Горничная с секретом - Злата Романова

— Потому что я не готова к такому серьезному шагу, Макс. Ты вообще меня слышишь? Мы встречаемся меньше месяца. Я не исключаю, что в какой-то момент мы начнем жить вместе, но не прямо сейчас. В том, что мы скучаем друг по другу, потому что не можем быть вместе двадцать четыре на семь, тоже есть романтика. Начало отношений — это вообще самый кайфовый период, дай мне насладиться им, прежде чем перебегать к следующему этапу.

Я вижу, что Макс возмущен и обижен, поэтому прибегаю к небольшой хитрости, давая ему понять, что мои возражения связаны не с нежеланием жить с ним, как он сразу же решил, услышав отказ, а скорее просто девчачьи заморочки.

— Почему женщины вечно все усложняют? — тяжело вздыхает он, но перестает давить и уступает, как только я начинаю ластиться и целовать его шею и подбородок, постепенно пробираясь к губам.

Мы постоянно занимаемся сексом, мое тело все еще ноет после насыщенного утра, но я все еще хочу его, химия между нами нереальная. Мне достаточно просто спустить его тренировочные шорты и приподнять футболку, которую накинула на свое голое тело, чтобы снова почувствовать его в себе. Мы с Максом стонем в унисон в губы друг друга, когда я медленно насаживаюсь на член, оседлав его крепкие бедра и стараясь продвигаться постепенно, чтобы дать своим ноющим мышцам больше времени приспособиться к монстру между его ног. Каждый раз, когда я замираю или непроизвольно хныкаю в его жадный рот, руки Макса плотнее сжимают мою попку, я знаю, что его заводит мысль о том, что я так чувствительна, потому что он тому виной. Ведь именно он раз за разом трахал меня, как ненасытное животное, в любое время и в любом месте, пока мне не стало казаться, что я живу с его членом внутри себя и теперь его отсутствие превращается в извращенную пытку.

И это не преувеличение. Макс может появиться в любое время и в любом месте, даже в разгар своего рабочего дня, чтобы поймать меня и выебать, где придется, чтобы «прочистить мозги и начать снова соображать», как он это называет. Я никогда не считала себя человеком, способным на такой риск, но с Максом мы делаем это хоть в лифте, хоть в туалете, парковке и даже в парке, прервав пробежку и наплевав на холод. Мы настолько забываемся друг в друге, что становится неважно, увидит нас кто-нибудь или нет.

— Мне кажется, мы уже становимся секс-зависимыми, — выдыхаю я ему в шею неожиданную мысль, ахая, когда он резко подается бедрами вверх, всаживая мне максимально глубоко. Я резко сжимаюсь на нем, чувствуя конвульсии надвигающегося оргазма и уже не способная связно говорить, потому что его пальцы жестко скручивают мой сосок, добавляя так необходимую мне нотку боли к удовольствию.

— Похуй! — следует рычание в мое ухо, но я уже не помню, о чем шла речь.

Даже несмотря на то, что именно я сверху, Макс полностью доминирует надо мной, вбиваясь в меня снизу и контролируя глубину и жесткость каждого толчка. Его острые зубы покусывают тонкую кожу на моей шее и несмотря на то, что их прикрывает ткань футболки, находят твердые соски, чтобы помучить их не только пальцами, из-за чего я начинаю кричать, не в силах остановиться от накатывающего удовольствия.

— Я, блядь, хочу жить в этой тугой пизде! — приговаривает Макс, без остановки насаживая меня на твердый член сильными руками, потому что я готова растечься, как масса без костей. — Такая тесная, горячая дырочка, и вся моя. В любое время дня и ночи, когда бы я не захотел. Скажи это, София!

— Твоя, — повторяю заплетающимся языком, задыхаясь и сжимая пальцами его каменные плечи.

Он не перестает говорить, восхищаясь тем, как плотно я его обхватываю, как теку для него в любой момент, когда бы он не захотел, и как жестко кончаю, как бы сильно он меня не трахал. Макс удерживает меня на себе после того, как кончает, обхватывая широкой ладонью мой лобок и втирая свою сперму в мои складочки и чувствительный клитор. Я вздрагиваю и измученно стону ему в шею, но он не перестает, пока не вырывает из меня еще один оргазм и даже потом продолжает держать наши потные тела крепко прижатыми друг к другу.

— Ты не представляешь, как сильно я хочу тебя, — бормочет он мне в макушку. — Если бы ты знала, Соня…

Я замираю, затаив дыхание, прислушиваясь, но он не продолжает. Макс просто замолкает и продолжает гладить мое тело, поднимая футболку вверх и стягивая ее с меня, чтобы между нашими голыми телами не было никаких препятствий. Мы постепенно остываем в объятиях друг друга и это такой сладкий, умиротворенный момент, что мне начинает казаться, будто жить с ним, постоянно быть рядом и иметь больше такой близости — не такая уж плохая идея, но я не озвучиваю эту предательскую мысль, потому что рациональная часть меня все еще призывает к осторожности.

Глава 22

Моя мама с энтузиазмом принимает предложение о круизе, Макс перестает настаивать на моем переезде к нему, и мы окончательно убеждаемся, что Поп оставил маму в покое, так что я начинаю чувствовать полную идиллию. Пока не узнаю, что Тархан с Альбиной вернулись домой и мне предстоит с ними встретиться.

Я не хочу этой встречи. Мне неудобно перед ними обоими за свой обман. Да, я была вынуждена пойти на это, но с какой стороны не посмотри, я чуть не подставила Тархана по-крупному. Если Макс меня простил, то вряд ли его брат и будущая невестка будут так снисходительны. Да и с Алей мы дружили, а я ее обманывала и по-своему использовала.

— Тархан прекрасно знает, что я серьезен в отношении тебя, так что его тебе бояться не надо, — старается успокоить меня Макс, когда я делюсь с ним своими сомнениями. — А что касается Али, то она вряд ли будет злиться на тебя за то, что сделала твоя бабушка. Ты не несешь ответственности за ее поступки.

Бабушка напала на Альбину физически, ударив ее головой об раковину. Об этом я тоже не могу забыть. Да, я не виновата в ее решениях, но все же она — член моей семьи. Я чувствую определенную ответственность.

Перед встречей с ними я волнуюсь и слишком долго выбираю, что надеть, смеша этим Макса, который лежит