Измена. Вторая жена моего дракона - Северина Рэй

мне изменил. И пусть это всё было следствием приворота, если Арден говорил сейчас правду, это никак не умаляло его жестокости по отношению ко мне и моему ребенку. Он показал свое истинное лицо, и я не поменяю свое мнение относительно его натуры.

– Арден, – простонала Аиша и протянула к нему руку, вот только он ее не взял в ответ. Взгляд его был полон презрения. Затем он глянул на меня, и я чуть не отшатнулась, опрокидывая стул. На меня он смотрел с не меньшей злобой.

– Как только ребенок родится, мы проверим родство, Аиша. И если он окажется не мой, я выдвину против тебя обвинения в использовании запрещенной магии. За приворот в нашей Империи тебя сошлют на каторгу.

– Что? – Аиша побледнела. – Но был же штраф предусмотрен.

– Сегодня на Совете я выдвину предложение о каторге. Первый зарегистрированный случай действия приворота на дракона – весомый прецедент, чтобы Совет проголосовал за принятие поправки в закон.

В этот момент дверь допросной снова открылась, и внутрь вошел господин Вортис с кипой бумаг.

Воцарилась тишина. Аиша сидела сама не своя, вся кровь отлила от ее лица, и, казалось, она вот-вот потеряет сознание. Ей дали стакан воды, а после заполнения протокола проверки, Вортис снова приступил к проверке.

– Вас зовут Аиша Аллирийская?

– Да.

– Кем вам приходится Дарина Севе… Дарина Аллирийская?

– Сестрой.

– Она украла ваши серьги?

– Да.

– Где вы их хранили, Аиша?

– В комоде, подальше от других драгоценностей.

– Почему?

– Они особенные, – зашептала Аиша, и голос у нее изменился.

– Нащупал, Маури? – спросил Вортис у менталиста, и тот кивнул.

Я же обратила внимание на то, что его глаза стали фиолетовыми, а сам он не моргая смотрел на Аишу.

– Продолжай, Вортис, я вижу комнату, где лежат серьги, – кивнул он Вортису, и в этот момент камни на обруче на голове Аиши стали по очереди светиться. Будто менталист подключился к ее мыслям и буквально видел всё то, о чем сейчас вспоминала Аиша. У меня аж мурашки пошли по коже, но я замерла, стараясь дышать как можно тише. Мне не давало покоя, чего она так вцепилась в эти серьги.

Аиша вдруг застыла, на ее лице ни единой эмоции, словно это восковая маска. Глаза остекленели, руки расслабились, и вся она растеклась на стуле, больше не выражая ни гнева, ни негодования. Кукла. Вот какое возникло ощущение.

– Когда вы видели серьги в последний раз, леди Аиша? На тумбе? – задал вопрос дознаватель Вортис.

– Да. Я сняла их, когда пошла в купальню, чтобы привести себя в порядок перед тем, как пойти к Ардену.

– А после?

– После пришла служанка и сказала, что Дарина родила мальчика.

Я вся сжалась после ее слов, но старалась не подавать виду. Воспоминания о том дне и без того преследовали меня по ночам в кошмарах, и я отчаянно хотела заткнуть уши руками, чтобы не слушать речь Аиши, но я была в комнате дознания и не могла себе этого позволить. На кону стояло мое будущее.

– Что вы сделали, выйдя из купальни? Снова надели серьги?

– Нет. Я быстро оделась и побежала к Ардену. Мне хотелось поскорее узнать новости, кто родился. Дракон или полукровка.

– Дальше? Когда вы обнаружили пропажу сережек?

До того, как господин Вортис задал этот вопрос, я сидела, затаив дыхание. Боялась, что он будет расспрашивать подробности и тем самым заставит меня вновь вспоминать тот унизительный и болезненный миг, когда я увидела Аишу в объятиях Ардена. Тот миг, когда у меня разбилось сердце и всё внутри ухнуло вниз. Во рту от этой сцены, пусть и мысленной, даже образовалась соленая неприятная горечь.

Дознавателю до этих подробностей не было никакого дела. Его интересовала лишь пропажа драгоценностей.

– Я пошла к себе в покои и на тумбочке этих сережек больше не обнаружила. А Аиша видела, что мы были с Арденом близки, и точно пошла в мои покои. У других не было повода. Только она так меня ненавидела.

– С чего вы взяли, что их взяла ваша сестра леди Дарина?

Аиша вдруг нахмурилась, словно начала приходить в себя, и даже сцепила зубы, переведя взгляд на меня. В них отражалась настоящая злость.

– Маури, – предупреждающим тоном произнес господин Вортис, намекая менталисту, чтобы усилил свои способности.

– Слишком сильные эмоции ненависти, Вортис. Секунду.

Прошло немного времени, и лицо Аиши снова расслабилось.

– Продолжай, – кивнул менталист дознавателю, и тот облегченно вздохнул.

– Отвечайте на вопрос, леди Аиша. По какой причине вы решили, что вор – леди Дарина?

Воцарилась недолгая тишина. Все мы затаили дыхание. И даже Арден неожиданно прекратил сверлить меня своим нечитаемым хищным взглядом и посмотрел на Аишу.

– Потому что она должна была хотеть вернуть Ардена. А без сережек это сделать невозможно.

– Что вы имеете ввиду? – нахмурился Вортис и переглянулся с Маури.

Даже я не совсем поняла, что за бред несла Аиша. Сколько бы ни думала над ее словами, вертела так и сяк, но причины ее наговора обретали пугающую ясность. Она, действительно, верила в то, что я украла эти сережки. Не оболгала меня, а так и считала.

– Что имею в виду? – переспросила она механическим тоном и наклонила голову набок, будто что-то вспоминая. – Что она хочет забрать у меня всё самое лучшее. Наверняка следила за мной и знала, что вся сила в сережках. Я была такой дурой, что сняла их. Не надо было.

– В чем же сила этих сережек? – вкрадчиво спросил Вортис. Он нащупал ниточку и планомерно раскручивал по ней целый клубок.

– В них таится древняя магия. Они дарят ее обладательнице любовь.

– Любовь? – прищурился он.

Арден громко и ядовито хмыкнул, презрительно скалясь и стискивая челюсти до хруста. Он будто всё понял, и по желвакам на его скулах было ясно, что он едва сдерживается, чтобы не ударить Аишу. Никогда не видела, чтобы он бил женщин. Впрочем, раньше я никогда не думала, что истинные пары могут изменять, пусть даже и из-за приворота.

– Я хотела Ардена, очень сильно хотела. А сережки делали мой аромат самым привлекательным для него. Подстраивались под желания его дракона. Даже несмотря на то, что у него была истинная пара. Моя сестра по отцу Дарина. Это