Попаданка требует развода. И Дракона в мужья - Эмили Гунн

Не было никакой магии в голосе Глубоководного, в отличие от моего зловещего бывшего.

Однако меня незаметно начало обволакивать этим проникновенным тоном дракона. И тихими, хриплыми нотками, обещавшими долгожданную поддержку. А еще сквозившее в словах Торина, пусть и хрупкое еще, но перемирие. И, вероятно, сплоченность. Разбор той особой тяги, что, признавай не признавай, но искрит между нами двумя.

И я сдалась.

Не поплыла. Нет.

Но опасливо и очень осторожно поддалась на уговоры вкрадчивого баритона, ласкающего и слух, и издерганную душу.

— Даже и не знаю, с чего начать, — блёкло улыбнулась я.

— Начни с простого. Откуда ты? — подсказал мне Торин.

— Я не из ваших мест. В смысле вообще, не из одного из известных вам миров и планет. Да я в принципе не отношусь ни к одной из известных вам рас. Хотя с человеком вы знакомы, да. Но люди здесь совсем не то, что в моём мире.

Как же ему объяснить то? Самое время вспомнить великие слова о том, как гордо звучит слово «человек»… Ну-у, на моей планете.

— Человек? — промелькнула такая явственная тень разочарования на лице дракона, что я едва не пожалела о своем решении побыть хоть немного искренней.

А чего я ждала? Восхищения?

Как же это возмущало! То есть, если во мне нет какого-то потайного огня, света, лампочек внутреннего зажигания — то я и внимания не заслуживаю?

Весь интерес ко мне как к девушке, личности, товарищу по борьбе с подлым неприятелем сразу улетучивается, так?

— Я просто человек, да, — мгновенно сменилось моё и так колеблющееся настроение на колючее. — Я обычная девушка. Без всех этих ваших магических примочек, что бы так ни мерещилось Ардору. Каким-то образом я была перенесена сюда Алатаром. И попала! По всем пунктам, — но вместо злости, что почти уже превратилась в основную черту натуры, я почувствовала, как к глазам подступают слезы.

В пылком расстройстве чувств я схватилась за браслет и стянула его с предплечья.

Откинула светлые пряди назад, завела их за уши и принялась ждать под немигающим зеленым взором напротив.

Не в тот же миг, но медленно, постепенно начала ощущать покалывание сначала, обрамляющее мои ушные раковины. А затем перетекшее и на кожу по всему озябшему телу.

Торин смотрел на меня всё так же, не моргая. Широко распахнутыми в ступоре глазами.

Примерно то же самое испытывали и другие драконы, находящиеся ближе всего к нам.

Да и сама я пребывала в шоке, оттого что решилась открыть им правду. Не уверена, что это было хорошей идеей.

Но назад дороги не предполагалось.

— Что?! Такой вот, юродивой я тебе еще больше НЕ нравлюсь? — спросила обескураженного Торина. — Разочарован? Ждал демоницу узреть. Или, видимо, еще кого поэффектнее. А я всего лишь человечка. Вот так, — развела руками, барахтаясь в затопившей меня горечи.

А Глубоководный дернулся. Так, будто я ударила его наотмашь. И сжал заскрежетавшие зубы.

— Надеюсь, ты больше никому об этом не говорила? — спросил Рыжий командор, в то время как я разгневанно изучала спину Торина, отошедшего во мрак пещеры.

— Нет, — бесцветно отозвалась на это замечание, гадая, что происходит сейчас в мыслях Глубоководного, упрямо не оборачивающегося к нам.

Судя по всему, отныне я для него одно из самых примитивных и безнадежных существ.

Однако удивили его соратники.

После моего утверждения, что я еще ни перед кем не успела так опростоволоситься и признать свою ненужную здесь человечность, все ощутимо расслабились.

— Вот и хорошо, — зачем-то похвалил меня Бальтазар. — У тебя в целом недурно получалось прикидываться Эльфийкой. Так что нацепи-ка обратно свой браслет. И, будь мила, продолжай в том же духе, — слегка откашлявшись, велел он мне.

Не уверена, что Рыжий разделял мнение Торина на мой счет. Но его требование даже не светить своим настоящим ликом задевало…

— Торин, ты еще с нами? — окликнул Бальтазар второго командора и рявкнул, когда тот долго не оборачивался. — Ты лично отвечаешь за Светлую леди! И смотри, чтобы ни один волосок не упал с ее головы. Нам с минуты на минуту может потребоваться жена лорда. И надо, чтобы было, кого предъявлять Эльфам в случае чего.

После этого приказа стало ясно, почему Бальтазар скомандовал мне вернуть обличье Эльфийки.

А Торин явно был нехило потрясен. Потому что даже не отреагировал на этот командный тон Рыжего Дракона. Не стал спорить или доказывать, что он выше по рангу.

Бальтазар отдал распоряжения и вышел из пещеры, чтобы осмотреться. Смеркалось. И нам было пора выдвигаться.

Глубоководный же, как сомнамбула, вернулся на своё место рядом со мной. И сел, глядя перед собой широко раскрытыми и ничего не выражающими глазами.

"М-да, сижу теперь в двадцати сантиметрах от него и чувствую себя разбивательницей драконьих сердец, — пыталась я про себя посмеяться над сложившейся ситуацией. — Вот так просто взяла я и вдребезги разнесла его едва зарождавшиеся планы на моё сакральное пламя. А бедный Торин всё еще продолжает возвышаться на соседнем камушке, тускло переваривая то, что всё это время разменивался на человечку"…

Параллельно моему самокритично-ироничному самоедству в нашей пещере шла подготовка к тайному штурму.

По словам Бальтазара, Алатар со своими лучниками находился в южной части темного леса, что было нам на руку.

Как оказалось, драконы были отлично осведомлены о тайных проходах замка на утесе. За исключением, конечно, тех моментов, где подчиненные Рыжего командора наделали ошибок.

Торин крикнул об этом не сгоряча тогда, в лесной чаще. Парни Бальтазара реально что-то напутали в схемах особняка Светлого лорда, и теперь драконы со слов уже побывавшего там Глубоководного пытались вычленить верные данные из общей путаницы в чертежах.

Хорошо, что Торин, наконец, очухался и присоединился к разработке плана.

И час настал.

Поднявшись по узкой тропинке вдоль скал, мы добрались и вошли в постройку похожую на старый сарай.

Я не раз видела ее в прежние времена своего проживания рука об руку с тем, кто, как выяснилось, даже утопающему руки не подаст. Если посчитает спасение того делом, принижающим свой статус. А Алатар бы посчитал! Странно, как я всерьез могла верить, что Светлый лорд видит во мне ровню...

Так вот, из сарая, на который я никогда раньше не обращала внимания, вел подземный проход в особняк.

Туда мы и пролезли.

Было сыро и темно.

А самим узким проходам будто не было