Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

— Просто понимал, что это лучшее, что он может сделать. Да, он поступил плохо. Повел себя как мальчишка, который наблюдает за тем, как кто-то избивает слабого. Но давай будем хотя бы ценить его честность.

В воздухе на пару-тройку секунд воцаряется пауза, во время которой мимо палаты проходят несколько незнакомых людей.

— Кстати, хорошо, что здесь никого нет, — спокойно говорит Терренс. — Я хочу поговорить с тобой кое о чем.

— Ну валяй, — пожимает плечами Эдвард.

— Ребята сказали, ты винишь себя в том, что со мной произошло.

— Да, я переживал . — Эдвард на секунду переводит взгляд на свои руки. — И хотел быть на твоем месте. Хотел, чтобы все было справедливо.

— Я ведь просил тебя ни в чем себя не винить.

— Знаю, но ведь все это произошло по моей вине. Из-за того, что я втянул тебя и парней в это дело.

— Мы пошли на это добровольно . Неужели ты реально думал, что мы могли бы бросить тебя и позволить идти за Уэйнрайтом одному?

— Я понимаю, почему ты пошел на это, и не могу тебя осуждать. И искренне благодарен тебе за это. Твоя помощь была для меня очень кстати и… Я реально мог бы погибнуть, если вас с ребятами не было рядом. Уэйнрайт так загонял меня, что я буквально валился с ног от слабости. Но заставлял себя подниматься. Я не мог лежать и стонать от боли.

— А будь ты один, то вообще не смог бы подняться.

— Значит, так и должно было случиться. Я все это начал. И я должен был все это закончить. Пусть даже ценой своей жизни.

— Я все понимаю, брат, но тебе не в чем винить себя.

— Ты не должен был делать этого, Терренс. Зачем ты оттолкнул меня и позволил этому ублюдку вколоть тебе ту дрянь?

— Потому что хотел спасти тебя .

— Ты должен был спасать себя .

— Я знаю, что это было рискованно. Знаю, что мой поступок был в какой-то мере безрассудный . Но я должен был это сделать.

— Несправедливо, что ты сейчас здесь, на больничной койке, а я живой и здоровый.

— От того, что ты бы лежал здесь, ничего не изменилось. Все бы так же переживали. Только уже из-за тебя.

— Зато никто не сказал бы, что я виноват в том, что кто-то решил принести себя в жертву.

— Эдвард, пожалуйста, перестань мучить себя, — спокойно просит Терренс. — Ты ни в чем не виноват. Может, тебя и осуждают за безрассудство, но все понимают, что ты всего лишь хотел защитить Наталию и знать, что она может жить без страха встретить своего обидчика.

— Я просто должен был послушать тебя. Ты был абсолютно прав, а я оказался слишком упрямым и ослепленным желанием мести за свою невесту.

— Поверь, я бы тоже никого не слушал, если бы какая-то тварь посмела так обращаться с Ракель. Никто не был бы мне указом: ни ты, ни отец с матерью, ни друзья.

— Мне жаль, что все так случилось. Но я привык доводить начатое дело до конца и… Должен был покончить с этой историей. Даже если ее концом стала бы моя смерть.

— Нет, Эдвард, не говори о своей смерти, — качает головой Терренс.

— Я… Я начал нервничать, когда ты рассказал про тот ночной кошмар Ракель. Мне казалось, он и правда должен был сбыться… И… Еще больше испугался, когда мы все пошли за Уэйнрайтом. Меня начала преследовать мысль, что именно тогда все и случится. И я думал, что смогу избежать подобного конца, если сам стану жертвой.

— Признаться честно… — Терренс замолкает на пару секунд, чтобы нервно сглотнуть. — Я и сам начал об этом думать… Боялся, что тот кошмар сбудется… Особенно после того, как ты заявил, что пойдешь за Уэйнрайтом.

— Знаю, все это звучит как-то странно. Может быть, даже глупо… Но… Мне было больно от того, что Ракель боялась за тебя. Я пытался все изменить… Но… Похоже, что это был некий знак будущего… Знак того, что мы не можем изменить некоторые вещи.

— Все вело к тому, что кто-то должен был пострадать. И я принял эту роль на себя.

— Но ты ведь мог умереть .

— И я боялся. Боялся умереть и заставлять всех страдать. Но тот ночной кошмар помог мне смириться с этим и поверить, что те минуты были последними для меня. Но он не сбылся. — Терренс переводит взгляд на Эдварда и слегка улыбается. — А все благодаря тебе . Целый шприц мог убить меня, но Уэйнрайт вколол лишь половину. Ты быстро отреагировал.

— Тогда это было единственное , что я смог придумать, — неуверенно признается Эдвард. — Это произошло на автомате.

— Однако именно это и спасло меня, — отмечает Терренс и хлопает Эдварда по плечу. — Так что я не понимаю, как ты можешь винить себя в том, что произошло.

— Кто бы что ни говорил, я все равно виноват . Отец правильно сказал, что даже если мои намерения были благими, это не снимает с меня ответственности. И если бы ты погиб, то это осталось бы на моей совести.

— Но я же не погиб. Вот он я! Здесь !

— Для меня это огромное облегчение. Ведь я совсем не хотел терять своего брата.

— Как и я – своего. Я не знаю, что делал бы, если бы с тобой что-то случилось. Нет человека, которому я могу доверять так, как тебе. Есть то, что я не могу рассказать остальным. Но то, что могу рассказать тебе. С тобой я могу быть настолько откровенен, с кем еще никогда не был.

— Знаю, — скромно улыбается Эдвард. — Я и сам доверяю тебе больше, чем кому-либо. И знаю, что всегда могу рассчитывать на тебя. На своего лучшего друга. Который умеет меня утешить, успокоить и вселить надежду.