Тёмный лорд моей корпорации - Лара Коваль

а безупречно отлаженный, высокотехнологичный центр управления. Исчезли вековая пыль, копоть, дикие крики и извечный хаос. Длинный стол из темного монолитного камня теперь лоснился от чистоты, а заседавшие за ним лорды больше не хватались за боевые топоры и кинжалы при малейшем разногласии.

Теперь Совет Клана выглядел как четко работающая, дисциплинированная команда топ-менеджеров. Перед каждым лежали тяжелые кожаные книги учета и аккуратные свитки пергамента с графиками поставок руды и планами развития подконтрольных территорий.

Тот же лорд Бальтазар, который раньше искренне считал, что любые разногласия по границам территорий нужно решать ритуальным поединком насмерть, теперь с максимально сосредоточенным видом выводил цифры в графе «амортизация оборудования». Суровые маги быстро усвоили главный урок Василисы: её система приносит Клану гораздо больше золота и влияния, чем бесконечные набеги на соседей. Война в этой реальности официально признана экономически невыгодным стартапом.

В самом центре этого обновленного величия, на высоком троне из черного гранита, восседала Василиса. На ней было элегантное темное платье, которое безупречно сидело по фигуре, подчеркивая тонкую талию и изящную линию ключиц. Закинув ногу на ногу под тяжелой струящейся тканью юбки, она внимательно и строго слушала доклад очередного старейшины.

Вдруг тяжелые дубовые двери зала тихо приоткрылись, и к трону быстрой, воодушевленной походкой подошел Благояр. Молодой, патлатый гений алхимии буквально светился от гордости, а его глаза лихорадочно блестели. Оставив свои привычные взрывоопасные пробирки и боевые смеси, парень три недели не спал ради этой единственной минуты. В его руках был серебряный поднос, на котором исходила паром изящная фарфоровая чашка.

— Ваша светлость, госпожа... как вы говорили? Генеральный директор! — воодушевленно прошептал парень, бережно опуская поднос перед Васей. За последние месяцы он настолько привык к её странным земным терминам, что произносил их с искренним благоговением. — Экспериментальный проект успешно завершен! Нам потребовалось тридцать стабилизирующих рунических формул, тончайший контроль температуры боевым пламенем Клана и те два мешка отборных зерен, которые вы вытребовали у эльфийских послов под видом репараций.

Вася взяла чашку в руки, и строгий Тронный зал мгновенно наполнился умопомрачительным, густым и до боли знакомым ароматом. Благояр сделал невозможное: с помощью магии Чёрных Скал он довел до абсолютного совершенства обычный земной капучино. Пышная, плотная молочная пенка была искусно украшена рисунком из молотой корицы в виде обновленного герба Клана — скрещенного меча и матовой ручки.

Её мысли на секунду вернулись в тот сумасшедший день на Земле, когда заискрившая и закоротившая офисная кофемашина вместо утренней порции эспрессо выдала пространственную аномалию и затянула её в этот мир. Кто бы мог подумать тогда, что сломанный бытовой прибор станет отправной точкой для создания новой личной империи? В тот день Северин был готов испепелить её на месте одним взглядом, а сегодня его лучший придворный алхимик покорно воссоздает земные рецепты по её первому требованию.

Василиса сделала медленный, аккуратный глоток. Горячий, сливочно-кофейный вкус был настолько идеальным, что у неё на мгновение блаженно прикрылись глаза.

— Благояр, — тихо, но весомо произнесла она, и на её губах расплылась довольная улыбка. — Это не просто кофе. Это технологический шедевр. Наша цель по импортозамещению достигнута на сто процентов. Объявляю вам благодарность. Выпишите ему двойную премию золотом из резервного фонда.

Молодой алхимик счастливо, низко поклонился и чуть ли не вприпрыжку побежал обратно к дверям, а лорды за столом понимающе, уважительно закивали. Они уже знали: если смертная госпожа довольна — Клан ждет новая волна прибыли.

Северин не сидел на своем втором, соседнем троне. Повелителю Чёрных Скал было абсолютно плевать на Совет, на нудные отчеты лордов и на притихших на дальних границах эльфов. Все эти полгода он правил этим суровым миром только ради одного — чтобы у его ног сидела эта дерзкая, невероятная женщина.

Он стоял чуть позади Васи, лениво опершись сильным предплечьем о каменную спинку её гранитного трона. Его свободная черная рубашка из тонкого шелка была небрежно расстегнута, обнажая мощную, покрытую старыми боевыми шрамами грудь. Взгляд мужчины — темный, тяжелый, наполненный такой дикой, голодной страстью — был намертво прикован к её шее и открытым ключицам. На людях Князь сдерживал свои звериные инстинкты, но его горячие пальцы медленно, почти незаметно для окружающих, скользили по плечу Васи, прямо сквозь тонкую ткань обжигая ее кожу своим внутренним магическим жаром.

Вася чувствовала это колоссальное, наэлектризованное напряжение каждой клеткой своего тела, едва удерживая хрупкую чашку в пальцах. Она слегка повернула голову и посмотрела на него поверх фарфорового края. Их взгляды встретились, и между ними словно пробежал электрический разряд. Князь едва заметно сжал челюсти, давая понять, что его терпение на исходе и этот «официальный совет» затянулся.

К счастью, лорд Бальтазар как раз закончил монотонно зачитывать последнюю страницу своего финансового отчета, захлопнул тяжелую книгу, прижал её к груди и выжидающе замер.

Василиса плавно поставила чашку на поднос, изящно поднялась с трона и уверенным, чистым голосом подвела итог:

— Отличный отчет, лорд Бальтазар. Все показатели эффективности в норме, дебет с кредитом сошелся. На сегодня заседание Совета Клана объявлено закрытым. Все свободны. Согласно регламенту — можете приступать к выполнению задач.

Лорды синхронно поднялись, сдержанно и глубоко поклонились правящей паре и чинно, один за другим, начали покидать зал, шурша своими пергаментами. Вася стояла с идеально прямой спиной, сохраняя безупречную деловую улыбку, пока последний из лордов не вышел за порог.

Едва тяжелые дубовые двери с глухим грохотом захлопнулись, окончательно отрезая их от внешнего мира, Северин хищно, в один широкий шаг преодолел разделяющее их расстояние.

Он резко, властно схватил Василису за талию, практически отрывая её от пола, и впечатал спиной в массивную каменную колонну позади трона. Девушка даже не успела охнуть, как его губы — горячие, требовательные, сумасшедшие от долгого ожидания — накрыли её рот. Северин целовал её жадно, до головокружения, зарываясь пальцами в её волосы и безжалостно руша безупречную укладку. Она со стоном ответила на этот поцелуй, крепко обнимая его за шею и полностью растворяясь в его жестких, желанных объятиях.

Наконец Северин неохотно оторвался от её губ. Он тяжело, рвано дышал, уткнувшись лбом в её лоб. Его большие ладони аккуратно взяли её лицо в кольцо, а в его темных глазах горело что-то первобытное, глубокое и торжествующее.

— Ты хоть понимаешь, какой контракт ты подписала тогда на алтаре, Василиса? — хрипло, с затаенной улыбкой спросил он.

Вася удивленно приподняла бровь, пытаясь перевести дыхание после безумного поцелуя и вернуть лицу строгое выражение:

— Я лично выверила каждую строчку, Князь.