Развод. Месть ректору-дракону - Лиззи Голден

Он отчитывает его так же, как и адепта. Артур не противится. Он только встречается со мной взглядом, и я замечаю, что его глаза снова приобрели яркий голубой оттенок.

― И вы все ― туда же. Слышали меня? ― продолжает буйствовать Рейнард, явно чувствуя себя в своей тарелке.

― Ну уж нет, нам-то зачем в лечебницу! ― ожидаемо возмущается Марк. ― У меня например ни царапины… разве что Энжи нужно проверить колено…

― Там ничего страшного, только ушиб, ― быстро проговаривает та и краснеет.

― Это не просьба, а приказ! ― цедит профессор, бросая на них убийственные взгляды.

Клэрис, все еще покрасневшими от смущения щеками, фыркает и скрещивает руки на груди.

— Вечно вы к нам придираетесь, ― горделиво она приподнимает подбородок. ― Лучше бы этими бандюками занялись, ― она кивает на связанных Дамиана и Мирабель, которые только и могут, что мычать и зловеще вращать глазами.

― Займусь, как только удостоверюсь, что никто здесь в ближайшее время не умрет от внутреннего кровоизлияния, ― припечатывает тот, буравя ее взглядом, но Клэрис встречает его достойно и даже не отворачивается. ― Поэтому с ректором идете вы все. Без обсуждений.

― Разве что поможем вам дойти до лечебницы, господин Сильверт, ― учтиво отзывается Марк.

― Не стоит, я с ним, ― тут же говорю я.

Почему-то не хочется отпускать Артура ни на секунду. А еще ― не хочется даже смотреть в сторону этого предателя Дамиана, который все-таки спалился и попал в ловушку, подстроенную собственными руками.

Несмотря на то, что у меня осталось еще много неразрешенных вопросов, впервые за все это время я чувствую, как покой наполняет мое сердце, и в нем зарождается что-то похожее на счастье.

43 глава

Потом все как-то завертелось, закрутилось, что я почти не успевала следить за событиями.

Мы все тщательно проследили ― особенно профессор Рейнард, ― чтобы Артур, наконец, отправился в лечебницу. Мои соседки наряду с Марком смогли как-то отвертеться, разве что Энжи осталась, чтобы попросить травяную мазь для своего колена.

Я же чувствовала себя вполне бодро, даже лучше, чем до отравления. Но Рейнард все равно настоял, чтобы меня осмотрела целительница, как будто не доверял своим эликсирам и их способностям. В крови у меня ничего не нашли, так что я оказалась очень быстро на свободе и… впервые почувствовала, что не знаю, чем заняться.

Точнее ― какая теперь у меня жизненная цель.

Ведь почти сразу после того, как мы отправили Артура лечиться, прибыл местный пристав, который забрал связанных Дамиана и Мирабель. Очень скоро над ними произведут суд. И этот суд не будет похожим на тот, который некогда вершили надо мной ― он будет справедливым.

Ведь Дамиан причинил много зла не только мне, но и другим людям. Поэтому наказание будет заслуженным.

Пока к Артуру меня не пускали, я отправилась к профессору Рейнарду, чего бы не сделала еще вчера ― все же он меня немного пугал своей язвительностью и суровостью. Но теперь, когда узнала, что он лучший друг ректора, да еще и после того, как он самоотверженно нас защищал, резко перестала его бояться.

Просто не могла быть в этой неопределенности. Вопросы разрывали мою голову, и я с этим шквалом набросилась на профессора алхимии, который только поднял глаза к потолку и сказал:

― Когда господин Сильверт почувствует себя лучше, вы сможете спросить у него об этом, адептка Мальран.

Я даже не помню, какой именно вопрос задала, может даже несколько сразу. Но потом Рейнард смягчился и рассказал то, что знал. Что Артур после того, как его выгнал отец, вернулся в Академию и попытался устроиться профессором боевых искусств. Его приняли сразу. Сам же Рейнард не торопился идти в профессорство и хотел добиться славы в области алхимии, создавая новые эликсиры. Но что-то пошло не так и он последовал за Артуром, правда, не так сильно любил свою работу, как его друг.

Сам же Артур так сильно обиделся на отца, что почти сразу сменил фамилию, взяв девичью фамилию его матери ― Сильверт. В этом ему помог отец Рейнарда, который к нему благоволил и считал перспективным молодым человеком. Дамиан же ничего не менял, так и оставался Кроуфордом. К слову, о брате Артура ничего в Академии не знали, только близкие друзья, то есть ― сам Рейнард и фактически никто больше.

Я слушала его и думала, что все это время Артур был в опасности. Ведь его вполне могли принять за преступника Дамиана, который занимался разбоем в северной части королевства и на юге о нем просто не слышали, разве что читали что-то в газетах.

А еще мне удалось кое-что интересное выпытать про Мирабель. Оказывается, Рейнард успел ее допросить до прибытия пристава. Та жутко испугалась, что вся правда вышла наружу, и рассказала, что работала на два фронта. Она была одна из любовниц Дамиана, которых он приводил в мой дом. А еще она выступала на суде против меня, правда, ее лицо было скрыто вуалью, но голос-то остался прежним. Так вот почему мне она сразу показалась знакомой и неприятной личностью!

Сначала Дамиан обещал ей золотые горы, связанные с моим наследством, только чтобы она помогла ему оттяпать мое поместье. Она оказалась женищиной неглупой, даже хитрой и сноровистой, быстро нашла нужных людей за небольшую плату, чтобы меня оклеветать.

А потом Дамиан будто бы про нее забыл. Начал кутить и гулять и даже не отдал ей ее долю, которую обещал. Так Мирабель уехала на юг и случайно столкнулась с Артуром. Она знала о брате Дамиана и что его якобы больше нет. Быстро прикинув и сообразив, она начала играть в обе стороны, чтобы выбрать для себя наиболее выгодную в итоге. Но Артур на нее так и не обратил внимания, хотя он был завидной партией для брака, и тогда Мирабель решила отомстить им обоим, используя Дамиана в своей игре, но в итоге поплатилась сама.

Неделя пролетела очень быстро, пока я узнавала эти подробности, обсуждала их с соседками, которые стали для меня настоящими подругами, ходила на занятия ― ведь их никто не отменял, даже несмотря на временное отсутствие ректора на посту. И вот теперь сижу в лечебнице, на кровати Артура, глядя в его бледное после болезни лицо.

Оказывается, он пробыл в подвале почти двое суток и ужасно простудился. Конечно, алхимические