Хоронитель - Роксэн Руж

— Ничего уже не отменить, Михаэль с Рэйном созвали весь клан… — Только лишь со стороны могло показаться, что его ответ был сухой, как хворост и холодный, как металл. Но я в нём услышала безысходность. Он попался в собственную ловушку, и не знал, как из неё выпутаться. — Ты права, нам нужно уйти.

— И бегать не только от моего мужа, но и от всего твоего клана?

Владамир сжал пустой пакет из-под донорской крови и запустил его в очередную определённо старинную вещь. Подошла к столу, подняла упавшую статуэтку вознёсшей вверх руки в молитвенной просьбе обнажённой женщины. Бросила использованный пакет в ночной горшок, который точно тут использовать никто не будет. Чем не мусорка…

— Есть и другой способ. Перестать прятаться. Мой муж использует все средства информации, чтобы отыскать меня. Почему бы не использовать их так же, но только себе на руку? Он не сможет мне ничего сделать, так как всё будет освещаться в сми. И он должен будет понять, что будет первый в списке подозреваемых, если вдруг… Со мной что-то произойдёт.

— Мне не нравится этот план. — сказал Владамир, но не с той подачей полного отказа от моего предложения, а с позиции оценки.

Да, мне этот план тоже не особо нравился, но это лучше, чем побыть женой вампира ровно одну секунду, прежде чем потерявший контроль клан разорвёт меня на части.

А ещё больше мне не нравился план, потому что в этой истории мне на самом деле нужно будет сыграть монстра…

* * *

В том, что быть невестой вампира, хоть и вынужденной, был один несомненный плюс. Моментальное решение проблем. К такому выводу я пришла, когда, выйдя из ванны, прикидывала, как из моего нескромного гардероба сообразить хоть что-то напоминающее одежду, обнаружила на кровати новое, слава Богу, платье от кутюрье. К нему прилагался невесомый даже на взгляд комплект полупрозрачного нижнего белья, туфли на тончайшей шпильке, и, как выяснилось через несколько минут, стилист с таким количеством сумок, что стало страшно и за своё лицо, и за свои волосы...

— Ты вытянула золотой билет, детка! Уважаю!

— Что?.. — опешила, подвязываясь крепче полотенцем.

— Ой, милочка, не стоит стесняться. — Парень в майке и джинсах, обутый в какие-то крылатые сандалии, демонстративно бросил сумки на кровать, подошёл ко мне и приобнял. Ошарашил ещё больше тем, что причмокнул трижды у моих щёк не касаясь, словно мы были с ним… подружками.

На коже закололо разрядом, но несильным. Уже знакомое ощущение вампирской энергетики. Я уже достаточно разобралась, чтобы понять, что от силы этого «разряда» можно судить о возрасте вампира. Этот был ещё совсем зелёным...

— Алехандро, — представился он, наконец, оставляя меня в покое.

— Эммм… Женя.

— Кто ты я знаю, милочка. О тебе говорит весь город. Да что там город, весь интернет только и завален вашей с Владамиром предстоящей свадьбой. За мной образ невесты, и не спорь, иначе разобьёшь мне сердце. Хотя, тебе не привыкать. Ох, хищница! Обожать!

От его безостановочной болтовни заболела голова. Но это была плата за неуёмный кладезь информации, явно состоящей из скандалов и слухов. А мне сейчас неплохо было бы сориентироваться в обстановке. Мой телефон был давным-давно утерян, а просить Владамира о новом я не хотела.

— Хорошо, образ невесты за тобой.

— О, милочка, я сейчас расплачусь от счастья. — Я бы могла принять это за сарказм, если бы огромные карие глаза вампира не наполнились нежно-розовой жидкостью. Да, слёзы имели такой оттенок из-за своеобразного питания…

С этой мокрой тропы нужно было уходить.

— И что там говорят… обо мне?

— Ну, начнём с того, что все разделились на два лагеря. Одни считают тебя сукой, вторые настоящей женщиной. Как по мне, это одно и то же… Ай… Без рук! Я в хорошем смысле.

— Это из-за моего… бывшего? — осторожно уточнила я.

— Да, он стал местным крашем. Так трогательно было смотреть, как он всё это время тебя искал. Я ни в коем случае не осуждаю, сам бы не устоял перед Владамиром. Жаль, он уже занят. — Вампир мне подмигнул. Только сейчас я поняла, что за время нашего разговора он уже успел расчехлить просто тонны косметики. — Надо начинать, иначе не успеем. А ты, милочка, должна выглядеть на все сто триллионов баллов.

Уселась на стул у туалетного столика.

— Алехандро, дай мне свой телефон, пожалуйста. Куда-то свой подевала. Не найти в этом хаосе…

Уже через полчаса я поняла, что значит информационная бомба. Мою жизнь в замужестве, и небольшой отрезок после моей смерти, конечно, о которой никто не знал, полоскали так усердно, что становилось не по себе.

Алехандро просчитался с процентами, меня поддерживала не половина, а лишь несколько процентов. Для всех я стала той, кто будучи беременной изменяла мужу. Отцовство моего для общественности ещё не умершего сына переходило от Игоря к Владамиру. Люди, обвинявшие меня в жестокости, даже создали портреты моего малыша с разными отцовскими генами. Смотрела в улыбающееся личико, и просто не могла сдержать слёзы.

— Эй, милочка, ты чего расквасилась? Вся работа насмарку! Что там у тебя? — Алехандро вырвал из моих рук телефон, так как отдавать я не хотела. — Ой…

Он запнулся на полуслове, смотря куда угодно, только не на меня. Отвернулся, явно борясь с желанием спросить и с нежеланием услышать ответ. Победило больное любопытство.

— Женя… Я хотел спросить…

— Он умер… во время родов. — ответила я, поражаясь своему спокойному голосу, тогда как спина молодого вампира сотряслась в рыданиях. — Алехандро, не надо всё пропускать через сердце. В конечно счёте оно просто не выдерживает…

Вампир обернулся ко мне и так стремительно обнял, что я еле удержалась на стуле. Спустя минуту сказал:

— Так, всё нужно переделать! Долой розовую помаду и нюдовские тени. Ты не нежная лань, ты львица. Хищница. Пусть даже макияж кричит о том, что ты не обязана ни у кого просить прощения за желание быть счастливой!

Теперь я по другой причине чуть не слетела со стула. Такой пробивной речи я никогда ещё не слышала. Но он меня замотивировал своих напором.

— Тем более сегодня вечером не только ты встретишься со своим бывшим.

Не сразу поняла о чём он толкует.

— В смысле? — дала толчок к началу очередной скандальной ветки, ещё не предполагая, что первая остановка будет носить красноречивое название: ревность.

Вампир что-то набрал на клавиатуре телефона, после чего протянул его мне.

Евгения (моя фотография как будто молнией разделяла две другие) разрушила