История глупых совпадений… - Дара Бояринова

лазер, ну эти гигантские зеркала, якобы фокусировавшие солнечные лучи и поджигавшие корабли на расстоянии? Ну что вы так на меня смотрите? – всплеснул руками Энди, заметив наши скептические взгляды. – Про подобный агрегат давно уже ходят легенды. Молва приписывает это изобретение великому Дэмеху, но уж он точно не был там… Важно то, что это был боевой корабль. Вспомним, к примеру, каким образом окончился боевой путь первого Имперского военного корабля «Морской Дракон» – во время восстания Торнсона он был сожжён прямо в порту. Что, если в княжестве тоже вспыхнул бунт?

– А ведь ты прав, историки эту догадку подтверждают. Вот, послушайте, – зачитал с планшета Клин. – Другой Тизский историк Аппиан в своём сочинении «Митридовы войны» рассказывал о том, что в шестьдесят седьмом году доимперской эпохи в княжестве случилось восстание. Недоброжелатели подожгли акрополь, где находились наследники Митрида.

– И получается, что княгиня, узнав об этом, с верными солдатами поспешила на помощь, возможно, на том самом корабле, но силы оказались неравны. В итоге, корабль сожгли, а княжеских детей взяли в плен, – сказала я.

– Да, этот же Аппиан задавался вопросом, почему княгиня помчалась во взбунтовавшийся город? Спасти царских детей, матерью которых она, кстати, не была? Это были отпрыски Митрида от предыдущих жён. Возможно, но маловероятно, что попутно она хотела спасти ещё и какие–то материальные ценности…

– И что? Много там золота? – поинтересовался Сизи.

– Да, за время своего похода Митрид пополнил свою казну на несколько сотен талантов золота, – сказал Клин.

– А один талант – это двадцать пять килограммов золота, – присвистнул Энди.

– В то время ходили слухи, что Митрид вывозил золото действительно целыми кораблями. Недруги утверждали, что царь, не зная куда девать свои богатства, придумал изощрённый способ казни – провинившемуся в горло вливали расплавленное золото.

– Может все сокровища Контийского властителя ушли на репрессии? – сказала я. – Ну а что? Куда–то же делись золотые кони Митрида? Да и были ли они?

– Слушайте, – тыча лапкой в планшет, сказал Сизи. – Я нашел ещё один вариант легенды, который подтверждает, что Митрид создал не просто золотого коня, он создал целую композицию. Это была квадрига – четвёрка лошадей, запряжённая в колесницу и, собственно говоря, колесницей этой управлял сам Митрид и его княгиня. Именно эту колесницу нашёл один из ныряльщиков за жемчугом. Ему приснился вещий сон, и он ночью обнаружил эту скульптуру, но понял, что она огромная, и отрезал только одну лошадиную голову. Стук, производимый при этих работах, привлёк внимание представителей семьи Мексуди. Они полностью извлекли данную скульптуру, размер которой неизвестен…

– Вероятно, золотая квадрига стала основой всего будущего богатства семейства Мексуди, поскольку его глава стал известным фабрикантом, – закончил Клин.

– Проведём нехитрые вычисления: один кубометр золота весит примерно двадцать тонн, а размер взрослой лошади явно больше, чем метр на метр, – сказал Энди. – То есть, на одного золотого коня у Митрида ушло бы как минимум тысяча талантов золота. А было ли у него столько?

– Было. И даже больше было. И нам предстоит его найти. – ответил Клин.

– Нужно только понять, где искать… – сказала я. – А как Мориган мог найти сокровища эльфийского князя? Нет ни одного упоминания в его журнале об этом…

– А этот прибор? – ткнул лапкой в Акитерский механизм Сизи. – Он же должен как–то нам помочь?

– Согласна, Докери не просто так оставил его нам…

– Да, я сначала думал, что он поможет нам определить место, – сказал Энди.

– Он поможет, – задумчиво глядя на прибор, сказал Клин. – Только нужно понять, где искать. Если исходить из того, что мы ищем сокровища Митрида, а не Чёрного Пирата… у нас просто огромная площадь.

– Всё побережье Синего моря. – вздохнула я.

– Эй! Это здорово! Это же почти отпуск! – взлетел под потолок Сизи. – В нашем распоряжение такая шикарная яхта. Почему бы не использовать это?

– Тебя укачивает, – напомнил Энди.

– Меня укачивает, когда два придурка засовывают меня в рюкзак, а потом катаются на экстремальных горках! – прошипел Сизи, подлетев к Энди, и толкнул его в плечо. – Вам тогда повезло, что мне стало плохо. Иначе, ходить вам до скончания жизни карликами!

– Друг, ну прости. Мы же извинились, – поднял руки Энди.

– Окончание Академии, – пояснила я, видя недоумённый взгляд Клина. – Они тогда со Скоттом знатно порезвились…

– О! – мечтательно улыбнулся Клин. – Когда мы с Фрэнком закончили Академию, тоже классно тогда оторвались… На третьем курсе к нам перевели нового инструктора, он был просто ненормальным… тех, кто провинился, он заставлял делать невыносимые вещи. Ну например, когда мы запороли тест на полосе препятствий, вся наша группа обучалась ползать по зеркальным стенкам по технологии мух… да–да, и не смейтесь. При этом делали мы всё это без применения магии. Только мухам было хорошо, а нам не хватало конечностей. Зрелище это до того несуразное, что самое трудное – не заржать… Хотя падать на гвозди было не весело… и разгибать их обратно… через неделю мы втянулись, а через месяц… ну короче, в ночь выпускного мы отомстили… ох как мы отомстили… – улыбка стала ещё более мечтательной.

– Ну не томи! – воскликнули Сизи и Энди.

– В вечер выпускного он должен был улетать, видимо в отпуск, ну туда, где тепло и всё такое. Устроили банкет для инструктора, на посошок, так сказать… а потом закантовали его бесчувственное тело в самолет. После того, как самолет взлетел, выяснилось, что это не тот самолет… То–то летчики сопротивлялись… Кроме того, по ошибке, вместо нормального багажа ему в чемодан засунули специально разработанное для него руководство «Как правильно разводить кур в условиях оазисов пустыни Халса». Он вернулся через три недели…

Весёлый хохот разнёсся по каюте.

– Так, всё. Я устала, – отложила я дневник. – Я хочу в душ, хочу есть, и хочу спать.

– Тут есть джакузи и бассейн, – поиграл бровями Энди.

– Я всё так же могу двинуть тебе в челюсть.

– И всё так же бессердечна… – вздохнул Энди. – Ладно, Сизи вырубай глушилку. Надо позвонить Докери, расскажу, что вы умники весь день читали дневники, ахали и охали, но так и не наши ничего.

– Эй! Притормози! – возмутился Сизи. –