После падения - Л.А. Уитт

- Это одна из тех вещей, которые мне нравятся в Такер Спрингс. - Его пальцы бегали туда-сюда по краю моего рукава, пока он смотрел на небо. - Тебе не нужно ехать очень далеко, чтобы увидеть небо таким, как сейчас.

- Думаю, ты его не видишь, да?

- Нет. Знаешь, я как-то слышал, что в Лос-Анджелесе было затемнение, и люди вдруг начали волноваться из-за этих странных светящихся облаков в небе. Оказалось, что это был первый раз, когда они увидели небо без светового загрязнения, и то, что они увидели, было Млечным путем.

- Вау. Правда, можно увидеть Млечный путь?

- Если совсем нет света и все совершенно ясно? Да. И это потрясающе. - Его пальцы снова начали двигаться, скользнув мне под рукав, а затем пробежавшись по руке. - Я не знаю, насколько правдива история из Лос-Анджелеса. В смысле, даже если в Южной Калифорнии выключить весь свет, все равно придется бороться со смогом. Чтобы увидеть так много, должна быть кристально чистая погода.

- Вот так? - Я указал на небо.

- Намного яснее и темнее. Только представь, если бы здесь вообще не было светового загрязнения.

- Я почти ничего не вижу отсюда.

- Здесь довольно темно, но от города все еще исходит какое-то сияние. - Его пальцы перестали двигаться, и он положил ладонь мне на плечо. - Ты должен это увидеть, когда окажешься в такой глуши. В пустыне или в горах, без единого огонька на сотни миль вокруг.

- Я и не думал, что такие места все еще существуют.

Райан повернулся ко мне и понизил голос, почти прошептал, как будто мы плетем интриги, а не говорим о звездах.

- Нужно просто знать, где искать.

- И ты знаешь, где искать?

- Угу. - Он немного помолчал. - Я как-то надеялся на такую ночь в Канаде, когда был в походе, а вместо этого мне открылся потрясающий вид на северное сияние.

- О, я слышал, что вживую это невероятно.

- Так и есть. Это был один из тех вечеров, когда я жалел, что со мной никого нет.

- О, да? - Я слегка повернулся, наблюдая за его почти невидимым профилем. - Почему?

- Это было так круто и так сюрреалистично, - сказал он почти благоговейным тоном. - Я бы хотел, чтобы рядом со мной был кто-то, кто сказал бы: «Да, это происходит на самом деле, и это действительно так потрясающе».

Я не знал, что на это ответить. Снова воцарилось молчание, и мы оба продолжили смотреть в небо.

На этот раз я нарушил молчание едва слышным шепотом.

- Как думаешь, ты когда-нибудь где-нибудь осядешь?

Он пожал плечами.

- Не знаю. Нигде не было места, где я чувствовал бы себя как дома, понимаешь?

- Нигде.

- Нигде. - Он рассеянно провел пальцами вверх и вниз по моей руке. - С одной стороны, я думаю, что мог бы быть счастлив, просто шагая по асфальту, пока не стану слишком старым, чтобы продолжать движение. С другой стороны, часть меня думает, что я пытаюсь что-то найти, но еще не нашел этого.

- Что ты пытаешься найти?

Устремив взгляд в небо над нами, Райан покачал головой.

- Не знаю. Думаю, я пойму, когда найду.

- А если ты никогда не найдешь?

Еще одно пожатие плечами.

- Тогда я потрачу свою жизнь на то, чтобы сделать много классного и повидать много классных вещей. И на этом пути я встречу несколько потрясающих людей.

Он повернулся ко мне, и я, как мог, повторил его движение, и мы оказались лицом к лицу в темноте. Хотя я едва мог разглядеть его в полумраке, я чувствовал, как он смотрит на меня. И как я смотрю на него. Что-то было между нами в этот момент, что-то невысказанное, затаившееся по углам и в тени, ждущее, когда кто-то из нас вынесет это на свет. Это было пугающе знакомо и в то же время интригующе чужое. Как слово, вертящееся у меня на кончике языка, которое я не могу произнести, но узнаю его в тот же миг, как услышу.

Втайне я надеялся, что он сломается и произнесет это, чтобы мы могли дать этому название. Чтобы я знал, что, черт возьми, чувствую, и чтобы он тоже это чувствовал.

В то же время я боялся, что именно он скажет это. Что он вдохнет в это жизнь, и мы не сможем притворяться, что этого не существует, и все не будет по-прежнему.

Он приподнялся на локте.

- Это было не... не для этого я привел тебя сюда, но...

- Это лучше, чем разрубить меня на куски.

Райан рассмеялся.

- Думаю, так и есть, да? - Темнота между нами рассеялась, и его губы были мягкими и прохладными на моих губах.

Некоторые парни были воплощением одеколона и чистоты, но прямо сейчас Райан был пылью, кожей, потом и машинным маслом, в нем не было ничего чистого, кроме чисто мужского и, каким-то образом, я не мог определить, эротичного. Как будто он был воплощением всего острого и сексуального, и я ничего так сильно не хотел, как получить от него кайф. Он раздвинул мои губы, и когда я открылся, его язык скользнул мимо моего.

Затем его рука скользнула к моим шортам. Я вздрогнул, схватив его за плечо здоровой рукой, когда он сжал меня через одежду.

- Блядь. - Я прикусил губу и выгнул спину. - Это… ты поэтому привез меня сюда?

- Нет. - Он поцеловал меня и начал расстегивать молнию. - Но теперь, когда мы здесь, это кажется хорошей идеей.

- Да, это… хорошо. Продолжай... - Моя способность говорить совсем исчезла, когда его теплые пальцы коснулись моего члена.

Когда он сжал руку и начал поглаживать, я попытался оттолкнуться от него, но тяжесть гипса удерживала меня на месте. Я был совершенно беспомощен. Полностью обездвиженный и зависящий от его милости, мне было некуда деться и никто ничего не услышит, и это должно было напугать меня, но этого не произошло. Я сдался. Сдался ему.

Мои бедра двигались сами по себе, прижимаясь к нему, насколько позволял гипс, и давление, и трение, и его проклятый поцелуй были слишком сильными. Я прервал поцелуй, судорожно вздохнув. Я выругался. Мне показалось, что я выругался.

И вдруг воздух над моими губами стал прохладным. Слишком