Температура любви 29 градусов - Чихён Ли

Вдруг воздух вокруг девушки стал теплее, на нее снизошло умиротворение. Волнение и страх, в плену которых Бора была всего мгновение назад, растаяли, словно снег.

– Я считал с туфель ваши неудачи. Я отведу их от вас.

Поддавшись голосу, Бора открыла дверь в свою квартиру на верхнем этаже семиэтажного дома. В ночном небе за окном коридора висела полная луна.

И тут глаза Ханбита снова озарились голубым светом. Но на этот раз Бора не боялась. Ей казалось, что она вот-вот расплавится под их мягким сиянием. Девушка попала под влияние бога ночного света.

«Что со мной? Дыхание сбивается, а сердце вот-вот выпрыгнет из груди».

– Можно войти?

Бора с радостью пустила Ханбита в дом и, стоя у входной двери, молча глядела на него.

– Откуда вы узнали мое имя?

– Оно было на чеках от покупок.

– Вы прочитали воспоминания обуви?

– Я забираю с обуви людские несчастья. И ваши заберу, – шепнул ей на ухо Ханбит, обжигая девушку своим горячим дыханием.

– Какие несчастья? – спросила Бора, едва сдерживая отчаянное желание поцеловать его.

Ханбит полез на верхнюю полку шкафа и достал нужную коробку.

– Пока у вас есть эти кроссовки, ваши несчастья будут продолжаться. Отношения будут рушиться, будете постоянно менять работу.

Когда Бора увидела кроссовки своей матери, она пришла в себя.

– Что вы делаете? Вы! Как вы сюда попали?

Девушка поймала взгляд Ханбита.

– И глаза опять!

Бора снова увидела сущность Ханбита, бога ночного света.

Когда она попыталась убежать, он поймал ее за руку.

– Обычные люди не могут видеть, что мои глаза меняют цвет. Почему ты можешь?

Бора изо всех сил пыталась вырваться.

– Положи на место! Положи кроссовки, они – самое ценное, что у меня есть!

Бора потянулась, чтобы вырвать обувь у Ханбита. Бог ночного света, не желая сдаваться, уводил руку с коробкой все выше.

– Мне нужно узнать о тебе.

Ханбит отпустил Бору и обеими руками крепко сжал кроссовки. В эту секунду из его тела вырвался голубой свет. Пораженная, Бора быстро отступила от Ханбита.

Бог ночного света погрузился в воспоминания обуви.

* * *

Темнота, улица без единого фонаря.

Мама Боры спускалась с верхнего этажа частного дома, где она занималась репетиторством.

Мать-одиночка спешила побыстрее вернуться к дочери. Прошло два года с тех пор, как женщина забрала ее к себе. Она ценила каждый счастливо прожитый вместе день.

Ведущая вниз по наружной стороне здания лестница была крутой и высокой. Ступеньки были слишком узкими, а старые железные поручни выглядели так, будто могли в любой момент сломаться.

В тот весенний вечер шел дождь, и лестница была залита водой. На полпути мама Боры поскользнулась и покатилась вниз. На последнем пролете она сломала шею.

И почему ее дочь купила ей кроссовки на размер больше?

* * *

Здесь воспоминания обуви оборвались.

Голубой свет, исходивший от Ханбита, исчез.

– Кроссовки ведь были ей большими?

Глаза Боры расширились от удивления.

– Откуда вы знаете?

– Вы случайно купили кроссовки на размер больше, но ваша мама не стала их менять. Верно?

Бора никому об этом не рассказывала. Теперь же тайну собирались, открыв ржавый засов, выпустить на свободу.

Пытаясь успокоить дрожащее дыхание, девушка с трудом выдавила:

– Мне в магазине сказали, что кроссовки, которые я выбрала, маломерят на размер. По совету продавца я и купила на размер больше, но маме они не подошли. Она не стала их менять: сказала, что дорожит моим подарком, который я купила, долго копя карманные деньги. Она вставила стельки потолще и прикрепила со стороны пяток толстый подклад.

При виде дрожащих губ Боры у Ханбита тоже заболело сердце.

– Мама так их и носила. Как будто они когда-нибудь стали бы ей по размеру. Разве не глупо?

По щекам Боры тихо потекли слезы. Ханбит подошел к ней:

– Это не ваша вина.

Бора разрыдалась. Ей никто никогда не говорил этих слов, хотя именно их она отчаянно хотела услышать. Девушка и подумать не могла, что долгожданную фразу скажет ей волшебное существо. Но у нее не было права на эти утешения, какой бы сладкой эта ложь ни была.

– Прекратите. Вы же видели, как мама умерла.

– А что, если это произошло не из-за обуви? Если вы все это время ошибались?

Бора удивленно посмотрела на Ханбита.

– Я заберу ваши несчастья.

Ханбит помог Боре надеть кроссовки матери и крепко сжал в руках ее обутые ступни.

– Если вы поняли, что я не человек, значит, вы тоже не совсем обычная.

Бора не поняла, что он имел в виду.

– Сейчас мы с вами увидим последнее воспоминание ее обуви.

Как только Ханбит закончил говорить, Бору окутал голубой свет. Девушка зашла в память кроссовок.

Лестница с верхнего этажа.

Мама шаг за шагом спускается по ней.

В тот день во всех квартирах в доме был выключен свет. Боясь упасть в темноте, мама держалась за перила.

Вдруг она услышала за собой грохот. Она повернулась. Наверху замер мужчина, спрыгнувший с крыши соседнего здания. Маму охватил ужас. Схватившись за перила, она стала спускаться быстрее. Мужчина толкнул ее в спину, прыгнул на следующую крышу и скрылся.

Воспоминания кроссовок закончились.

В мыслях Боры царил хаос. Она наконец освободилась от кошмара, который мучил ее на протяжении девятнадцати лет.

– Кто этот мужчина?

Когда Ханбит не ответил, Бора забеспокоилась:

– Почему не было видно лица?

Ханбита больше интересовала девушка, стоявшая перед ним. Она смогла войти в воспоминания обуви с богом ночного света и благополучно вернуться. Обычный человек не выдержал бы энергию такой силы. Он бы лишился памяти и потерял сознание или упал в обморок от шока.

– Бора, вы действительно удивительная девушка.

– Не такая удивительная, как вы. Ответьте же быстрее, кто толкнул маму?

– Я тоже не знаю.

Бора усилила хватку на руке Ханбита:

– Найдите его! Я знаю, вам это под силу.

– Я лишь пришел избавить вас от несчастий.

Обувь, потерявшая своего владельца, теряет и воспоминания. В момент, когда мужчина толкнул маму, ее кроссовки наверняка запомнили его лицо. Но со временем у обуви, как и у людей, воспоминания тускнеют. Пройдет еще время, и все остальное из памяти кроссовок тоже сотрется. Чтобы этого не случилось, Ханбит должен был подпитать их своей энергией.

Проблема заключалась в том, что нельзя было узнать, сколько энергии им потребуется. Вполне возможно, что кроссовки заберут энергию, но не дадут им нужных воспоминаний. Тогда Ханбит только истощит собственные силы и, возможно, пострадает сам.

– Сделайте так, чтобы кроссовки вспомнили лицо преступника. – Глаза Боры стали серьезнее, чем