За гранью их власти - Кристина Миляева

наведаться перед побегом. Сегодня и в самом деле был трудный день, вот только послевкусие обнадёживало. Хлебнув макиато, поспешила собраться и выехать в банк. После него надо было заехать к матери и уже затем за сестрой. Сегодня ночью я сделаю всё, что требовалось для свершения мести, и первым же рейсом улечу вместе с той в Америку, подальше от этой трагедии и ужаса прошлого. Наш дом тут, но, когда тебя из него настойчиво выживают, зачем сопротивляться? Просто найди место, которое станет для тебя родным.

Да и в самом деле, меня ничего особо тут и не держало. Да, были моменты, которые не хотелось забывать. Но это не тот якорь, за который следовало бы цепляться и который можно тянуть на собственной шее. И вроде бы не так пугающе, как кажется, но у меня не было иного выбора. Я уже приняла решение, да и слова Сивого никак не давали мне покоя. Я хотела счастья для своей сестры, а тут она его не увидит. Мне было тяжело осознавать, что родители в такой трагичной ситуации, а она, чем старше становилась, тем больше замыкалась в себе. Нужно вырвать её и не позволить корням ответственности, сгубить ещё и её жизнь. Моей вполне достаточно…

Медленно одеваясь, я всё прокручивала в голове возможные исходы событий. Но не находила более идеального выхода, нежели тот, который предложил Сивый. Для всех это будет просто идеально. Оставалось малость… Забрать фальшивые документы, чистые карты и стереть старую жизнь, словно её никогда не было. Я уверена, потом сестра меня обязательно поймёт. Ведь только мы есть друг у друга. И как бы мне ни было тяжело и совестно, но мама не смогла бы вернуться к нам за все деньги мира. Возможно, Тетерь уже давно всё понимал лучше меня и просто ждал момента, чтобы я дозрела до этих мыслей. И кажется, чудо случилось…

Планы роились в голове и превращались в полноценное будущее, которое теперь я готова была строить для себя и своей семьи. Нельзя было изначально зацикливаться на прошлом, вот только канат, соединяющий меня с ним, был слишком прочным. А тут оно словно по волшебству начал истончаться и становился всё более незримым и лёгким. Незримая пелена спадала и улетала подобно тончайшей вуали, сорванной с головы. И это ощущение окрыляло, давало мне шанс почувствовать всю ту лёгкость, о которой вечно толковали вокруг.

Собиралась я как на парад. Даже парик на такой случай достала. Блондинистые волосы рассыпались по плечам и в мгновение ока отрасли ниже задницы. Чем не чудеса современного мира. Одно мгновение и ты практически другой человек. Лисой меня звали не только за отличные навыки, но и за расчётливость. Мужики в этом плане всегда поступали, откровенно говоря, наивно. А я могла предостеречь и уберечь их от опасности. Вот и сейчас моя жопа мне подсказывала, что мордой светить не стоило. Кто я, собственно такая, чтобы спорить с пятой точкой, чующей опасность? К ней следовало прислушиваться.

Очки и огромная шляпа заняли своё место. Телефон как раз пропищал, что такси подъехало и можно выходить. Схватив сумочку, нацепила балетки, помыслив о том, что всякое могло случиться и возможно, придётся делать ноги из банка. Сивый не дурак, но и лишняя предусмотрительность лишней не будет. Спустившись вниз, поздоровалась с водителем и затихла на заднем сиденье. Чем меньше обо мне вспомнят, тем лучше. Ну богатых блондинок с заскоками только на наш подъезд штук тридцать, а на весь дом ещё больше. Если слежка будет, то пусть ищут иголку в стогу сена, которой там даже нет.

Улыбнувшись у банка, распрощалась с мужчиной и поспешила навстречу к неизвестному будущему, которое мне уготовила судьба. Работники банка окинули меня скучающим взглядом и не заметили ничего интересного. Всё же я выбрала правильную маскировку. Сейчас я походила на чью-нибудь богатую содержанку, нежели на вчерашнюю студентку. Так что, протянув девушке карточку, без проблем получила доступ к ячейке. Видимо, тут нормальная практика, что любовники снимают для своих игрушек ячейки, чтобы подарить что-нибудь или передать деньжат. Не зря же я про этот банк даже не слышала.

Улыбчивая девица, без остановки тараторя, объяснила мне, что и как устроено, после чего свалила с глаз моих долой и оставила один на один с мыслями и открытой ячейкой. Руки немного дрогнули, но я всё же потянула металлический кофр на себя. Он мягко проехался по металлу и оказался намного тяжелее, чем я рассчитывала. Едва не уронив поклажу, я всё же перенесла ту на стол и перевела дух. Что же такого мне оставил Сивый, что потребовались такие шпионские игры? Разве не мог он положить это в сейф, пароль от которого был известен лишь мне одной? Или тут дела уже обстояли совершенно иначе, и сюрприз готовился грандиозный.

Как-то не так я себе представляла встречу с его наследием. И всё же руки немного тряслись, когда я, присев за стол, потянула короб на себя. Противный скрежет наполнил комнату, но я, скривившись, всё же дотащила его до себя. Не хотелось ещё раз допустить ошибку и едва не развалить по полу всё содержимое. Моя криворукость ещё никого до добра не доводила, и второй раз на те же самые грабли наступать не хотелось. Дай боже, чтобы с первого раза прошло нормально и не потребовалось вмешательство сотрудников банка.

Собравшись с духом, всё же откинула крышку и едва не подавилась собственным вдохом. Там лежали не деньги, как я думала, а куча карт памяти и тонкие тетради по двенадцать листом. Мне не потребовалось даже два и два складывать, чтобы понять, что мне подарили всю картотеку компромата разом. Вот почему это чудо хранилось в банке. Такое в простой сейф не запихнуть. И по той же причине Сивый велел забрать всё перед отлётом. Это моя страховка на непредвиденный случай. Так что я думать не стала, быстро сгребла всё в объёмную сумку и захлопнула уже пустую ячейку, которую и вернула на законное место.

Распрощавшись с работниками банка, села в заказанное такси и понадеялась на то, что это будет последним пунктом моего безумного дня. Вот не чаяла даже, что одно-единственное действие могло так высушить. Буквально испить до дна и низвергнуть в пучину отчаяния. Сивый знал обо всём заранее? Или просто был слишком расчётливым и понимающим, чтобы не сделать такой ход наперёд. И у кого-то спросить не вышло бы. Единственный, кто мог ответить уже, в сырой земле