Злодейка в финале - Энже Граф

‒ Я больше не позволю вытирать об себя ноги.

Таня захлопала в ладоши:

‒ Надеюсь, твоя решимость продлится долго ‒ и ты не сдуешься при первой же проблеме.

Я не сдуюсь. Хватит. Леди Фер права. Я больше не хочу быть жалкой. Я действительно хотела добиться расположения маркизы. Действительно чувствовала себя виноватой. Действительно хотела вымолить ее прощение. Но и я, в конце концов, устала от того, что меня макают в грязь лицом. Я хотела начать новую жизнь в этом мире ‒ и я начну ее, просто не такую, как представляла себе раньше.

‒ Ты не боишься, ‒ спросила Таня с интересом, ‒ выходить замуж за Джеймса?

‒ Почему я должна бояться? ‒ я вернулась за стол к открытой книге.

‒ Уже забыла? ‒ удивилась она. ‒ Сценарий. В финале Джеймс тебя убивает.

По моей спине пробежали мурашки. Да, я действительно об этом забыла. Но вслух ответила:

‒ Значит, я сделаю все, чтобы этого не произошло.

‒ Ва-а-ау, ‒ протянула Таня. Она подошла к столу, села напротив и уставилась мне в лицо. Я почувствовала себя так, будто меня изучают под микроскопом. ‒ Я тебя просто не узнаю. Если раньше ты подменила настоящую Амелию, то теперь у меня такое ощущение, будто подменили тебя.

‒ А ты сама? ‒ спросила я. ‒ Не боишься?

‒ Чего мне бояться? ‒ поразилась она.

‒ Слишком сильно выходить из образа. У людей могут появиться вопросы.

‒ А, ‒ Таня расхохоталась, ‒ плевать. Я больше не хочу себя тут сдерживать. У меня тоже вторая жизнь, и я собираюсь выжать из нее максимум.

Я помолчала, затем тихо спросила:

‒ После того, как Джеймс объявил о нашей помолвке… Тебе, наверное, пришлось несладко.

‒ О чем ты? ‒ Таня выпучила глаза. ‒ Он сказал мне о вашей помолвке заранее. А еще разрешил мне жить во дворце столько, сколько я захочу, и обеспечил меня пожизненным ‒ и весьма щедрым ‒ жалованием. Мне теперь больше никогда не придется работать!

Я улыбнулась: кому что. Но… Я рада, что Джеймс так поступил: не бросил Таню.

‒ И ты собираешься жить во дворце? ‒ спросила я.

‒ А что? ‒ тут же сощурилась она. ‒ Есть возражения?

‒ Вовсе нет, ‒ я пожала плечами, ‒ живи, сколько хочешь. Просто я думала, что, получив пожизненное обеспечение, ты кинешься путешествовать. Ты ведь всегда это любила.

‒ Путешествия в нашем мире и путешествия в этом мире ‒ это огромная разница, тихуша, ‒ фыркнула Таня. ‒ Я не хочу отбивать свой зад в карете сутками, чтобы полюбоваться каким-нибудь водопадом или горой, рядом с которыми даже бара нет. Так что нет. Буду сидеть во дворце и мозолить тебе глаза. Может, выйду замуж за Гира.

‒… удачи с этим.

Гира. Слишком погрузившись в свою новую жизнь, я почти забыла о своем бывшем союзнике. Непростительная ошибка с моей стороны: ведь я как никто другой знаю, что Гира не оставит меня в покое, пока не отомстит. Значит, я должна быть готова.

Тогда я понятия не имела, что он для меня придумал.

И уж тем более… С кем он против меня объединился.

Глава 41

‒ Выглядишь, ‒ заметил Джеймс, ‒ уставшей.

Мы лежали в постели. Что-что, а соблюдать запрет на запрещение моей спальни Джеймс не считал нужным, поэтому ночи мы продолжали проводить вместе.

‒ Леди Фер, ‒ отозвалась я негромко, наслаждаясь прикосновениями, ‒ начала передавать мне руководство над дворцовым хозяйством. У меня просто голова кругом идет: столько всего надо запомнить…

В покоях было тепло. За окном стояло начало зимы, завывал ветер и кружила метель, но здесь, в спальне, уютно и негромко трещал огонь, который Тесса развела в камине.

Джеймс хмыкнул:

‒ Если не хочешь этим заниматься, просто скажи.

‒ Нет, ‒ я покачала головой, ‒ я хочу. Это ужасно сложно, но я чувствую себя значимой.

‒ Ты всегда была значимой.

Я покачала головой и попыталась объяснить по-другому:

‒ Я всю жизнь плыла по течению. Всю жизнь за меня решали другие. Я делала так, как хотели взрослые. Я не принимала никаких решений сама ‒ и всегда делала так, как говорили мне остальные. Меня никогда не воспринимали всерьез. Я была ненужной и незначительной. Но сейчас я вижу, что это изменилось. Что на меня смотрят и что меня… уважают. Это удивительное чувство.

Джеймс рассмеялся.

‒ Теперь это чувство будет с тобой всегда.

Я улыбнулась, и провела пальцами по его руке. Затем сравнила наши ладони. На его фоне моя выглядела такой бледной и хрупкой, что я невольно хмыкнула.

‒ Наша свадьба, ‒ сказал внезапно Джеймс, ‒ будет через два месяца.

‒ Два месяца?! ‒ я округлила глаза. ‒ Так скоро?

‒ Не хочу больше ждать.

‒ Но… Леди Фер говорила мне, что от момента помолвки до самой свадебной церемонии проходит как минимум один год!

‒ Не в нашем случае.

‒ Почему не в нашем?

‒ Потому что я ждал слишком долго.

Я вопросительно склонила голову, но пояснения так и не последовало. Тогда я попыталась переубедить Джеймса:

‒ Два месяца ‒ это слишком мало. Мы не успеем с подготовкой. Нужно ведь созвать гостей, приготовить еду, сшить платье…

‒ Амелия. Мое решение окончательное. Свадьба будет через два месяца.

‒ Но…

В следующее мгновение я тихо ахнула, потому что резким перекатом Джеймс навис надо мной сверху и вперил в меня тяжелый, опасный взгляд:

‒ Ты не хочешь этого брака?

‒ Хочу, просто…

Он сощурился:

‒ У тебя есть какие-то причины желать его отсрочки?

‒ Я ведь уже сказала: мы не успеем с подготовкой!

‒ И это всё?

Я непонимающе смотрела на Джеймса: я ведь уже дважды сказала ему, что мы просто не успеем все организовать!

‒ Да, ‒ беспомощно отозвалась я, понимая, что он меня просто не услышит.

Он продолжал смотреть на меня сверху вниз. Не так ласково, как раньше, а как-то жестко и слишком властно. В комнате будто резко похолодало. Уютом больше и не пахло. Я растерялась от такой резкой перемены, но тут выражение его лица смягчилось:

‒ Тогда хорошо. Мне плевать, в каком платье ты будешь, сколько за столом будет гостей или что они будут жевать. Я хочу, чтобы ты поклялась перед алтарем, что станешь моей женой и объединишь свою жизнь