За гранью их власти - Кристина Миляева

но доступ могла получить лишь дома. А для этого следовало свалить под благородным предлогом, как можно быстрее. Только подозрение вызывать не хотелось. Они и так пока слабо верили в свою удачу. Пусть и дальше так будет.

Задумавшись над всем произошедшим, упустила момент, когда меня мягко опустили в тёплую воду и начали намыливать в четыре руки. Нега расползлась по телу и засвербела под лопатками нежностью и счастьем. Расслабившееся тело обмякло в чужих руках, и я счастливо улыбнулась. Надеясь на то, что они не поймут, с какого перепугу я себя вела подобным образом. Наверное, впервые кто-то так искренне был очарован мной самой, а не этими странными навыками, свалившимися мне на голову как будто бы по волшебству. Для них я была просто красивой девушкой, которую нужно баловать и любить.

И это выбивало из колеи. Я не представляла, что когда-нибудь смогу ощутить нечто подобное и вообще понравлюсь кому-то до такой степени. Хоть и не дурнушка, но и популярностью я не пользовалась. Всё же забота о семье и матери перекрывали остальные потребности. Работа отнимала львиную долю времени. А появившиеся деньги и дорогая одежда отталкивали парней. Встречаться с богатой дурочкой они не желали, дабы не травмировать своё эго, которое зачастую оказывалось единственным стоящим элементом в их образе. От остального только душу воротило и не хотелось общаться со столь травильными личностями.

Зажмурившись, почувствовала, как сильные пальцы начали разминать мышцы, поглаживая и доставляя дополнительное удовольствие. Я ощущала себя сказочной принцессой, которой достаточно было иметь привлекательную внешность, из-за которой каждый согласен носить её на руках. Но рано или поздно, сказка обращалась былью. И уже спустя пару десятков минут, я стояла собранная и одетая и пыталась сопоставить в голове какие-то факты. Выходить в общий зал не хотелось. Ноги всё ещё подрагивали, и в груди шевелилось что-то странное. Если бы существовала возможность сбежать, меня бы тут уже не было.

И всё же, по окончании этого сумасшедшего мероприятия, следовало свалить за границу и никогда не вспоминать о том дурдоме, который я себе позволила. Две наглые конечности поймали меня в ловушку, и я оказалась в одночасье зажатой между двумя телами, пышущими жаром и возбуждением. Судорога пробежалась по телу и спустилась до самых пят, формируя непроизвольные мурашки, которые стекали в желудок тягучими лентами воспоминаний о прекрасных моментах. И всё это было таким ненавязчивым и томительным, что хотелось повторить и сделать это ещё раз, а можно несколько.

Мотнув головой, изгнала из неё такие навязчивые мысли и решила действовать на свой страх и риск. Эти двое, какими бы совершенными не были, должны поплатиться за то, что разрушили мою жизнь. Дважды… Теперь оставалось доделать кое-какие штрихи и можно с чистой совестью плюнуть на это и стереть из памяти. Словно ничего и не было… Ведь это не так уж и больно, вырывать чувства, которые ещё не успели укорениться в груди и пока едва-едва тянули на что-то осознанное и привычное. Я не желала опускать руки и сдаваться. Они хотели сломать меня, я уничтожу весь их привычный мир.

Улыбаясь ярко и счастливо, я пока не брыкалась и послушно спускалась по лестнице. Нельзя выдавать нетерпения и демонстрировать им свои эмоции. Это война, и она должна быть отыграна на высшем уровне. Пусть попсихуют и понервничают. Ничего более сладкого, чем их крах я в своей голове не рисовала. Это так заводило, что казалось, в грудной клетке разгорался настоящий пожар, а сердце готово было пробить свой жёсткий рёберный каркас, дабы выбраться на свободу и станцевать лезгинку на пепелище их жизней. Только не то время и не то место, чтобы так радоваться и делать поспешные выводы.

В зале уже собиралась благородная публика, разомлевшая и утолившая первый голод по блуду и вседозволенности. Теперь они пробовали изображать добропорядочных граждан, служащих своей стране. Смешно, вот так бы сроду не опознала в толпе кучку извращенцев. А тут два месяца жизни, потраченные на слежку за клубом, позволили пересмотреть мои взгляды на этот мир. И к сожалению, не в самую лучшую сторону. Что-то мне подсказывало, что я ещё намучаюсь со всем этим и сильно пожалею. Тут главное — совесть заткнуть и спрятать её куда подальше, чтобы потом не было проблем. Сегодняшний вечер стал тем самым важным шагом на пути к моему господству на арене сражения за отмщение.

Всё же Жени я не врала и на сам клуб мне было плевать с высокой колокольни. Самое главное, что меня интересовало — парочка идиотов, которые не ведали, какой дамоклов меч навис над их головами и готов был опуститься на их шеи. Я понимала, что в теории поступала слишком поспешно и следовало лучше проработать план действий. Но матери с каждым днём становилось всё хуже и хуже. Врачи уже настаивали на том, что это не помощь, а издевательство над человеком. Но отпустить её вот так просто, у меня не получалось. Ведь помимо неё, у меня и не было никого родного и близкого. Да и сестра вряд ли бы мне простила такое решение.

Потому у меня не было иного варианта, кроме как отомстить этим двум уродам и превратить их жизнь в кромешный ад. Пусть попробуют сделать так, чтобы выйти сухими из воды. Какие бы отговорки ни предоставляла мне судьба, они один хрен виноваты во всех случившихся со мной бедах. И теперь возмездие в моём лице настигло и решило покарать. Бог с ним, что это тот ещё грех. Тут либо я поставлю точку во всей этой затянувшейся драме, либо сама сойду с ума от ненависти и обиды. Они и так тяжёлым грузом лежали у меня на плечах и не позволяли вздохнуть полной грудью. Тянуть же всё это за собой в другую страну я не собиралась. Проще поставить точку и окончательно разорвать все связи со своим прошлым.

Осмотрев зал беглым взглядом, осознала, что до меня никому нет дела. Так что, вывернувшись из надёжной хватки наглых конечностей, я извинилась и сказала, что мне срочно надо по зову природы. Останавливать меня никто не стал. А я уже злорадно усмехалась, стремительно направляясь к администратору, чтобы забрать из сейфа настоящий телефон и свалить из этого чёртового места раз и навсегда.

К тому же у меня осталось ещё кое-какое дельце в клубе. Если я хотела навсегда покинуть страну, то мне нужен был тот, кто присмотрел бы за детищем, в которое я вложила столько труда