Плохой нянька - С. М. Станич

и волосатая, ― делаю паузу. ― Ну, за исключением самой старой. Он просто фе-е-е, еще и лысый наполовину. Но, в любом случае, у демонов разного вида, кровь отличается по цвету. Спроси кого хочешь.

Я показываю ей язык и беру ложку, чтобы перемешать тесто.

— Моя очередь! — говорит Грейс, борясь с близнецами за место, чтобы вцепиться в мою ногу. — Я хочу сделать это!

Я кладу ложку, поднимаю ее и кружу, пока она кричит от смеха.

— Тогда действуй, цыпленок, — говорю я, располагая ее на стойке и позволяя ей помешать тесто ложкой. — А дядюшка Зэй пока включит какую-нибудь музыку.

— Что-нибудь похожее на то, что мы слушали по дороге из школы? — Белла притопывает ногой и застенчиво смотрит на меня из-под водопада темных волос. О-о-о. Она, черт возьми, гораздо милее, чем моя собственная племянница. Почему та, что имеет со мной кровную связь, такая паршивка? — Потому что мне нравятся клевые песни.

Задумываюсь на долю секунды, а потом щелкаю пальцами.

— Тогда тебе понравится «Сиди спокойно, выгляди красиво» в исполнении Daya (Примеч. пер.: Daya (настоящее имя Grace Martine Tandon) — американская поп-певица, автор-исполнитель). — Включаю песню на своем iPod’е и прибавляю громкости в динамиках. — На самом деле, мораль этой песни не в том, чтобы сидеть спокойно и выглядеть красиво, просто к сведению.

Белла и Кинзи обе смотрят на меня круглыми глазами. Почти возможно забыть, что они — дьяволицы, посланные специально из ада, чтобы мучить меня. Почти.

Слышу грохот позади себя, а повернувшись, вижу, что миска с тестом для печенья на полу, стекло разбито вдребезги на мелкие кусочки, а собаки жрут фиолетовую жижу с белого линолеума.

Блядь.

Помните, что я говорил о том, чтобы забыть? Так вот, вы должны забыть, что я вообще такое сказал.

Ненавижу детей. Ага. Ненавижу их.

* * *

Несколько часов спустя я просыпаюсь, как от толчка. Сэди лежит у меня на груди. А я зеваю и потягиваюсь в сидячем положении, прижимая малышку к себе. Потом делаю глубокий вдох и наблюдаю, как Брук проскальзывает внутрь дома.

Она закрывает за собой дверь, пока я встаю на ноги и на цыпочках иду, чтобы уложить малышку в кроватку.

Блядь. Охренеть.

Я хотел дождаться Брук в постели, весь такой обнаженный, потный и возбужденный. А вместо этого — волосы на моей голове слиплись из-за фиолетового теста для печенья, а по шее размазаны детские слюни. Я укладываю Сэди в кроватку как можно аккуратней, молясь Божеству Любви и Секса, чтобы она продолжила и дальше спать.

Дин-дон, дин-дон. Кто-нибудь, услышьте меня.

Бросаю взгляд через затененную гостиную туда, где Брук стоит в своем тренчкоте, наблюдая за мной. Ее глаза скрыты в темноте. Из-за чего невозможно понять, о чем она думает.

Обхожу кроватку и останавливаюсь меньше, чем в тридцати сантиметрах от Брук. Она на мгновение опирается на перила, глаза все также находятся в тени, поэтому по ним ничего невозможно прочитать. Она выстукивает легкий ритм пальцами, пока я жду. Мое тело уже напряжено от ожидания. А мой член отказывается забывать, какой тугой и горячей была ее киска, как ее тело извивалось подо мной от наслаждения.

Делаю шаг к ней и нежно кладу руку на плечо Брук, как делал до этого, и разворачиваю ее лицом к себе. Когда она не сопротивляется и не протестует, я тянусь и начинаю расстегивать пуговицы ее тренча. Снова ни слова возражений, но не думайте, что я не услышал ее судорожный вздох. Ее пульс учащается, и когда развожу полы пальто и сбрасываю его с плеч, я вижу как вздымается ее грудь от частого дыхания.

Кружевное боди под ним, как из самой смелой сексуальной фантазии. Прозрачное во всех нужных местах, но дразнящее непрозрачностью в других. Легкий цветочный узор проходит по полной спелой груди Брук вплоть до тоненького пояса ее кружевных шортиков.

Когда я опускаю свои руки вниз, чтобы обхватить ее щеки, она стонет и позволяет себе прильнуть ко мне. Странная горячая дикая ревность пронзает меня, пока я прижимаюсь своим ртом к ее шее и крепко целую, сильно посасывая и жестко покусывая.

Брук трется своей грудью о мою. Она извивается в моих объятиях, отодвигает свою голову в сторону, поощряя меня пометить ее. О да. Есть что-то такое в этой девчонке, что меня охренеть как возбуждает. Но что я никак не могу понять. Может быть, из-за того, что я приглядываю за детьми, мои гормоны сходят с ума и заставляют хотеть своих собственных? Или это огромные круглые глаза Брук, наблюдающие за мной с каким-то отчаянием, когда я отодвигаюсь.

Видите. Говорил же вам. Это полный пиздец.

Эх, и все равно она мне нравится. Классная девочка.

Ну, а я супер-секси.

Опускаю руки на талию Брук, подталкивая ее спиной к стене, чтобы у нее было на что опереться, и наклоняюсь над ней, языком облизывая ее губы и скользя им внутрь ее стонущего рта. Брук позволяет мне делать все, что я хочу, сжимая мою футболку, умоляя о большем. Я часто слышал, что девственницы сходят с ума от возбуждения, но никогда по-настоящему не имел удовольствия в этом убедиться. Те девушки, которые приходят в мой салон, ну, которым я обычно делаю пирсинг, все, как на подбор, опытные и сексуальные. И определенно точно не девственницы.

Как ни странно, Брук единственная, чью вишенку сорвал я. Да уж.

Я обхватываю горло Брук с обеих сторон и удерживаю ее прекрасную шею своими руками, а большими пальцами приподнимаю ее подбородок. Никто из нас не говорит, и это так волнует. Ее дыхание дрожит у моего рта, зависшего в паре сантиметров от ее лица, и вырывается теплыми рваными вздохами. Когда ее руки опускаются к моим джинсам и начинают расстегивать ремень, я с греховной улыбкой на губах жду, пока она освободит мой член и обернет руку вокруг него.

Брук пытается меня поцеловать, но я все еще удерживаю ее обеими руками за горло, мягко проводя большими пальцами по ее нижней губе и дальше по подбородку. Она издает эти сумасшедшие тихие звуки, которые, в последнее время, сводят меня с ума. Затем прижимаюсь своим лбом к ее, закрываю глаза и позволяю наслаждению от ощущения ее рук наполнить меня.

— Я не могу, — шепчет Брук, но я продолжаю удерживать ее, уверенно, но нежно.

— Конечно, можешь, — шепчу в ответ, и когда она напрягается около моих губ, я слегка встряхиваю ее, но достаточно для того, чтобы заставать ее пульс участиться под