После развода. Я тебя верну - Арина Громова

Как могла привела себя в порядок. Сложила письмо обратно в конверт, убрала в карман своего платья. Ближе к сердцу. Вышла из комнаты, но адвоката за дверью не оказалось. Зато там маячил Арсанов.

— Где адвокат? — спросила его.

— Уехал.

— Что?

— А что тебя удивляет? — мрачно бросил Арсанов. — Мутный тип. И контора у него такая же мутная, как и он сам. Где это видано, чтобы вот так теряли важные документы? Завещание! Возмутительно…

— Ты что, отправил его прочь?

— Чего?

— Прогнал?

— Нет, — отмахнулся от моих вопросов. — Вечно, ты меня в чем-то подозреваешь.

— Ну извини, — пожала плечами. — У меня для такого отношения есть все основания.

— Как это понимать?

— Как есть.

— Ира…

— Ты выгнал меня с детьми.

— Эту ошибку осознал. Давно.

— Ошибку? Серьезно? Так ты это называешь?

— Я действовал согласно обстоятельствам, — резко произнес Давид. — Будь у меня выбор.

— А у тебя был выбор.

«Вот у моего отца этого выбора не было».

Мысль мелькнула в голове, но конечно, озвучивать это я не стала. Не видела смысла ему что-то объяснять.

Да, в чем-то поступок моего отца можно было сравнить с тем, как поступил Давид. Но суть же в деталях. И детали вопили громче некуда.

Мой папа сделал все, чтобы защитить меня и маму. Он не женился на ней, только по той причине, что не хотел подвергнуть угрозе. По той же причине и пропал. Но он ей честно все пояснил. Сказал, чем будет занят.

А что сделал Давид? Выгнал меня и своих родных детей посреди ночи. В дождь. Дикий зверь и то защищает своих детенышей.

Не представляю, чтобы мой папа поступил подобным образом. Не важно, какие цели преследовал Давид, у него ничего хорошего не получилось.

Впрочем, сейчас спорить я не собиралась. Хотела поскорее найти адвоката.

Он оставил визитку. Да? Необходимо найти.

Арсанов продолжал говорить, но я его уже давно не слушала. Однако он явно пытался привлечь мое внимание как только мог. Тяжелая ладонь приземлилась на мое плечо. Крепко сжала руку. Осторожно встряхнула.

— Чего ты хочешь? — спросила его усталым тоном. — Чего ты добиваешься от меня, Давид?

— Ответь на вопрос.

— Какой еще вопрос?

— Что было в том письме?

— Письме… — заторможено повторила следом за ним.

И только потом до меня дошло. Он спрашивал про прощальное письмо моего папы.

— Зачем тебе это? — напрягалась от такого явного интереса.

— Важно.

— Неужели?

— Мне важно все, что связано с тобой, Ира. Странно, если ты этого до сих пор не поняла.

— Поняла, но… и правда, какое тебе дело до того, что мой отец написал в письме, которое прилагалось к завещанию?

И опять в голове забилась назойливая мысль.

А что, если все это не случайно? Что если Давид и его мать охотиться именно за тем, что оставил мой отец?

Откровенно бредовая версия звучала уже как самая настоящая паранойя.

Но если задуматься, сопоставить… почему нет?

Все равно было трудно в такое поверить.

Да, письмо содержало некоторые намеки. Но четких доказательств против кого-либо там не было. Ни названия службы, где папа работал. Ни каких-то фамилий бандитов или его продажных коллег. Там даже Монах не был прямо обозначен. Я догадалась просто по той причине, что знала про историю с бешеным псом, слышала раньше.

Арсанов прошивал меня взглядом насквозь. Точно собирался дырку во мне прожечь.

Как же мне все это надоело.

Я потерла виски, которые гудели от напряжения.

Что такого особенного мог оставить мой папа, чтобы этим имуществом заинтересовались Арсановы?

Квартиру. Счет. Какие-то ценности, но эти ценности были важны лишь для нас, для нашей семьи.

Нет, в голове не укладывалось, будто настолько влиятельные и состоятельные люди вдруг начнут охоту за часами и портсигаром моего дедушки.

Просто уже глупость какая-то.

О чем я только думаю?

— Ира, говори, — снова потребовал Давид внушительным тоном. — Что было в том письме?

— Ничего особенного.

— Лжешь. Мы слишком хорошо знакомы, чтобы я этого не заметил.

— Ну допустим, пусть так, — пожала плечами. — А чему ты удивляешься? У меня был отличный учитель.

— Опять камень в мою сторону?

— Видишь, наконец, начинаешь хоть что-то понимать.

— Ира, зря ты так. Эта информация может быть опасна.

— Да? Чем же?

— Твой отец погиб.

— Верно, и с тех пор прошло много лет.

— Но погиб он не просто так.

— А ты откуда знаешь? — вспылила.

— Знаю, — твердо произнес Давид. — Наводил справки. Еще перед нашей свадьбой.

— Что? Ты меня проверял?

— Ира…

— Знаешь, не отвечай, не хочу ничего об этом знать. И уже ничему не удивляюсь из того, что тебя касается. Все очень логично выглядит.

— Ир, я проводил ту проверку, только чтобы…

— Да не важно. Не имеет значения. Все, хватит.

Хотела пройти, но он перегородил мне дорогу. Куда бы не двинулась, шагал за мной в сторону, перекрывая коридор.

— Пропусти. Это глупо, Давид.

— Твой отец не просто так погиб.

— Что? — похолодела. — Что это значит?

— Его убили. На одном из важных заданий.

Слова Давида ощущались словно ледяной душ, который окатил меня от макушки до пяток.

— Подожди, — чуть слышно прошептала я. — Тебе известно, чем мой отец занимался? Где работал?

— Конечно.

— Давно?

Он молча кивнул.

— И ты молчал? Все это время? Не считал нужным мне хоть что-нибудь сказать? Ты сейчас серьезно, Давид?!

— Не хотел подвергать тебя опасности.

— Какой опасности?

— Ты бы захотела все выяснить. Понять, кто именно убил твоего отца. Верно? Ты сейчас собираешься именно этим заняться. Я прав?

— Тебя это не касается.

— Ты мать моих детей. Так что это имеет ко мне самое прямое отношение. Если начнешь какие-то расследования, то наши дети попадут под удар.

— И это мне ты говоришь? Человек, из-за которого малышей похитили? Держали неизвестно где. В какой-то чертовой белой комнате. Да ты издеваешься, Давид!

Меня трясло от негодования.

Готова была броситься и растерзать его.

Значит, это я подвергаю угрозе детей. Не он. Никак не он. Никогда! Он вообще всегда и во всем прав. Даже когда свои грязные дела за моей спиной крутит.

— Ира, тише.

От этой фразы меня и понесло…

Хотела залепить ему пощечину. И опять попала в старую ловушку. Арсанов ловко меня перехватил, прижал вплотную к себе. Он не давал вырваться. Напрасно старалась его оттолкнуть.

— Отпусти, — шипела. — Сейчас же. Отпусти меня. Как же я тебя ненавижу. Как же сильно я…

— Это хорошо.

Посмотрела на него как на сумасшедшего.

— Сильные чувства — всегда хорошо, Ира.

Другого ответа и ждать от него не стоило.

Какой же он все-таки