Мой сводный препод - Ая Кучер

— Ты понимаешь, что бывает, если мужчина кончает в женщину? — цежу сквозь зубы, прищуриваясь и продолжая ёрзать под ним. — Ты что, хочешь от меня детей?

— А ты не хочешь? — внезапно огорошивает меня он.

У меня глаза на лоб лезут! Нет, ну он нормальный вообще?! Совсем уже сдурел на почве страсти! Небось, когда протрезвеет от похоти, первым в аптеку побежит за «волшебной» таблеткой!

— Нет, конечно! — отчего-то задыхаюсь и не могу смотреть в его красивые серые глаза. — Не нужны мне никакие дети! У меня учёба! Потом карьера! Ты забыл?

— Ах, да, — нагло усмехается, глядя на меня как-то снисходительно. — Ты же в прокуроры метишь. Извини, забыл.

От откровенной усмешки и даже издёвки в его голосе, я вдруг снова ощущаю с полной силой, за что я его так сильно ненавижу. Вот же высокомерный засранец! Сексист! Шовинист!

— Пусти! — снова пихаю его, но тут Влад вдруг сам приподнимается и сгребает меня в охапку и берёт на руки.

— Ты что творишь? — приходится обвить рукой его шею, чтобы не упасть.

— В душ тебя несу, — буркает. — Вымывать из тебя детей, которые тебе так сильно не нужны!

Вглядываюсь в его притягательное лицо, которое теперь, кажется, полным досады. Обиделся что ли? Какой же он всё-таки странный!

Влад исполняет своё обещание и заносит меня в свой душ. Ставит на ноги и помогает снять остатки одежды.

— Ну всё, теперь оставь меня в покое! — хмурюсь и отворачиваюсь, чтобы скрыть своё стеснение. Несмотря на слишком близкое знакомство с Шумовским, я всё ещё чувствую неловкость, когда он видит меня обнажённой.

— Ну уж нет! — Влад включает воду в просторной душевой, отгороженной большим прозрачным стеклом. — Я, пожалуй, лучше проконтролирую процесс. А то, вдруг, ты только на словах детей не хочешь, а на самом деле решишь оставить всё как есть и залететь?

— Что?! — в этот момент мне прямо вонзить ногти в его самодовольную рожу хочется. — И зачем же мне это делать, а?!

— Как зачем? — Шумовский становится сзади и берёт в руки душ, снимая его с держателя и направляя тёплые струи между моих ног. Другую руку он опускает на мой треугольничек и протискивает пальцы между бёдер. — Вы же все хотите одного и того же, правда, Мышка? Встретить богатого мужика и женить его на себе!

С этими словами он притягивает меня ближе и вжимает попкой в свой уже снова твёрдый член.

— Ничего такого я не хочу! Пусти! Я сама помоюсь!

— Нет, малышка, — его губы уже скользят по моей шее вверх, прямо к чувствительному месту за ушком… — Я хочу сделать это сам…

Он дотрагивается до скользкой киски и начинает двигать по ней пальцами, одновременно смывая водой остатки своей спермы. Спиной вжимаюсь в его грудь, скольжу по члену полушариями попки, чувствуя, как от его томных ласк мой только было заснувший дракон снова расправляет крылья.

— Влад… не надо… — как-то неубедительно шепчу, пока его нахальные пальцы погружаются в мою киску, а струи воды попадают на чувствительную горошину, даря какие-то новые, невыносимо приятные ощущения.

— Тихо, Леонова. Я лучше знаю, что нужно делать! Просто расслабься и…

Но договорить мой порочный препод не успевает, потому что в этот момент в дверь ванной громко стучат, и я испуганно вздрагиваю, понимая, что это, должно быть, один из наших родителей!

— Влад! — до нашего слуха доносится голос его отца. — Выйди! Разговор есть!

Я взволнованно выдыхаю, а Влад тут же зажимает мне рот ладонью, и шепчет на ухо: «тихо, Мышка!».

— Да, отец, сейчас выйду! — повышает голос, отвечая он на удивление спокойно.

А потом он отпускает меня, и, обмотав полотенцем бёдра, выходит из душа и аккуратно приоткрывает дверь…

Глава 42

Вася

Сердце сумасшедше бьётся в груди. Нас чуть не поймали! Ох, вот это адреналин! Не могу представить, что сказала бы отчиму, застань он меня голую в душе с его сыном… Я почему-то уверена, что во всём обвинили бы именно меня, а не Влада! Конечно, ведь это не он в мою спальню пришёл, а я в его! Будто специально соблазнила… А уж то, как всё было на самом деле, никого волновать не будет! Всё как всегда… Мир мужчин, полный двойных стандартов!

Влад протискивается через чуть приоткрытую дверь и неплотно прикрывает её за собой. До меня доносятся их голоса, но конкретные слова расслышать не получается… Тихо переступаю бортик душа и беру с полки полотенце. Воду выключать не решаюсь — вдруг это вызовет дополнительные подозрения?

Идя на носочках, подхожу к двери. Между ней и косяком есть тонкая полоска. Прислушиваюсь.

— Я же говорил тебе шлюх в мой дом не таскать! — голос отчима звучит недовольно. — Неужели и дня без них прожить не можешь?

— Так вас дома не было, — спокойно отзывается Влад. — Решил немного поразвлечься в ваше отсутствие.

«Поразвлечься»?! У меня от ярости всё внутри сжимается. Вот так он, значит, про меня думает? Я для Влада — развлечение, получается? Хотя… на что я, вообще, надеялась? Знала же, что он к женщинам как к кускам мяса относится. Только и думает, как бы кого отжарить!

— А что на это скажет Вероника? — Роман Борисович повышает голос. — Ты об этом не подумал?

Горло как-то неприятно сжимается. Вероника… Это кто, вообще, такая? Может быть, его родную мать так зовут? Или… у Шумовского есть девушка?! В прогал между дверью и косяком вижу спину Влада, который внезапно оборачивается в сторону ванной. В этот момент я резко прячусь за выступ стены. Не нужно, чтобы он меня увидел!

Его ответ я не слышу — голоса отчима и сводного брата заглушает шум воды. Когда я снова осмеливаюсь приложить ухо к двери, слышу следующее:

— Не тебе меня осуждать, отец! — уже более раздражённо говорит Влад. — Думаешь я не знаю о твоих шалавах, услугами которых ты пользовался, ещё будучи женатым на маме? Да и новой своей жене ты верность не хранишь, я уверен!

— Не зарывайся, щенок! Ты знаешь, что Верховский очень важен для моего бизнеса! — отчим перестаёт сдерживаться и начинает орать. — Если ты…

— Отец! — Влад тоже повышает голос. — Давай лучше обсудим наши разногласия в твоём кабинете…

— Ладно, как скажешь! — соглашается отчим.

Влад быстро накидывает на себя халат, и мужчины идут к выходу. Потом хлопает дверь спальни, и я понимаю, что осталась одна.

Наконец, выключаю воду. Провожу дрожащей рукой по запотевшему зеркалу и смотрю на своё отражение. Глаза сумасшедше