Вторая жена. Ты что-то попутал, милый! - Ксюша Иванова

-Не вру. Пожимешь у меня. Там нас Клара заждалась. Поживешь пока у меня, а там... - а что "там" я и сама не знаю. - Посмотрим!

- А у меня вот чо! - с гордым видом достает из-под подушки телефон.

А телефон-то новенький и не самый дешевый на вид!

- Я мамке его не показав! - говорит, как будто подвиг совершил, спрятав добычу от матери. - А то возьмет и пропьет!

Вот только украденного телефона в нашей ситуации и не хватало!

- Боже мой, Петя! Где ты это взял? Ты украл его? - шепчу, чтобы остальные в палате не услышали. - Нужно немедленно отдать! И извиниться!

- Нет! - с воинственным видом запихивает обратно под подушку, падает на нее, прикрывая собой и складывая руки на груди. - Ничего я не крав! Мне дали!

- Кто дал? - обвожу взглядом палату. Ну, мало ли, может, добрый какой-то человек нашелся, который увидел, что ребенку хочется и... Ага! И подарил новенький телефончик тысяч так за пятнадцать-двадцать? Оторвал от своего ребенка... На такой подвиг немногие способны.

На нас никто не смотрит. Мне кажется, маленькие Петины соседи по палате уже признались бы, если бы кто-то из их родителей сделал такое.

- Кто тебе дал? - терпеливо вздыхаю я.

Посомневавшись, все-таки отвечает:

- Дядька-мент, что с тобой приходив!

Ветров? Открыв рот, не могу поверить. Проще поверить в то, что мальчик украл и придумал, будто телефон ему подарил Ветров, чтобы оттянуть время возвращения украденного хозяину, чем в то, что полкан способен на такое!

- Он приходив ко мне! - видя, что я не верю, дрожащим голоском выкрикивает Петя. - И дав! Сказав, что я теперь самый квутой!

- Ему правда дядя какой-то дал, - говорит мальчик, лежащий на соседней кровати. - Утром приходил. Еще до обхода.

То есть Ветров от меня поехал сюда, в больницу? И совсем ничего мне не сказал, когда я пришла разбираться?

- Мовжно оставить? - с надеждой смотрит мне в глаза.

Киваю.

Неожиданно. И как-то не вяжется с товарищем полковником, но... значит, что-то человеческое все-таки в нем еще осталось. Хотя лучше бы он помог вытащить ребенка из того дерьма, в которое его окунули! А не завоевывал зачем-то его доверие дешевыми понтами!

- Когда меня заберешь? - заглядывает в глаза, тем временем доставая телефон обратно.

- Вечером. После работы. Сейчас с доктором поговорю, чтобы подготовили документы к выписке.

Толком даже не пообщавшись с мальчиком, спешу к врачу. Возле его кабинета толпится несколько родителей, ожидающих выписки. Но меня, благодаря форме, пропускают первой.

- Здравствуйте, Степан Евгеньевич, - мы знакомы, пару раз сталкивались по работе.

-Маргарита Андреевна, - молодой улыбчивый врач приподнимается со своего места, приветствуя меня.

- Мне медсестра сказала, что вы сегодня Малышкина выписываете.

-Петю? Которого вы к нам с аппендицитом доставляли?

- Да-да, Петю.

- Да, выписываю. Парень в норме, анализы в порядке, держать дольше не имеет смысла. Вы передайте родителям, что необходимо будет посетить детского хирурга в поликлинике по месту прописки. Мне Анастасия Павловна, старшая медсестра говорила, что мать Пети приходила сегодня, но забирать мальчика отказалась наотрез.

- Да у них там пожар в квартире случился.

- Вот она и говорит, мол, забирать некуда, пусть государство о нем позаботится!

Ах, вот оно что!

- Я поражаюсь, Маргарита Андреевна, как так можно с собственным ребенком!

- Да она пьющая, - вздыхаю я.

- Даже животные своих детенышей не бросают, а вот люди... Вы знаете, что у нас в стране больше трехсот тысяч детей по приютам живет? Я в шоке был, когда узнал!

Киваю. Знаю.

Знаю еще и то, что всего только около сорока тысяч из этого количества в год попадают в приемные семьи...

- Попробую поговорить с ней, - решаю я. Нечего откладывать в долгий ящик.

И да, час, отмеренный мне полканом, давно подошел к концу. Но постойте! Это все-таки моя работа! И пусть дело Пети уже передано по инстанции дальше, я с этим не согласна!

Попращавшись с врачом, прыгаю в свою машину и еду к дому Малышкиных.

45 глава. Решить проблему

45 глава. Решить проблему

В подъезде до сих пор воняет дымом.

Поднимаюсь на второй этаж по обшарпанной лестнице. Две двери здесь новые, красивые, а одна, Малышкиных, старая, с изрезанным грязным дерматином.

Звонка, естественно, нет. По дерматину стучать - не вариант, никто не отреагирует. Луплю ногой - хуже все равно уже не будет. После первого удара дверь немного приоткрывается - не заперто.

-Кто там? - доносится откуда-то из глубины невнятно.

-Инспектор по делам несовершеннолетних Никитина Маргарита Андреевна, - отвечаю, как положено, заходя внутрь.

Я уже бывала в этой квартире. Здесь и раньше особого порядка и достатка не было. Но сейчас создается такое ощущение, словно в помещение на месяц заселили стадо бомжей и приказали делать всё, что они пожелают.

Старая, еще советских времен, мебель в зале наставлена беспорядочно, как будто изо всех комнат ее стащили именно сюда. На полу валяются вещи, мусор, бумажки. Запах дыма усиливается с каждым шагом. Взглянув в сторону кухни, вижу спящую за столом растрепанную женщину.

- И чего вам всем надо! - Малышкина выползает навстречу, кутаясь в старый засаленный махровый халат. Отекшая, под левым глазом огромный уже пожелтевший бланш. - У человека горе, а они ходят тут! Высматривают!

- Я по поводу Пети, - решительно заявляю, ища глазами, куда бы можно было примостить свою папку с документами, чтобы вытащить ручку и чистый лист. - Почему вы, Светлана Михайловна, отказываетесь забирать его из больницы?

- Забирать его? - бормочет она, бросая на меня злой взгляд. - Нет уж! Он Юру хотел убить! Юра теперь в больнице и...

Её лицо неожиданно кривится и на глазах появляются слезы.

- И гово-ори-и-и-ит, что ко мне не вернется! А как же я без своего Юрочки? На что я жить буду? Чем за квартиру платить? Что мне делать теперь? Ни работы, ни денег! И это всё из-за Петьки! Паршивец мелкий! Он всегда Юрочку ненавидел. И он, и Лёнька! Во-о-о-от и пусть теперь в колонию по этапу едет! Если у матери не получилось из него человека воспитать, так может там воспитают!

Господи, как же мне хочется напомнить ей, что она -