Драконье золото - Марина Эльденберт

Он наклонился к ее губам раньше, чем успел додумать. Почему-то привычный контроль не сработал, на смену ему пришло чувство драконьего предвкушения. Обладание истинной. В этом и заключалась основная загвоздка их тройственности с братьями — никто не мог быть в ответе за то, что это именно его чувства. Его притяжение. Его страсть.

Все мысли вылетели из головы, когда его губы коснулись сладких, пахнущих вишней, губ.

Глава 36.

* Айрис Шотторн *

Я была полностью в растрепанных чувствах: привкус разочарования все еще горчил на языке. Меня предал человек, которого я считала семьей. Это не исправить, не перешагнуть, хотя мне безумного этого хотелось. Оставить все за спиной, потому что больно. Потому что сердце разрывается на части от обиды. За маму с папой. За себя.

Потому что моя мечта разбилась в очередной раз.

Поцелуй Адарена получился неожиданным и ожидаемым на самом деле. Ведь сейчас я была как никогда уязвимой. И в то же время я хотела почувствовать, как целуется последний брат. Я уже знала, как это делает Базиль, и хорошо помнила, на что похож поцелуй Верта. Но даже представить не могла, как целуется старший Веррес, несмотря на то, что много раз пыталась это вообразить. Так вот у Базиля это было игриво, Верт словно подчинял меня своей воле, обволакивая собой, а вот Адарен… Я бы назвала поцелуй Верреса-старшего изучающим. Он не был нежным, но и лишенным напора. Он словно пытался меня утешить и в то же время изучал. Проверял, насколько мы совпадаем.

Конечно, в этом поцелуе присутствовала искра, пламя, связывающее меня с драконом, но в нем было больше Адарена. Будто остальные братья падали вместе со мной в эти поглощающие чувства, а он держал меня на крыльях, не позволяя упасть. Забытое чувство покоя и радости.

Он отстранился так резко, что я едва не свалилась с сиденья. Свалилась бы, если бы Адарен меня не придержал.

— Прости, это не вовремя. — От нежной заботы не осталось и следа, ректор вернул себе строгий вид и привычный сухой тон. Но на этот раз я не обманулась: просто кто-то слишком показал свои чувства, а теперь обратно полез в свою раковину, в броню, в которой никто не сможет его зацепить.

— Нет, — покачала я головой. — Я рада, что теперь перецеловала всех Верресов.

В меня тут же вонзился взгляд янтарных драконьих глаз.

— Что ты сказала? — прорычал ректор.

— Ой! — выдохнула я, прижав ладони ко вспыхнувшим щекам.

До университета мы ехали еще долго, поэтому Адарен выпытал у меня все подробности: когда и где Базиль и Вертейд успели украсть мои поцелуи. Пришлось признаться, потому что лгунья из меня была ужасная, особенно, когда Веррес-старший так смотрел.

— Может, я вас снова поцелую, и мы обо всем забудем? — я попыталась решить проблему мирным путем.

— Нет, — отрезал ректор. — Мои братья должны ответить за содеянное. Ты для нас истинная, а не игрушка.

— Тогда и вы должны ответить!

Адарен поперхнулся и посмотрел на меня сурово, но я смело встретила его взгляд.

— Вы меня тоже целовали без спроса, — напомнила я. — Так что все честно.

— Больше никому не позволяй себя целовать, — приказал Веррес-старший. — Даже мне.

Чем вызвал у меня улыбку. На минуточку я даже забыла о своих злоключениях. А когда мы с Аддареном расстались уже на территории академии: он отправился по ректорским делам, я — к девочкам, я принялась думать, как мне поступить. Подать в суд на тетю Клэр? Новый скандал, от которых я порядком устала. К тому же, меня не было денег, чтобы нанять адвоката. Пока не было. Веррес-старший сказал, что я не могу поступить по гранту, но это не мешает мне считать грантом внесенную оплату от братьев. Отказавшись от обучения, я свою проблему не решу, а вот если поступлю, изобрету что-то полезное и после запатентую свое изобретение… Тогда я смогу и долг вернуть, и преумножить состояние своего будущего мужа!

С такими позитивными мыслями я подходила к центральному входу Королевской академии, где меня уже ждали Электра и Стелла.

— Хороший день? — поинтересовалась драконесса, когда я обняла ее во время приветствия.

— Моя тетя потратила все мое наследство, — призналась я.

— И это ты называешь хорошим? — вздернула бровь Электра.

— Хорошо то, что Стелла принесла список, и совсем скоро мы узнаем, кто мой истинный, — отмахнулась я. — А со всем остальным я разберусь!

— Мне бы твою уверенность, — вздохнула Стелла. — Пойдемте в кафетерий?

Мы уже привычно разместились в полупустом зале академического кафетерия, и я сложила ладони у груди.

— Стелла, пожалуйста, скажи мне хоть одну хорошую новость!

Подруга смутилась, но все-таки выложила перед нами список фамилий, рядом с каждой была какая-то пометка или понятная лишь Стелле закорюка.

— Это все аристократы, которые посещали Нимай за пятьдесят лет.

— Пятьдесят? — переспросила Электра. — Тут же имен на одну страницу!

— Сколько набралось, — пожала плечами Стелла. — У Нимая нет выхода к морю, в стране суровый горный климат, из интересного в ней — лишь древние развалины такой же древней цивилизации. — Она постучала пальцем по листку. — В основном, здесь археологи и скучающие — те, кто посетили весь мир и добрались до Нимая.

— Восемнадцать имен, — я пробежалась взглядом по списку. — На самом деле, нам повезло, что их так мало. Мы быстро сузим круг подозреваемых.

— Я уже, — сказала Стелла. — Черными крестиками я обозначила тех, кто умер раньше, чем на Верресов наложили проклятие. Минусами — тех, у кого не было мотива.

— Ты зачем вписала сюда моего деда? — гневно воскликнула Электра.

— Потому что он тоже был в Нимае, — смутилась девушка.

— Он ученый! Он точно никого не проклинал!

— И я его исключила из списка подозреваемых, — спокойно напомнила Стелла. — Есть двое, которые отдали Всевышнему душу в течение последних шестнадцати лет, но у них тоже не было мотивов. Они никоим образом не претендовали на престол Райсвании.

— Тогда кто у нас остался? — спросила я, глядя на список по-новому и не замечая ни одного имени без крестика и минуса.

— Никто, Айрис, — с тяжелым вздохом подтвердила