осталось. Уже в мае начнутся экзамены.

— Главное, знай: нужна будет помощь — сразу зови! — уговариваю её.

Я уже поговорила о её ситуации с графиней Закревской. Та даже пообещала помочь материально. Совсем скоро думаю объявить среди всех знакомых сбор на подарок для Ольги по случаю окончания курсов.

Думаю, наберём ей на печатную машинку. Если что, в свои накопления залезу. Когда речь идёт о человеческой жизни — деньги отходят на второй план. В конце концов, мы с мамой не голодаем. Да и крыша над головой вполне себе приемлемая у нас.

Ольга задумчиво произносит:

— Спасибо тебе! Знаешь, я просто недоумеваю, что на меня нашло тогда. Втюрилась без оглядки. В кого? Теперь поняла. Как будто розовые очки упали.

Я слегка напрягаюсь.

— Этот Благовольский — просто ничтожество! — продолжает она — Как, ну как я могла на него повестись? Корю себя, не знаю как!

— Не надо, Оля! — мягко отвечаю я. — Просто мы, женщины, хотим верить в лучшее. В чистые, добрые намерения. А кое-кто этим беззастенчиво пользуется. Ты ни в чём не виновата, пойми!

— Представляешь, он ещё посмел недовольство выражать, что я не пошла потрошиться к его приятелю! — с обидой отвечает Ольга. — Тогда я ему сказала коротко и ясно: моё тело — моё дело!

— Ты просто молодец! — отвечаю я. — Так и надо с подобными!

На кружке Дима сообщает с ехидной усмешкой, что видел Благовольского с покоцаной рожей. Вся щека расцарапана пятернёй. Ольга вспыхивает.

Я кладу ей руку на плечо. Неужели она к этому причастна? Ну и правильно! Так и надо мерзавцу!

Приглашаю Ольгу в гости. Ещё и Маша заявляется. Как всегда, неожиданно. Приходит, когда мать отпускает.

Галя почему-то думает, что её дочь нам надоедает. Беспокоит, отвлекает от дел. Как будто не верит, что мы с мамой всегда рады видеть Машу. Тем более, девочка ещё и помогать по хозяйству всё время пытается. То пол вымоет, то печку почистит. И не желает слушать никаких возражений!

Знакомлю Ольгу с маленькой гостьей. Совсем скоро они мило щебечут над книжкой с картинками.

Это выглядит как самый настоящий урок! Я уже показала девочке некоторые буквы, и теперь она хвастается своими знаниями. Ольга же подсказывает, как сливать их в слоги и даже читает с ней коротенькие слова. Настоящая учительница, в общем!

Наконец, мы прощаемся. В кои-то веки у Ольги светлое и радостное лицо. Она крепко обнимает меня и шепчет:

— Спасибо тебе за всё!

Я почти уверена теперь, что Благовольский — действительно маг. Надо как-то спасать Верочку! Вот только что я могу сделать, если