Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

— Господи, Ракель, о чем ты говоришь? — слегка хмурится Хелен. — Ты ни в чем не виновата перед Терренсом!

— Иногда я допускаю слишком много ошибок… Из-за чего могу однажды навсегда оттолкнуть от себя любимого человека.

— Никто не идеален, подруга, — мягко отмечает Анна. — Однако Терренс все равно любит тебя. Как бы ты его ни бесила и расстраивала.

— Есть некоторые, за которые он точно не простит меня.

— Ракель, не говори глупости.

— Это правда, Анна…

— Неужели ты сделала что-то, из-за чего Терренс будет злиться на тебя? — слегка хмурится Питер. — Если боишься что-то говорить ему – скажи нам. Мы постараемся помочь тебе.

Ракель замолкает на пару секунд и несильно прикусывает губу, думая о том, стоит ли ей говорить друзьям про своего выкидыша. Но немного подумав, девушка качает головой и слегка дрожащим голосом говорит:

— Э-э-э, нет-нет, Питер… Я ничего не сделала… Тебе показалось… Да, показалось…

— Ты уверена в этом? — слегка хмурится Наталия.

— Да…

«Нет-нет, пока что я не хочу говорить им про ребенка. — думает Ракель, пока ее глаза бегают из стороны в сторону. — Хоть я и доверяю ребятам, кто-то может проболтаться Терренсу. А я должна сама во всем признаться ему…»

Пока все хмурятся и вопросительно переглядываются между собой, Эдвард с грустью во взгляде думает:

«Она имеет в виду погибшего ребенка… Эти слова о нем, о ребенке Терренса… Ракель пока что не хочет говорить об этом. Значит, и я должен молчать. Главное, чтобы она поскорее выполнила свое общение поговорить с моим братом.»

— Эй, ребята, а Даниэль придет сюда после того, как поговорит со своей сестрой? — шепотом спрашивает Наталия.

— Думаю, да, — также шепотом отвечает Питер. — Но наверняка будет сильно нервничать из-за Анны. Точнее, из-за того, что она ведет себя так, будто он – пустое место для нее.

— Не посчитайте меня грубой и не думайте, что я имею что-то против Перкинса, но он сам во всем виноват, — хмуро говорит Хелен, скрестив руки на груди. — У него был выбор и шанс избежать разрыва с Анной.

— Согласна, — кивает Наталия. — Мне его безусловно жаль, но это вина Перкинса. И мы уже не можем помочь ему.

— Однако Даниэль готов на все, чтобы вернуть Анну, — уверенно отмечает Питер. — Даже еще раз пережить амнезию или быть сбитым машиной.

— Увы, ему это не поможет, — задумчиво говорит Эдвард. — Чуда не случится… Мне, конечно, очень жаль его. Но еще больше мне жаль Анну, которая вроде любит, а вроде и обижена.

— Пусть радуется, что хотя бы Кэссиди жива.

— А кто такая Кэссиди? — слегка хмурится Наталия.

— Его сестра.

— А мы как-нибудь можем познакомиться с ней? — интересуется Хелен. — Интересно посмотреть на эту девочку.

— Пока что к ней пускают только Даниэля, — спокойно отвечает Эдвард. — Но он сказал, что скоро мы все сможем навестить ее.

— А она хоть хорошая?

— Да, эта девочка очень милая и добрая. Хотя и до смерти перепуганная и находится в плохом состоянии. Физическом и моральном.

— Бедняжка… — с грустью во взгляде произносит Наталия. — Как же ей не повезло…

— Надеюсь, она сможет вернуться к нормальной жизни, — с грустью во взгляде выражает надежду Питер. — И забыть все, что с ней вытворял этот подонок Уэйнрайт.

— Он намного опаснее и хуже, чем мы думали, — задумчиво отвечает Эдвард. — Хоть бы он сдох. Не хочу, чтобы он выжил.

В этот момент Анна и Ракель, слегка нахмурившись, переводят на них свой взгляд после того, как перестают о чем-то разговаривать.

— Эй, о чем вы там шепчетесь? — спрашивает Анна.

— Да так, ни о чем, — заправив прядь волос за ухо, задумчиво отвечает Наталия. — Все хорошо.

— Просто говорили о своих переживаниях, — пожимает плечами Эдвард.

— Может, у вас там есть какие-то секреты? — интересуется Ракель.

— Нет, никаких секретов, — качает головой Хелен.

— Никаких, — слегка улыбается Питер.

В палате на пару секунд воцаряется тишина.

— Э-э, слушайте, ребята, я бы хотела сходить в кафетерий и что-нибудь выпить… — задумчиво говорит Анна. — Может, кому-то что-то принести?

— Спасибо, я уже был там недавно, — вежливо отказывается Питер.

— Я тоже, — произносит Хелен.

Эдвард, Наталия и Ракель молча качают головой.

— Ну ладно, — пожимает плечами Анна. — Тогда я скоро вернусь.

Анна мягко гладит Ракель по плечу с грустью во взгляде, встает с койки и, накинув ремешок своей сумочки на плечо, медленным шагом покидает палату Терренса. Девушка, скрестив руки на груди, начинает идти по коридорам больницы, в котором встречает врачей, уборщиц и прочих сотрудников, а также пациентов, посетителей и еще какими-то личностями. Каждый куда-то спешит и не обращает внимания на происходящее. Так, к примеру, на глазах Анны какой-то мужчина случайно налетает на молодую девушку, извиняется перед ней и куда-то убегает, пока та с недоумением смотрит ему вслед до тех пор, пока он не скрывается за поворотом.

Вскоре мимо Анны на каталке несколько врачей провозят бессознательную, мертвенно-бледную девушку, говоря, что ее срочно нужно отправить в реанимацию и параллельно делая еще несколько дел ради спасения ее жизни. Увидев эту несчастную девушку, ее сердце неприятно сжимается от мысли, что кто-то за нее сейчас переживает. А когда они пропадают их поле зрения, Сеймур продолжает куда-то идти и на ходу обнимает себя руками. В какой-то момент подумав о том, что ей стало намного легче после встречи с друзьями, которые так или иначе помогают не вспоминать о том, что после возвращения в город Джулиан продолжит издеваться над ней.

Вспоминая все то, что ей приходилось переживать из-за этого ужасного человека, Анна не замечает, как практически доходит до лестницы, по которой можно спуститься вниз. Она быстро осматривается вокруг и несколько удивляется, что в этой части больницы никого нет. Но девушка решает не задерживаться здесь, отправиться в