Золушка для идеального босса - Анна Лапина

Вздыхаю, вспоминая, как объясняла боссу, какой материал для туфель хочу. Он мне миллион незнакомых слов назвал. А я отчетливо поняла, что откажусь от соавторства. Не тяну я на дизайнера. Не тяну! Не знаю я всей этой терминологии.

— Я не разбираюсь в материалах, — неловко мнусь. — Просто визуально могу сказать, да или нет.

— Оно и понятно, — спокойно отзывается, пряча наши наработки в свою небольшую сумку-папку. — Напомни, какое у тебя образование?

— Курсы только… для всяких программ для папиной работы, — скромно отзываюсь. — Но курсы хорошие. Папа хорошие для меня нашел и оплатил! Чтобы я точно понимала, что к чему.

— Ага, — кивает он. — Понял. Завтра я привезу тебя одну книгу. Почитаешь на досуге. Там как раз по нашей области многое можно почерпнуть. А так на опыте будешь медленно вникать в тему. Думаю, у тебя получится.

— Хорошо, Севастьян Маркович.

— А теперь собирайся, — взмахнув рукой, указывает он на дверь. — Поедем ужинать. Поздновато для ужина, но что поделать. Извини еще раз, что задержал тебя и оставил голодной.

Кивнув, встаю с кресла и возвращаюсь в приемную. Собираю свои вещи в сумку и, выключив компьютер, поднимаю взгляд на босса, который вышел из кабинета и молча дожидается меня.

— Я… я готова! — объявляю ему, мягко улыбнувшись.

Какой же он красивый!

И как же мне нравятся мужчины в костюмах!

Моему боссу они чертовски идут.

Настоящий принц… Но вряд ли из моей сказки. Потому что даже после моего признания он про поцелуи ничего не сказал. Ни про тот — с Золушкой, ни вчера со мной…

Разочаровался?

— Поехали! — указывает рукой на выход. — Сегодня предлагаю выбрать ресторан, который ближе к твоему дому будет. Без определенной кухни. Просто чтобы поесть. Но выберу что-то из ресторанов Альберта. Там всегда все вкусно, без нарушений и атмосферно.

— Ладно, — соглашаюсь и, обогнув стол, иду в сторону выхода, когда меня ловят за руку и возвращают туда, куда больше всего хочется.

В плен объятий моего принца.

Рука Севастьяна Марковича ложится на мою талию. Он медленно обвивает ее, притягивает меня к себе ближе и ближе. Ловит мой взгляд и, не дав мне и слова сказать, затыкает мой рот поцелуем. Мягким, коротким, но таким нежным, что я, словно масло, таю в его руках.

Касаюсь рукой его щеки и со всей нежностью отзываюсь на его ласку, готовая отдаться целиком, лишь бы моя сказка не заканчивалась никогда, но Севастьян Маркович поцелуй прерывает.

— Спасибо, — шепчет он тихо, но с теплотой в голосе и взгляде.

— А? — не сразу соображаю, что он мне говорит. В голове вместо мозга бабочки порхают.

— За сегодня спасибо, — повторяет он, улыбнувшись шире.

— За признание? Да? — пытаюсь нащупать нить происходящего.

— За то, что стала моей музой, — отвечает, подняв руку и коснувшись моей щеки. — Мы столько сегодня сделали. И все благодаря тебе, моя милая и прекрасная Золушка.

— Ваша Золушка? — повторяю и нерешительно все же задаю вопрос, который теперь меня мучает: — Это что-то значит?

— Думаю, да. Как и то, что ты сейчас в моих объятиях, а перед этим я тебя поцеловал — все это что-то да значит.

— А что именно? — вытягиваю из него, пока мое сердце колотится как безумное.

Прекрасно понимаю, что давлю, но я хочу знать ответ.

— А чего тебе хочется, моя милая?

— Ну… — начинаю, но улыбка от его слов скоро разорвет щеки. — Ничего?

— Врушка, — говорит, смеясь. — Как я и обещал, мы возвращаемся к этой работе. И да, я целую тебя, потому что влюблен в тебя. Да, отныне ты моя девушка. Но во внерабочее время, Элла. На работе ты мой партнер и муза. Договорились?

— Хорошо, — смущенно отзываюсь и тотчас получаю еще один поцелуй. Еще нежнее и чувственнее.

— Какая же ты милая, Элла, — произносит он, прервав поцелуй вновь. — Так и хочется тебя сжать в объятиях, спрятать куда-то и больше не отпускать. Но тогда мы оба умрем от голода…

— Зато вместе, — бросаю с улыбкой.

— И то верно, — соглашается, мягко засмеявшись и чмокнув меня в лоб. Отпускает меня из объятий и, переплетя наши пальцы, тащит на выход.

— Босс, а если нас увидят? — испуганно пытаюсь его остановить. — Ну то, что мы за руку держимся. Они же решат, что мы вместе…

— И ошибутся?

— Нет! Но это неэтично!

— Пф-ф! Кому какая разница? А где, по их мнению, я должен заводить отношения? У меня лишь два варианта. Либо с работниками, либо с моделями. Но последнее я недавно исключил.

— Не любишь моделей? — спрашиваю, все же сдавшись и позволив ему вывести меня из приемной. Благо в это время никого в офисе нет.

— Я ничего не имею против моделей, но у нас разные взгляды на будущее, — отвечает уже в лифте. — Они хотят карьеры. Я же хочу семьи. Хотя, думаю, во мне говорят установки отца.

— Какие?

— Создать семью, родить как можно больше детишек. Жить счастливо и радостно.

— И ты этого хочешь?

— Да, — кивает, взглянув на меня и остановив взгляд на моем животе — Правда, дети для меня все еще пока сложно. Нет, я готов к этому, но боюсь. Это другая ответственность, другая жизнь! Совершенно другая. Я пока не знаю, как совмещать мой творческий хаос жизни с детьми. Им ведь не хватит несколько часов по вечерам. А я, как ты сама видишь, увлекаюсь порой и… Для детей мне нужна подготовка моральная, но к семье я готов. Этому нас отец с самого детства с братом учил. Ты не переживай!

Это со мной он такое обсуждает? Потому что мне намекает на семью? Но мы ведь всего пару дней знакомы! Зачем он спешит?

Он… он от меня детей хочет?

— А ты? — уточняет, ведя меня по парковке к машине. Благо мы на своем пути, кроме одного охранника, никого не встретили. Сплетен пока не будет. — Чего от жизни хочешь ты? Если учесть новые обстоятельства? — указывает он на наши руки.

— Ну, пока не знаю, — пожимаю плечами. — Я просто хочу быть счастливой и чтобы несчастья обходили меня стороной.

— А материальное? — открывает для меня дверь и сажает в машину.

— Хочу… — замолкаю и молчу до тех пор, пока он не садится в машину. — Хочу заработать деньги. Купить себе квартиру. Пусть даже маленькую. Поставить памятник маме… Мачеха папе не дает. То есть ему она говорит, что согласна, но каждый раз деньги, отложенные на это, уходят куда-то…

— Ага.