Его случайная малышка - Николь Келлер

Но если он так себя ведет, значит, что-то знает, и причина более чем серьёзная. В данном случае мне лучше ему довериться.

— Шторм! — моя девочка пытается влезть в разборки, но я заслоняю мужиков своей спиной.

— Не лезь, Майя, — разворачиваю девушку к выходу.

— Каин, он же…

— Мы сами разберемся. Иди в спальню и жди меня. И не выходи ни в коем случае, что бы ты не услышала. Поняла?

Пчелка судорожно кивает.

Я провожаю взглядом, пока за ней не закрывается дверь. Только после этого возвращаюсь к дивану.

Присаживаюсь перед Витьком на корточки. Достаю ствол из-за пояса.

— Послушай, лучше тебе ответить, — тихо произношу, подкрепляя слова тяжелым взглядом. — Моего терпения осталось буквально на счет «три». И когда я скажу «три», я начну тебя убивать. Медленно. Очень. Так, что ты будешь молить, чтобы я тебя грохнул. Но будет поздно. Раз…

— Сюда ворвались трое — я успел просмотреть камеры, — добавляет Шторм, подталкивая парня к откровениям. — Вас было четверо охранников, но бандиты воспользовались внезапностью. Они перещёлкали вас, как семечки. Опустим, что я лично вас обучал, и это невозможно. Сейчас о другом. У тебя, Витек, была самая выгодная позиция. Но ты почему-то палил в воздух. Хотя по стрельбе ты всегда был первый. И тебя ранили навылет. Ранение плевое, через месяц заживет, и не вспомнишь. Понимаешь, к чему я клоню?

— И это ведь именно ты сообщил мне, что Шторм — крыса, — продолжаю, и в груди снова поднимается волна ярости. — Чтобы, пока я буду избавляться от единственного, кто может мне помочь, вы поставили меня на колени. Буквально. Ведь вы поняли, что ради любимой женщины и ребёнка я пойду на все. Даже отдам свою жизнь. Два…

Слышится хруст и дикий вопль — это Шторм потерял терпение.

— Я скажу, скажу! — орет в голос на весь дом. — Ваша дочь у Медведя! В его загородном доме, в подвале. Он обещал ее отпустить, когда ты, Каин, передашь ему власть над городом перед братвой.

В комнате становится тихо.

Вот, значит, как… Власть ему передать…

Я ему так передам, не унесет.

Медленно поднимаюсь на ноги.

— Спасибо.

На лице Витька появляется надежда. Он даже выдыхает с облегчением и расслабляется.

Напрасно.

— Три.

Без единого колебания выстреливаю уроду прямо в голову. Ловлю пристальный взгляд Шторма.

— Что? Я не прощаю предателей. Ты же в курсе.

Шторм кивает, не споря. Набирает кого-то и коротко командует:

— Приберитесь здесь. И приглядите за Майей. Глаз с неё не спускать. И сразу же докладывать мне.

Молча выхожу во двор. Сажусь в машину. Перезаряжаю ствол, проверяю патроны. Семь. Хватит, чтобы разобраться с тварью.

- Поехали, чего ждешь? — рявкаю, когда Шторм садится, но не трогается с места.

Он несколько секунд молча барабанит пальцами по рулю. Смотрит прямо перед собой. Потом медленно поворачивается ко мне.

— Есть ещё кое-что, что ты должен знать, — лицо напряжено так, что внутри у меня натягивается каждая жила.

— Что?

— Я с самого начала вел это расследование, пытался разобраться. Информации было мало….

Он делает короткую паузу.

— Но недавно я случайно нашел две ниточки. Я не говорил тебе, потому что не было полной уверенности. Только что мне доложили и прислали информацию. В общем, это Медведь убил твою жену и подсунул ей таблетки. Теперь это точно, и у меня есть доказательства.

Глава 35

Каин

Мы долгое время едем молча. Мотор ровно урчит, за окнами мелькают улицы, дети с родителями, чужие жизни… А у меня внутри все рвет на части.

Он был у меня под носом. Всегда на виду. Всегда рядом. Он получил самый жирный район.

И именно Медведь убил мою жену и ребёнка. Медленно. Цинично. Жестоко.

Я ведь его подозревал. Все вело к Медведю. Но подозрения — не равно доказательства. Без них я не мог обвинить человека — братва бы не поняла и не простила.

Как? Как ему удавалось скрываться столько лет?!

Луплю по консоли. Пластик жалобно трещит. Запрокидываю голову на спинку сидения.

— Он очень тщательно подготовился, — вдруг отвечает Шторм, бросая на меня короткий взгляд. Оказывается, я задал этот вопрос вслух. — Прежде чем провернуть эту операцию, Медведь заранее подчистил хвосты. Заранее закупил препараты и убрал всю цепочку поставщиков. Всех, кто хоть как-то мог вывести на него. Да, недальновидно, но он сделал это все в расчете на перспективу. Что сможет найти новых, но уже в открытую. Как новый смотрящий. Правда, идеально замести следы не вышло, раз ты смог их заметить и начать его подозревать.

— Допустим. Но после этого я, как бы не старался, не смог его ни на чем подловить. Никаких зацепок, никаких ошибок. Я по сей день за ним присматривал, но Медведь словно в праведники записался! Как у тебя вышло?

Шторм крепче перехватывает руль.

— Совершенно случайно, — проводит ладонью по шее. — Не так давно напарник из моего отдела во время рейда принял в клубе компанию молодых ребят, которые весело отмечали юбилей одного из них, — кривится. — Аж целых двадцать пять лет. У одного из них нашли лекарства «для настроения». Их состав пробили по базе.…

Шторм делает многозначительную паузу.

— И они оказались идентичны тем, что принимала твоя жена.

У меня темнеет в глазах.

— Твою мать…

Пальцы сами сжимаются в кулаки так сильно, что хрустят костяшки.

— Но прошло же столько времени! Как это вообще возможно?!

— Да, ты прав, — кивает Шторм. — Никто не заинтересовался тем фактом: главное, закрыть показатели, получить звездочки, премии, галочки в отчетах. Кроме меня. Я стал копать и вышел на продавца. Наглого, хамоватого. Из тех, что ничего не боятся, и закон им не писан.

Кривлюсь. Вот поэтому я и провел массовую зачистку в городе. Потому что именно такие наглые ублюдки борзеют, а потом страдают люди. И начинается хаос в городе.

— И что, он дал… Как там у вас говорят? Признательные показания?

— Не совсем, — Шторм кривит уголок губ в усмешке. — Он признался, что именно Медведь тогда закупил у него большую партию. Как он сказал — «для одного большого и важного дела». Потом Медведь станет смотрящим, и отдаст ему этот район. Но у него ничего не вышло. И после массовой, с особым пристрастием, зачистки продавцу даже пришлось на несколько лет уехать из родного города.

Я шумно выдыхаю.

Кажется, если сейчас увижу этого ублюдка раньше времени, он не доживет даже до разговора.