Лучшие бывшие - Лана Гетманцева

если она проснётся в таком виде. И не придумал ничего лучше, как стащить у Крис пижаму и переодеть Милу. Пробрался в спальню, уверенный, что Скаржинская как обычно мирно сопит под свои успокаивающие мантры. Но стоило двери скрипнуть, как девушка открыла глаза и уставилась на меня, будто вообще не спала.

— Ростик? Ты чего? — Она села в кровати, натянув одеяло до самого подбородка.

— Крис, тут такое дело, — почесал я затылок, собираясь с мыслями, — у нас гости. Вернее, гостья. И мне нужна одна из твоих пижам.

Да уж, начало так себе. Бертов, ты идиот.

Скаржинская выпучила на меня свои синие глаза и замерла. Но быстро пришла в себя.

— На хрена тебе моя пижама?

— Для Милы.

Крис была в курсе нашей истории. Я всё ей рассказал прошлым вечером. Раз мы решили играть до конца, то она имела право знать все правила игры. И знать правду.

— Ты привёл Милу? Бертов, ну ты и свинья! Мы можно сказать только расстались, даже разъехаться не успели, а ты уже тащишь сюда свою первую любовь? Ещё и шмотки мои направо и налево раздаёшь?

Крис не стеснялась повышать голос. Я подлетел к ней, и наспех прикрыл рот рукой, шипя, чтобы она так не орала.

— Если не будешь кричать, я тебе всё объясню! — громким шёпотом просил я.

Девушка пыталась сопротивляться, но куда ей против меня. В конце концов, Крис сдалась и кивнула. Я отпустил руку, готовый в любой момент снова заткнуть ей рот. Но девушка и правда молчала, ожидая моих объяснений.

— Её напоили в клубе. Мила позвонила мне в стельку пьяная. Я приехал, хотел увезти домой, но ей стало плохо. Пришлось везти в больницу промывать желудок. А привозить её в таком состоянии домой к матери, которая только оправилась после смерти мужа, я не мог. Да и Мила не простила бы мне, поступи я так с Дарьей Леонидовной. Как бы сильно она меня ни ненавидела, за этот поступок она наверняка скажет мне спасибо. Так что давай без истерик, прошу. Она поспит, а утром уедет домой. Но из одежды у неё лишь заблеванное платье и больничные шмотки, пропахшие лекарствами.

— Можешь не продолжать, — Скаржинская остановила мой словесный поток рукой, вылезла из кровати и подошла к белоснежному комоду. Долго рылась в ящиках, и наконец, выдала мне комплект пижамы, чистое полотенце, джинсы с футболкой и совершенно новое нижнее бельё с биркой. Я выгнул бровь, ухмыляясь.

— Она настолько тебя не бесит, что ты готова выделить ей один из своих дорогущих комплектов Victoriaꞌs Secret?

— Нет, это ты настолько сильно меня бесишь, что я вручу тебе, что угодно, лишь бы утром её здесь не было. — Крис пихнула мне в руки весь набор и вытолкала за дверь, намекая, что больше продолжать разговор не намерена. И всё равно, я был ей безмерно благодарен.

Оставалось самое сложное — переодеть Снежинку. Я признаться, даже не подумал, что мне придется её раздевать, чтобы одеть в пижаму. Комплект белья и полотенце я аккуратно сложил на кресло. На такие подвиги я был пока не готов. Да и получать по лицу от Милы в мои планы не входило. Девушка крепко спала, поэтому даже не шелохнулась, когда я стащил с неё больничные штаны и футболку. Преступление быть настолько красивой и не быть моей. Но последний пункт я надеялся исправить в ближайшее время.

Моё самообладание начинало подводить, и рука непроизвольно потянулась к желанному женскому телу. Я провёл указательным пальцем по острому плечику, спустился к локтю, затем к запястью. Хрупкая, нежная, притягательная Снежинка, что же ты творишь со мной?

Сглотнув ком, что встал поперёк горла, заставил себя больше не пялиться на Милу и нацепить на неё эту грёбаную пижаму. Затем накрыл пледом, а сам устроился в кресле-качалке, которое выбирала мама. Единственная вещь в этой квартире, которая отдавала теплом. От всего остального здесь веяло холодом и безразличием. Усталость взяла надо мной верх, и я уснул.

Но не так я мечтал проснуться после бессонной ночи. По моему лицу кто-то от всей души прошёлся подушкой. Сквозь остатки сна я даже не сразу понял, что происходит. Вскочил, как ошпаренный и замахал руками.

— Ты козлина, Бертов! Какого чёрта я оказалась здесь? Что за шмотки на мне? — кричал тонкий женский голосок. Я едва успел перехватить ещё один удар от Снежинки. Девушка была не просто в ярости. Разъярённый бык, несущийся на красную тряпку по сравнению с ней, диснеевская принцесса.

— А можно не шуметь? Я пытаюсь слушать аффирмации!

Из приоткрытой двери спальни высунулась недовольная голова Крис. Бинго, мать твою! Армагеддон мне обеспечен, при чём по всем фронтам.

— А ты кто? — Снежинка опешила, прижимая подушку к себе ближе, пытаясь видимо закрыться от незнакомки. Янтарные глаза вспыхнули недобрым огоньком.

— Я здесь живу, — огрызнулась моя бывшая невеста. Ну, вот кто её за язык тянет?

— Ты притащил меня домой к своей девушке? — осознание в глазах Снежинки пробежало красной строкой. Ситуация патовая.

— Мила, я тебе всё объясню. — Все самые тупые отговорки начинаются именно так. Но что ещё я мог сказать?

— Ты больной, Бертов. На голову, — констатировала Снежинка.

— Не могу не согласиться, дорогая, — Крис одобрительно закивала.

Это что сейчас за на хрен происходит вообще? Я выразительно посмотрел на Скаржинскую, но девушка лишь пожала плечами и вернулась обратно в спальню, плотно закрыв за собой дверь. Вот, спасибо, нагадила и ушла!

— Где мои вещи? — тон Милы сквозил таким лютым холодом, будто ещё секунда, и девушка начнёт льдины из рук выпускать, как в том сопливом мультике.

— Твоё платье в стирке, ты вчера слегка его… запачкала. — Стоит рассказать ей во всех красках, как она заблевала нас обоих? Думаю нет. — Вот, это чистая одежда, можешь надеть. А сумочка здесь, — я головой кивнул в сторону кресла.

Мила даже не посмотрела туда, где лежала стопка вещей Крис. Она схватила свою сумку и первым делом вытащила телефон. Я неотрывно следил за каждым её жестом. Неприступная, своенравная, обиженная. Мне предстояло вернуть доверие этой девушки во что бы то ни стало. Но с чего начать, если она ни на миллиметр меня к себе не подпускает? А после сегодняшнего наверняка ещё и выводов неправильных наделает. Девушки это умеют