С чистого листа. Ведьма общей практики - Елена Филимонова

— Все равно, — я упрямо мотнула головой, желая убедиться наверняка. — Откуда мне знать, что это ты, а не какой-то другой… оборотень?

А что? Мало ли — вдруг по округе шастает похотливый волчок, а по ночам забирается в спальню к порядочным девушкам?

— Ладно, — он пожал плечами, — сама напросилась.

Ухмыльнувшись, шагнул назад, в темноту, и я могла разглядеть лишь очертания его тела. Но и этого оказалось достаточно, чтобы видеть, как волчье туловище меняет форму. Процесс выглядел жутковато, но, кажется, не причинял ему боли, а вот у меня, напротив, заныли кости, пока я, вытаращив глаза и замерев от шока и волнения, наблюдала за превращением.

Наконец, все закончилось. В темноте стоял мужчина. Ростом и телосложением он очень походил на Томаса, но лица было не разглядеть.

— Это, правда, ты? Вот прямо по-настоящему?

Он вышел на свет. Томас Колдер собственной персоной. В чем мать родила.

— Ты голый! — вырвалось у меня.

— Потрясающе точное наблюдение, — съязвил он.

Неторопливо прошел к креслу, сел и, наконец, соизволил прикрыть пледом то место, которое на людях обычно не демонстрируют.

— Сколько, говоришь, лет тебе было в прошлой жизни? — уточнил он, не без удовольствия наблюдая за моими попытками натянуть одеяло повыше. — Пятьдесят семь?

— Пятьдесят пять, — огрызнулась я.

— Я почему-то думал, что ты дамочка с опытом, — продолжал издеваться он.

Опыт у меня, конечно, имелся, но последним раздетым мужчиной в моей спальне был муж. Шесть с половиной лет назад.

— А я думала, ты человек приличный.

— Так ты ж сама меня попросила, — Томас развел руками.

— Откуда мне было знать что… что это вот так?.. Что ты вообще не человек?

— И, тем не менее, шокированной ты не выглядишь.

После всего, что я видела в новом мире, меня бы не удивил и дракон, приземлившийся на лужайке перед домом. Но от Томаса я подобного не ожидала.

— Ты не похож на оборотня.

— А как, по-твоему, они выглядят? — спросил он с любопытством.

На языке так и вертелось «грязные, лохматые, волосатые», но вслух я этого говорить не стала. Это все равно что назвать чернокожего ниггером.

— Как волки, наверное. По крайней мере, я так думала. Почему ты не сказал?

— Ты тоже не сразу призналась, что явилась из другого мира, — справедливо заметил он.

Какое-то время мы оба молчали. Я время от времени поглядывала на Томаса, пытаясь соединить то, что знала о нем «до» с тем, что узнала сегодня. Он оборотень. Волк. И охотник на нечисть. Странный выбор карьеры, учитывая, что он сам в некотором смысле та самая нечисть.

— Ты говорил, что оборотни живут кланами, — вспомнила я. — Когда ты уезжал, то ездил к своим?

Он посмотрел на меня долгим тяжелым взглядом.

— Нет.

— У вас натянутые отношения? Прости, если лезу не в свое дело, но просто вся эта ситуация… У меня много вопросов.

— Порядок, — отмахнулся он. — Отношений с родней у меня нет. Потому что никого в живых не осталось.

— Мне жаль.

После смерти Антона я, наверное, раз тысячу слышала «примите мои соболезнования». Дежурная фраза, проявление формальной вежливости, но у меня от нее сводило челюсть. «Какой толк от ваших «соболезную»?! хотелось рявкнуть в ответ, но вместо этого я дежурно улыбалась, кивала головой и отвечала «спасибо». А про себя посылала всех сочувствующих по известному адресу.

Томас, очевидно, принадлежал к той же категории, и я рассудила, что соболезнования здесь ни к чему.

— И мне жаль, — коротко ответил он и посмотрел на меня с молчаливой благодарностью.

Снова последовали несколько секунд тишины.

— Ты здесь, потому что Билл написал?

Томас кивнул. И явно обрадовался возможности сменить тему.

— Говорил же: нельзя вас одних оставлять. Не успеешь отвернуться, как в очередную историю вляпаетесь.

— Значит, ты уже в курсе. Хорошо. Не придется начинать сначала.

Я все еще приходила в себя. Томас-оборотень. Какие еще сюрпризы меня поджидают?

— Можно кое-что спросить?

Он беззлобно ухмыльнулся.

— Все равно ведь спросишь.

— Ты обращаешься волком только в полнолуние или когда захочешь?

— Кое-кто явно перечитал сказок, — улыбнулся Томас. — Это не зависит от фазы луны. Животный облик это как… вторая ипостась. Ты меняешься внешне, но душа, разум и мысли остаются прежними. Даже способность к речи сохраняется. А вот чувства обостряются. Впрочем, в человечьем обличье мы тоже видим, слышим и различаем запахи лучше людей.

Я закрыла глаза и на несколько мгновений попыталась вообразить каково это — быть волком. Нестись по ночному лесу, улавливать малейшие шорохи, впитывать в себя всю палитру запахов, чувствовать мощь в зверином теле. Наверное, здорово.

— Ты говорил, что оборотни живут дольше людей.

— Так и есть, — кивнул он.

— И сколько тебе лет?

Томас загадочно улыбнулся.

— Скажем так: на порядок больше, чем было тебе в прошлой жизни. Так что ты не такая уж и старушка.

— Я никогда не считала себя старушкой. Возраст всего лишь цифра.

— И на сколько же лет ты себя ощущаешь? — спросил он, прищурившись.

— А ты так и будешь сидеть тут, в чем мать родила? Кстати, не хочешь сходить за одеждой?

— Далековато придется идти, — он кивнул в сторону окна. — Осталась в Сумеречном Пределе. — И, увидев непонимание в моих глазах, пояснил. — Это земли почти в ста лигах отсюда.

И, правда, не близко.

— Сколько времени ты сюда добирался?

— Часа два, — Томас пожал плечами. — Или около того.

То есть, выходит, пятьдесят километров в час. Нехилая скорость.

— Там внизу, в гостиной стоит сундук. В нем одежда. Думаю, принадлежала знахарю. — Сказала я. — Можешь взять себе. Или предпочитаешь натурализм? — добавила не без сарказма.

Ну а что? Не только же ему острить, верно?

Томас окинул меня насмешливым взглядом, поднялся с кресла, и, придерживая плед, зашагал к выходу. Уже в дверях он нос к носу столкнулся с Деборой.

— Господин Томас! — фыркнула сова и распушила крылья. — Вы меня напугали!

В следующий миг ее круглые глаза увеличились вдвое, когда она поняла, в каком он был виде. Сова издала какой-то неопределенный звук, и ее взгляд обратился уже ко мне.

— Ну и нравы у современной молодежи… — Дебора покачала пернатой головой.

Ее можно было понять. Старая дева викторианской закалки просто не могла реагировать иначе. Не то, чтобы меня это беспокоило, но выставлять себя неразборчивой в связях девицей тоже не хотелось.

— Мы играли в карты на деньги, — сказала я и для пущей убедительности беспечно развела руками. — Томас проигрался вчистую.

— Это ни к чему, — он посмотрел на меня, — Дебора в курсе, кто я.

Сова