Леди Изо Льда. Истинная ледяного дракона - Марго Арнелл

подавшись вперед, с поразившим меня саму пылом воскликнула я. — Потому что так нельзя! Нельзя, чтобы невинные люди расплачивались за вражду своих правителей, которую им навязали!

Лливелин испытующе смотрел на меня.

— То есть ты не считаешь это моей слабостью как короля?

— Нет, совсем нет, — искренне сказала я.

Повернувшись к окну, король взглянул на луну над Гласиарном.

— Мейра настаивает на решительных действиях, — едва заметно поморщившись, сказал он.

Что-то в его гримасе и тоне подсказало мне, что их мнения часто расходятся. Впрочем, так ли это удивительно? Мейр казалась порывистой, импульсивной, он — тем, кто тщательно взвесит каждое свое решение прежде, чем его принять. Кто останется спокойным даже тогда, когда мир вокруг него начнет рушится.

— Но что мне делать? — тихо спросил Лливелин в пустоту. — Я не смогу защитить свой народ, не навредив другим.

Я молчала, не зная, что ответить. Не хотела бы я оказаться на его месте… и быть королевой тоже бы не хотела — вопреки моим давним, давним мыслям.

В окружившем нас молчании мне чудилась некая незримая общность, словно мы оба, каждый по своему, испытывали боль от несправедливости этого мира.

И теперь я увидела в Лливелине не только решительного, уверенного в своих действиях, непреклонного даже правителя, но и человека, раздираемого сомнениями и противоречиями. И эта уязвимость делала его только… ближе. Человечнее. Живее.

— Но и это еще не все, — глухо сказал он. — Даже если я на это решусь… Боюсь, что после того, как я заморожу лавовую реку, моя ледяная сила полностью иссякнет.

— Что? — встрепенулась я. — Почему?

Молчание затягивалось. Я почти воочию видела, как не хочется Лливелину говорить об этом. Наконец он медленно, почти неохотно повернулся ко мне.

— Потому что проклятие огненных драконов коснулось и меня.

36. Астариос

— Проклятие? — ошеломленно переспросила я. — То, что высасывает из людей Бригантии магическую силу?

— Да, — глухо отозвался Лливелин. — Мы не знаем, что это за магия, но из-за проклятия и началась война. Возможно, Астариосу в какой-то момент стало слишком мало собственной мощи и маги Карн-Игни нашли способ ее увеличить.

— Как?

— Передать ему чужую силу, как Леди Изо Льда передают ее ледяным драконам. Вот только они это делают добровольно… Но есть и другой вариант. Возможно, Астариос хотел ослабить меня и магов Бригантии, прежде чем напасть на нашу страну.

— Но почему?

Король пожал плечами.

— Благодаря донесениям из надежных источников, смею полагать, что одного Карн-Игни им стало мало. Мейра… Она не просто моя советница.

Я вздрогнула и послала ему удивленный взгляд. Не ожидала услышать имя его возлюбленной в разговоре о проклятии, войне и огненных драконах.

— Она — моя правая рука в вопросах разведки. Отвечает за сбор информации и организует целые шпионские сети за пределами Бригантии.

Я нахмурилась. Как-то это совсем непохоже на ту Мейру, о которой рассказывала мне Лилиана. Знаток дипломатии и этикета, вращающуюся в высших светских и политических кругах. Впрочем… война многих по-своему меняет.

— Ее люди сообщили о том, что вулкан, из которого черпает силу Астариос, затухает. Проявление ли это воли богов или некий каприз природы, нам неизвестно. Главное…

— Что он почти лишился одного из главных источников своих огненных сил, — кивнула я.

— Да.

— Но разве на территории Бригантии есть действующие вулканы? — недоуменно спросила я.

Лливелин с легкой улыбкой покачал головой.

— Нет, конечно, нет. Однако Астариос как король-дракон, а значит, главный носитель дара огненной стихии, по мнению Лилианы, обладает способность превращать воду… в пламя.

— То есть обычные реки — в лавовые, — медленно произнесла я.

— Верно. Вот только он правит не только драконами и огненными созданиями, но и людьми. А значит, не может просто взять и уничтожить все водоемы, заполнив их пламенем вместо воды. Рыболовство, водоснабжение, сельское хозяйство… Астариос не может лишить этого своих подданных.

— А значит, ему нужны новые водоемы, чтобы можно было пожертвовать частью из них для собственных нужд — для создания новых источников огненной стихии.

Лливелин кивнул.

— Ему нужна Бригантия.

Поежившись, я обхватила себя за плечи.

— Или же он преследует обе эти цели. — Король повернулся к окну, сцепив руки за спиной. — Если так… Астариос достойный противник, но я не прощу ему то, что в развязанной им войне гибнет мой народ. Не мирные люди, но преданные мне солдаты и… драконы, которых и без того осталось слишком мало. Не в Бригантии. Во всем Фейлане.

В голосе Лливелина отчетливо звучала горечь и… боль. Быть может, люди по-своему были ему ближе — ведь большую часть своей жизни он проводил в человеческом обличье, среди людей. Но если драконы год от года вымирали как вид…

О них его сердце болело сильнее.

— Как это проклятие подействовало на вас? — тихо спросила я. — Вы же призывали ледяную силу, когда…

Я запнулась и, кажется, покраснела. Хорошо, что свидетелем этому была лишь луна.

— Когда пробуждал в тебе силу Калиах, рисуя ледяные узоры на твоей ладони? — спокойно спросил Лливелин.

Как он мог быть таким невозмутимым, когда меня бросало в жар, а пульс учащался от одного воспоминания? И приходилось до боли закусывать губу, чтобы его прогнать? Лишнее подтверждение тому, что метка истинности была высечена только на моей коже…

Пусть Лилиана и называла меня и Лливелина истинной парой, я испытывала это влечение, привязанность и увлеченность на грани с одержимостью за нас двоих.

— Прежде сила во мне не иссякала. Призывая магию, я уставал, чувствовал опустошение, как и любой человек… или почти человек. И так же, как и любой другой, отдыхая, восстанавливал силы — как физические, так и магические. Теперь же эта сила конечна.

Я пыталась осмыслить услышанное. Нахмурившись, сказала с укором:

— И вы потратили часть нее на меня.

— Мне было важно, чтобы ты поверила в себя, в собственную силу, — спокойно сказал король. — Не подумай, не для того, чтобы ты скорее нашла способ выпустить наружу запечатанный в тебе дар. Просто… Ты достойна быть счастливой, Изольда. Достойна того, чтобы обрести себя.

Лливелин резко замолчал, мрачнея на глазах. Должно быть, снова вспомнил, что все обретенное вскоре я потеряю. Как только передам распечатанную силу Калиах ему.

— Ваше Величество…

Он не позволил