Проданная ковбоям - Стефани Бразер

достаточно громко, чтобы их было слышно даже на втором этаже и за закрытой дверью, но недостаточно громко, чтобы я их отчетливо разобрала. Мне нужно знать, что происходит. Я бесшумно выхожу из ванной и приоткрываю дверь своей спальни, буквально на дюйм за раз. Затаив дыхание, я крадусь по лестничной площадке и спускаюсь по лестнице так быстро, как только могу. К этому моменту их голоса достигли почти пика, и я сомневаюсь, что они услышали бы меня, даже если бы я не пыталась скрыть свое присутствие. Я сижу на нижней ступеньке, пытаясь унять скручивающий душу страх и чувство вины за то, что превратила этот счастливый дом в поле битвы.

— Джесси, ты можешь сколько угодно винить парней Митча, но дело не только в том, что там произошло. Ты действительно думаешь, что она настолько глупа, что не понимает, почему она здесь? — кричит Клинт.

— Это нас ни к чему не приведет, — ровным голосом говорит Маверик. — Это утро было тяжелым для всех нас, и мы должны как можно скорее обуздать этих молодых парней, иначе они начнут думать, что приехали сюда отдохнуть.

— Она слишком молода, Джесси. Ты когда-нибудь думал, что, возможно, она даже не хочет детей? Ты сделал неправильный выбор, и нечестно ожидать, что она заполнит пробел в твоей жизни в её девятнадцать. Господи. — Я не вижу Клинта, но могу представить выражение его лица — ярость и разочарование, тщательно скрываемые за бесстрастной маской.

Я задыхаюсь и прикрываю рот рукой. Значит, я была права. Джесси пытался сделать так, чтобы я забеременела. Он хочет, чтобы я носила его ребенка, но не счел нужным спросить меня, хочу ли я того же.

На мгновение воцаряется тишина, прежде чем звон бьющейся посуды заставляет меня броситься вперед, а не убежать, и я успеваю увидеть, как Джесси держит Клинта за шиворот, оба с дикими глазами, а Маверик пытается протиснуться между ними. Сцена представляет собой разбитые кружки с пролитым кофе и трех накачанных тестостероном мужчин на грани срыва.

— Пожалуйста... — они все поворачиваются в унисон. Маверик отходит в сторону, и Джесси отпускает Клинта, который делает шаг вперед, чтобы подойти ко мне, но затем останавливается и неловко стоит, его рубашка измята, а волосы растрепаны. Наступает напряженная тишина, в то время как мои мысли путаются.

Они спорят о намерениях Джесси, но это бессмысленно, когда то, чего он хочет, никогда не сбудется. Вначале я злилась на своего отца за то, что он выставил меня на аукцион, и на этих парней за то, что они купили меня. Только мысли о Молли сдерживали все эти чувства. Но чем дольше я здесь нахожусь, тем сильнее ощущаю связь с этими тремя одинокими ковбоями, которые зашли так далеко, чтобы найти компанию. Мысль о том, чтобы покинуть их, сокрушительна, но мысль о том, чтобы остаться, когда мое присутствие вбивает такой клин между ними, и их семья чувствует себя так же неправильно.

— Я не могу забеременеть, — выпаливаю я. — Ты можешь пытаться сколько угодно, но этого не произойдет.

Я осмеливаюсь взглянуть на Джесси. Его бездонные голубые глаза прищурены и непроницаемы, а мышцы на челюсти заметно сжаты. Он глубоко вдыхает, но когда выдыхает, на его щеках появляется румянец, а глаза темнеют. В комнате царит напряженная атмосфера, но я все равно чувствую себя здесь в большей безопасности, чем когда-либо в доме моего отца.

— Что ты имеешь в виду? — Маверик смотрит на мой живот, в его широко раскрытых глазах читается беспокойство. Я понимаю, что он считает меня испорченным товаром.

— У меня есть противозачаточный имплантат, — подтверждаю я.

— Джесси... — в голосе Клинта слышится предостережение, но это никак не останавливает Джесси, когда он бросается вперед и тянется ко мне. Потеряв равновесие, мои инстинкты берут верх, и я вздрагиваю, готовясь к насилию, но вместо того, чтобы причинить мне боль, он берет меня за руку, нащупывая шишку у меня под кожей. Когда он находит то, что искал, он моргает, и его плечи опускаются, признавая поражение.

— Прости, что нарушаю твои планы, Джесси, но я не готова к беременности. — Я отступаю на шаг, переплетая пальцы, и пытаюсь подобрать слова, чтобы объяснить, что я чувствую. — Я не готова к семейной ответственности.

Я могла бы упомянуть Молли и тот факт, что будучи ребенком я воспитывала ребенка, но сейчас неподходящее время.

Джесси качает головой. Я вижу, что он хочет отстаивать свою точку зрения, но что-то его сдерживает.

— Я слишком молода, и все это для меня в новинку. Я не готова.

— Все в порядке. — Маверик протягивает руку, чтобы успокоить меня, и Джесси выпячивает челюсть в ответ.

— И... — я колеблюсь. Необходимо сказать следующее, но все это выходит за рамки моего опыта. Я никогда не умела отстаивать свою точку зрения, но мне нужно это сделать. — Вы не должны заставлять меня проходить через что-то, что так радикально меняет мою жизнь, без моего согласия.

Мое горло пересыхает от слез и смущения. Я не жду ответа достаточно долго. Единственный выход — сбежать от противостояния, которое кипит за напряженной внешностью Джесси. Мои ноги стучат по ступенькам, и когда я возвращаюсь в свою комнату, я хлопаю дверью, стук сердца отдается в ушах. Я прижимаюсь спиной к прохладному дереву и шепчу тихую молитву, чтобы Джесси простил меня. Я не хочу того, чего хочет он. Неужели я теперь бесполезна для него? Скорее бремя, чем благословение.

Несмотря на все происходящие здесь конфликты, моим приоритетом должна быть Молли и поиск способа воссоединить нас. Меня охватывает сожаление, от которого перехватывает дыхание и сжимаются кулаки. Мне следовало промолчать и притвориться. Меня втягивают в политику этого места, где я должна была просто не высовываться, делать то, что они от меня хотели, и сохранять мир. Я могла бы месяцами скрывать тот факт, что принимаю противозачаточные средства, так, чтобы Джесси этого не заподозрил.

Но, конечно, открытость и честность должны чего-то стоить, и я покажу им, что это важно для меня.

— Просто оставь ее, ради бога, — кричит Маверик. Все счастье и позитив, которые обычно придают его голосу мягкость и протяжность, сменяются яростью.

Я ожидаю, что Джесси придет ко мне в комнату и продолжит разговор. Я знаю, что он тяжело переживет разочарование, но Клинт и Маверик захотят пока держать его подальше. Я понимаю, что в этом могу им доверять.

Я опускаюсь на матрас, сворачиваюсь клубочком и закрываю глаза.

Некоторое время спустя, когда я немного успокаиваюсь и прокручиваю в голове все