Сумеречная госпожа. Заклятое наследство - Наталия Зябкова

хотелось доверять, он прямо лучился доброжелательностью. Однако, очень некстати, то и дело вспоминались слова кадровички «Магнолии», Гали: «Королёв — настоящая акула. Оглянуться не успеешь, проглотит». Он не был таким, когда-то. Рыжий сводный братец частенько побеждал в поединках на шпагах и словесных дуэлях, его боялись многие при Дворе. Скудные воспоминания подсказывали: его можно назвать ехидным, безалаберным, язвительным, но подлым — никогда! Однако пребывание без памяти в мире смертных, где магию считали чем-то сказочным и нереальным, изменило нас. Сильвар сделался холодным и отчуждённым, моя застенчивость усилилась, а Люк… Каким на самом деле стал он? Адвокат, как орехи раскалывающий сложные дела, знающий, на кого надавить, кого приласкать.

— Рада! Не отставай! — оказывается за раздумьями, я замедлила шаг. Глупо — можно затеряться, учитывая, что единственный источник света у рыжего пижона. Хотя, почему единственный? Хлопнув себя по лбу, я достала из сумочки телефон и включила фонарик.

— Так лучше?

— Значительно, — блеснул идеальными зубами Люк. — А я свой оставил в машине.

Крысиная королева остановилась, подождала нас и тихо произнесла:

— На самом деле такой яркий свет — не лучшая идея. В моих владениях, обычно пребывающих во мраке, вы привлечете лишнее внимание. Местные жители прекрасно видят в темноте, и освещение их только раздражает. Советовала бы убрать телефон.

В подтверждение её слов, я заметила множество огоньков вдоль стен и у самого пола — свет фонарика отражался в глазах подданных королевы. В три шага я догнала Люка, вцепилась в его локоть и погасила фонарик, хотя в темноте стало ещё страшнее — с детства побаиваюсь крыс!

— Успокойся! — Кри-Кри теперь шла рядом с нами, не торопясь заходить далеко вперед. — Пока я не прикажу, мои подданные не станут нападать.

Она склонилась ко мне поближе и прошептала на ухо:

— Зря ты этого красавчика с собой взяла — он только мешать будет.

Хотелось спросить, чему, но тусклый свет Слезы окончательно утонул в зыбком мраке: похоже, коридор перешел в громадный зал, высоту потолка и ширину стен которого не получалось оценить.

— Мы пришли! — возвестила Крысиная королева. — Хочу вас познакомить с моим сыном Гардом.

В ту же минуту на стенах от пола до потолка загорелись тусклые зеленые огоньки, но их было так много, что зал оказался полностью освещён. Хорошо, что я держалась за локоть Люка — зрелище, представшее перед нами, вызвало лёгкий шок.

На коврике для йоги, постеленном прямо на земляной пол, восседало скрестив ноги в позе лотоса очень странное существо. Тонкое, подростковое тело, в спортивных штанах и худи серого цвета, венчали сразу три крупные крысиные головы. Одна из них уставилась прямо на меня черными как две маслины глазами, в то время как остальные были закрыты.

— Здравствуйте, принцесса Ариадна и сэр Люциан Рамстэд! Наслышан о вас!

У меня по позвоночнику пробежала неприятная волна мурашек. Крысиная королева обладала обыкновенным женским голосом — в меру тонким, в меру глубоким. Голос её сына звучал как хор из смеси писка и металлического скрежета, исходившего сразу из трёх ртов.

— Вы явились за камнем превращений, — продолжал Гард. — Я отдам его, так как он вам действительно нужен. Знаете, как им пользоваться?

Я ничего не могла с собой поделать — смотрела на него во все глаза; слова застряли где-то в районе горла.

— Нет, — ответил за мня Люк.

— Удивительно! — теперь на нас смотрели все шесть черных блестящих глаз без белков. — Ты, хранитель второго камня, и не ведаешь?

Не дождавшись ответа, Гард продолжал:

— Хотя, на самом деле, не так уж странно. Ваши сознания расколоты переходом и подменой. Что-то потеряно, что-то приобретено. Звездный камень поможет собраться воедино и стать целостными, но это не единственное его свойство. Мэлт-и-Нос использовала его для превращения украденных человеческих детей в красноухих собак, сопровождавших продвижение Дикой охоты по небу. С помощью него же она превращала их обратно в людей.

— Откуда ты это знаешь? — спросил Люк. За сына ответила королева:

— Гард много чего знает такого, о чём не ведают другие. Он обладает очень сильным, как говорят смертные, экстрасенсорным восприятием, может читать мысли и слышит малейшие звуки в самых отдалённых уголках наших владений. Однако он очень уязвим — при всех его знаниях и умениях он не обладает возможностью воздействия.

— Что это значит? — удивилась я. Исходящая от Гарда плотная аура силы чувствовалась на расстоянии.

— А то, — пропищал сын королевы, — что я могу иногда предвидеть события, влезать в разумы и считывать мысли, но повлиять могу только на собственное племя. Единственное, что мне доступно в отношении иных существ — рассказать и предупредить.

Он поднялся на ноги. Макушки крысиных голов, увенчанные круглыми розовыми ушами, едва доставали королеве до плеча.

— Зато вы можете лицезреть прямое воплощение поговорки: «одна голова хорошо, а три — лучше»! — он тоненько захихикал, хотя в чёрных глазах не отражалось ни грамма веселости.

— Тот, кто способен шутить над собой, редко смеётся над другими, — спокойно ответил Люк. — Думаю, мне есть чему у вас поучиться.

Я с удивлением взглянула на него: то, что вспоминалось об этом рыжем насмешнике, противоречило его словам.

На обеих мордочках Кри-Кри застыла гордая улыбка. Гард пожал плечами и пропищал:

— Можете обращаться. Мама, принеси камень, — попросил он. — Только поскорее, похоже у нас гости.

Королева исчезла так быстро, что я не успела уследить. Через минуту она вновь появилась, из одного из тёмных боковых коридоров. Подойдя ближе, она буднично протянула мне на открытой ладони камень — с виду обычный булыжник, каких множество повсюду валяется под ногами.

— Не может быть! — выдохнул Люк за моей спиной. Но разобраться, что его так удивило, помешали сразу несколько событий.

Из другого коридора вышли трое незнакомцев. Кри-Кри охнула, когда один из них бесцеремонно схватил её за руки, и вскрикнула:

— Гард, беги!

Но сын не успел её послушаться. Второй мужчина, показавшийся мне каким-то странным, неловко схватил его за руку, не давая сбежать. Гард взвизгнул и полоснул длинными коготками по лицу схватившего. Тот зашипел, но не выпустил его, пытаясь поймать вторую руку.

Третий, медленным шагом подкрадывающейся пантеры направился в мою сторону.

— Не знаю, кто ты такая, — проговорил он очень низким голосом, — но советую отдать камень. По-хорошему.

Вопреки словам его острозубая улыбка ничего хорошего не сулила. Люк встал передо мной, заслоняя от страшного пришельца.

— Ты ещё кто такой? — оскалился тот, направляя на него длинный кривой палец.

Неожиданно раздался истошный крик:

— Нет, Фьють, не надо! — в зал вбежала Госпожа Пуговка. — Снова мы опоздали!

Вслед за нею вошла Лариса-Лаковые Туфельки, с ужасом уставившись