Королева непослушания - Ада Николаева

— Что ты тут делаешь⁈ — вырвалось у меня вместо приветствия.

— Позвонил в пансион и узнал твой адрес. Ничего сложного.

— Они имеют право разглашать личные данные учащихся? — двинулась к тачке.

— Нет, — ответил парень, выбравшись из автомобиля. — Но мне можно. Я ведь особенный.

Влад ухмыльнулся. Так и захотелось двинуть по самодовольной физиономии.

— Садись.

— И не подумаю.

— Мне нужна твоя помощь.

— И зачем такомуособенному типу понадобилась помощь кого-то вроде меня?

— Сама всё увидишь, садись.

На этот раз парень не стал дожидаться моего «нет» и практически силой затолкал меня в двухместный салон, усадив на красное кожаное сиденье. Ещё и заботливо пристегнул, пока я брыкалась и вырывалась, привлекая внимание случайных прохожих. Однако вмешаться никто не решился.

— Я вообще-то собиралась встретиться с Богданом!

— Уже нет, — нагло заявил Влад, плюхаясь в водительское кресло. — Сегодня ты моя.

— Найми настоящего специалиста! — воскликнула, увидев, чего от меня хочет Влад.

Он привёз меня в загородный дом, ограждённый со всех сторон высоким забором. Даже с улицы это место выглядело как нечто, где мне не следует ходить и дышать. Сломаю что-нибудь и обеих почек не хватит, чтобы расплатиться. Но словно и этого было мало, Влад потащил меня внутрь особняка, полного слуг. Здесь имелся даже дворецкий, как у какого-нибудь Брюса Уэйна.

— Тогда отец узнает о случившемся и запретит вечеринки в доме. А тебя… — хмыкнул парень. — Тебя прислуга примет за очередную мою подружку. И никаких подозрений.

— Класс! — выпалила раздражённо, упёршись кулаками в бока.

Я разглядывала испорченное произведение искусства на стене, наблюдая как глубоко белый след въелся в холст. Краска в том месте вздулась и потрескалась, не говоря уже об эстетизме. С картины на меня смотрел суровый черноволосый мужчина, одетый в тёмный кафтан и плащ без рукавов, расшитый золотом. Повреждение пришлось на его одежду, словно это он сам был неряхой, а не тот, кто испачкал старинный портрет.

Днём к Владу нагрянули друзья, умудрившиеся пролить молочный коктейль на полотно. Не знаю, что бы я сделала на его месте первым делом: выгнала бы таких друзей или попыталась сразу всё убрать. Этот же гений не сделал ничего, понадеявшись, что само высохнет, тем самым дав жидкости время нанести холсту непоправимый ущерб. А когда осознал свою ошибку, то просто разыскал меня в надежде на чудо.

— Ты ведь училась на художника-реставратора, — напомнил он. — Как раз для тебя работёнка.

— Меньше года! — воскликнула я. — И первый курс закончить не успела! К тому же мне нужны растворитель, краски, кисти и…

— Я всё купил, — остановил меня парень. — В машине. Сейчас принесу и приступай, пока родители не вернулись.

— Если я что-то испорчу…

— … То хуже всё равно уже не будет, — перебил меня он. — Просто попытайся.

— Ладно, — вздохнула я, после чего потёрла лоб ладонью. — Попробую помочь.

Влад вернулся со всем необходим. Запер дверь, чтобы нас никто не потревожил, и помог снять тяжёлую картину со стены. А затем просто уселся в кресло, молча наблюдая за моими творческими потугами. Работать в тишине, да ещё и под пристальным надзором нервировало, так что я спросила:

— Чей это кабинет?

— Моего отца, — ответил парень, закидывая ноги на стол.

— Ты устроил вечеринку в кабинете отца⁈

— Это не была вечеринка. Так, встретился с парочкой друзей детства.

— Чем эта картина так ценна? — поинтересовалась, пока зачищала поражённую область.

— Тем, что на ней изображён мой предок князь Волков. Основатель рода и бла-бла-бла. Этот портрет кочует в моей семье из поколения в поколение.

Рука, в которой я держала кисть, затряслась. Вот так новость! О подобном следует сообщать заранее, ведь, как оказалось, картина имеет куда большее значение, нежели я могла подумать. И уж точно такую работу не следовало доверять недоучке.

— А раньше предупредить не мог⁈ — разозлилась я.

— Это что-то меняет?..

— Да! Есть моменты, когда лучше признаться и получить заслуженное наказание, но обратиться к настоящему специалисту!

— Ты тоже специалист. Уже почти и не видно, что моему прапрапра… и ещё несколько раз прадеду брызнули на кафтан белой жидкостью.

— Ты омерзителен! — у меня закатились глаза.

— Не спорю, — Влад поднял обе руки, признавая очевидное. — А почему ты решила стать реставратором?

— Куда хватило баллов на бесплатное обучение, туда и пошла, — сообщила, не отвлекаясь от работы. — Всегда хотела стать художницей.

— Это ни одно и то же.

— В твоём мире получают что хотят, в моём — что доступно.

— Я заплачу тебе за работу сколько попросишь.

— Не надо, я ещё не профессионал, чтобы брать плату. Я даже не уверена, что пятно не вылезет завтра обратно наружу.

— Как же мне тогда тебя отблагодарить?..

Голос парня стал лукавым, когда он неспешно подошёл ко мне со спины и наклонился к холсту.

— Искреннего «спасибо» будет достаточно.

— Спасибо.

— Видишь, это несложно! — я нервно усмехнулась. Не ожидала, что Влад действительно меня поблагодарит. Непривычно общаться с ним вот так, как нормальные люди, без колкостей и раздражения.

Аккуратно взявшись за раму с обеих сторон, повесили картину обратно на стену. Краска будет сохнуть всю ночь, но вряд ли кому-то понадобиться тыкать в холст пальцами. В остальном я справилась даже лучше, чем ожидала. Пятна как и не было!

— Ты голодная? — спросил Влад. Меня ужасно смущало видеть его таким… внимательным и вежливым. — Я просто обязан тебя накормить.

Но как будто и этого было мало, он принялся помогать мне оттирать краску с перепачканных пальцев. Ещё и делал это намного нежнее, чем я сама. Слишком нежно. И слишком приятно.

— Не хочу, — из меня вырвался резкий ответ, пока щёки наливались жаром. Я так не смущалась даже когда оказалась с обнажённым ним в душе. — И вообще пора возвращаться в пансион.

— Мы уже опоздали на автобус, — сообщил парень, стерев с кончиков моих волос масло.

— И что теперь делать? — волнение перекрыло смущение. — Если мне из-за тебя влетит…

— Не волнуйся! Поедем на моей.

Как