Вы не туда попали, Ваше Высочество - Марианна Красовская

это не только благословение, но еще и проклятье, — глухо сказала Женни. Она знала это точно. — Дар у монарха — беда вдвойне. У древних родов всегда очень много сил. Придётся много учиться, чтобы не потерять разум и не поддаваться панике или гневу. Самообладание — первое, что нужно магу. И монарху тоже.

— Вот, мне уже легче, — закивала Сандра. — Продолжай!

— Никакого трона, пока ты не пройдёшь долгий путь обучения.

— Великолепно!

— И тем более, придётся подождать с детьми пару лет. Беременность — дело такое, даже самая разумная женщина может вести себя непредсказуемо.

— Умница моя!

— И, конечно, нам придётся сообщить его величеству.

Мы вдруг замолчали, по-настоящему испугавшись. Вот последний факт страшнее всего.

— Я к нему не пойду! — в панике заявила Сандра. — Я его видела всего три раза!

— Я тем более, — закивала Женни.

Конечно, кто бы сомневался. Все снова падает на мои хрупкие плечи. Мне вдруг захотелось спрятаться в шкаф или под кровать. Как меня все задрало! Отбор этот, заменная принцесса, женихи, папенька со своими выкрутасами! Еще жениха им вынь и положь. Мне что, разорваться на кучу маленьких Аманд? Я уже ночами стала плохо спать, мне кошмары снятся! Никогда в моей жизни не бывало такого сложного периода.

— Ваше высочество, мне нужно побыть одной и подумать о том, как лучше сообщить королю столь важную новость. Можно, я немного погуляю?

— Угу. Иди. К обеду только вернись. Женни, давай, читай мне дальше про баронессу Ольфид.

— Не похоже на географию или экономику, — проворчала я, завязывая ленты соломенной шляпки под подбородком.

— Еще как похоже. Это дневник баронессы, которую выдали замуж за старика, и ей пришлось восстанавливать старое поместье самостоятельно. Много интересных вещей пишет… помимо того, что у нее роман с пасынком, конечно.

Я только головой покачала: какие интересные нынче учебники для принцесс! Надо будет тоже написать какую-нибудь книжонку по этикету… замаскированную под дамский роман.

* * *

В беседке у пруда было очень тихо и душно. Никого вокруг: даже птицы не пели, даже цикады затихли. Воздух густ и горяч, как будто в кухне возле печи. Меня все устраивает, не хочется даже шевелиться. Просто сижу, ссутулившись, на скамейке и молча смотрю на ползущего по резному столбику муравья. Думать ни о чем не хочется, слишком все стало… сложно.

— Скучаешь? — раздается знакомый голос со стороны аллеи.

Мне не хочется даже оборачиваться.

— Что-то случилось, Ди? Я могу помочь?

— Ты как тут оказался? Только не говори, что снова — случайно. Не поверю.

— Смешно, но ты права. Вэл меня отправил тебя искать. Ему Сандра сказала, что ты ушла гулять одна и не вернулась к обеду, как ожидалось.

— А… уже обед? Я не заметила.

Роймуш подошел ко мне сзади, осторожно дотронулся до плеча.

— Что произошло, Ди? Тебе плохо?

Он был первый человек за последние недели, который поинтересовался моими чувствами. Каждый мой близкий хотел от меня чего-то. Я должна была быть сильной и веселой, улыбаться, всем помогать, за всем следить, быть идеальной и удобной. А Этьену ничего не было нужно. Он просто подхватывал меня под руку каждый раз, когда я готова была упасть.

— Я так устала, Тьен, — доверчиво уткнулась ему в грудь носом, прямо туда, где билось сердце под тонкой белой рубашкой. Ах, как вкусно он пахнет! — Устала быть взрослой. Отцу я больше не доверяю, матушке самой нужна забота и опора, Роб еще совсем мальчишка. Он старается, но пока не очень выходит. А я ведь просто женщина. Я не хочу думать, хочу просто новое платье, шляпку и на море. Сандра еще со своими женихами меня с ума сводит. Была же нормальная принцесса, а теперь что? Весело ей, интересно. Нет, я ее не осуждаю… Но как же с ней трудно. Представляешь, у нее теперь магический дар прорезался.

— Ужасно, — Этьен усмехнулся мне в волосы и осторожно обнял за плечи. — Вэл рассказал мне, что вчера был пожар на музыкальном вечере. Это Сандра устроила, выходит?

Как быстро он свел в одну реку все потоки! А можно ли ему доверять до такой вот степени?

— Угу. Распугала мне всех женихов, коза огненная. Что мне делать-то теперь?

— Вэл сказал, что ты пользовалась успехом. Значит, наш план сработал.

Я хотела сказать, что в гробу я видала такое «сработал», что плевать хотела на все планы, что уволюсь, уеду в деревню и там всем назло выйду замуж за мельника или пасечника, но вдруг сказала совсем другое.

— Поцелуй меня, Тьен.

— Тебе это поможет сейчас?

— Мне нужно перестать думать и жалеть себя. А твои поцелуи очень хорошо помогают успокоиться.

Он снова тихо засмеялся, перетягивая меня к себе на колени.

— Моя маленькая сильная Ди, что же ты со мной делаешь?

— Я?

— Конечно. Коварная соблазнительница. А говорила, что не знаешь, как вести себя с мужчинами. Все ты знаешь, милая.

И развязал ленты шляпки, отбрасывая ее в сторону. Целоваться было ужасно страшно. Я понимала, что совершаю неимоверную глупость, но останавливаться даже не подумала. Пусть! Хочу быть маленькой глупенькой Ди. Умница и скромница Аманда подождет.

Губы, мягкие и теплые, как лепестки цветов, нагреты солнцем. Крепкие мужские плечи под моими вздрагивающими пальцами. Смешивающееся дыхание. Думал ли он, что все это закончится вот так — губы в губы? Горячая ладонь уверенно ложится на затылок, привлекая меня еще ближе. И вот уже невинный успокаивающий поцелуй перестает быть невинным. Тьен пьет меня, как вино, жадно, захлебываясь, прижимая меня все плотнее к своему телу. А я отдаюсь ему без оглядки, желая только, чтобы это длилось вечно.

Да, после таких поцелуев мир становится куда проще и сложнее одновременно! В голове не осталось ни единой мысли, все тело пылает, сердце колотится в ушах, заглушая все звуки. Разомкнув губы, я не желаю его отпускать, уткнувшись лбом в его влажную шею, пытаясь восстановить сбитое дыхание. Этьен тоже взволнован, я чувствую напряжение в его теле.

— Кажется, будет гроза, — произнес Роймуш тихо. — Нужно возвращаться.

— Да, ты прав.

Я ни на мгновение не жалею о случившемся. Такие поцелуи, наверное, не каждой доводится испытать! И пусть продолжения у нас не будет никогда, пусть наши пути скоро разойдутся навеки, это было удивительно и прекрасно. Магия чистой страсти, волшебство любви.

Все же я в него немного влюблена. Не так, как была влюблена в Доминика Ферье. Здесь мой разум не отключается и взгляд абсолютно трезв. Никак нельзя позволить себе лишнего. Но пройтись по краю пропасти ой как хочется! Хотя бы для