Измена. Неправильная сказка - Елена Гром

табуном и все в одно место несутся. Изнутри выворачивают. Втягиваю живот и закрываю глаза. По другому все. Иначе. Не как вчера. Свободнее. Нет запретов. Новые мы, новые отношения уже без брака за плечами.

Он еще крепче держит за бедра, с каждым толчком раскачивается, прибавляет темп. Несдержанно, дико, на уровне инстинктов. И мне все мало. Хочу еще сильнее. Еще жестче. Забыться. Потеряться в похоти.

В какой — то момент Костя сам не свой становится, вставляет мне по самые яйца, словно пробить дыру молотком пытается, а я наконец кричу. На каждый жёсткий толчок, на каждый удар по нервной системе. Мы больше не люди. Животные. Трахаемся. С влажными хлопками бедер о бедра, с резкими ругательствами и мольбами:

— Господи, Костя!

— Охуенная, Ань, затрахаю тебя!

— Да, да! Еще… глубже…

Оргазм накрывает неожиданно. Вот я еще чувствовала давление на матку, а вот уже захлебываюсь в крике и спазмах наслаждения. Костя следом, на живот. Часто дышит, сперму по мне растягивает, грудь обмывает. Дыхание восстанавливает.

— В душ, — спрашиваю почти скромно, а он головой качает. Прячу радость в подушку, поворачиваясь к нему попкой, взвизгивая, когда он ее кусает, начиная пальцами поглаживать между ног. Успокаивать или новую сцену репетировать. Мы еще несколько часов снимаем порно ролики. То из разряда нежные, наполненные разговорами, то из разряда жестко, когда вместо человеческой речи только гортанные стоны и влажные шлепки тел.

Мы засыпаем только под утро — без преувеличений. Уставшие, мокрые, неспособные шевелиться и даже говорить. Разве что Костя вдруг говорит.

— А знаешь, развод был неплохой идеей. Начнем все сначала.

— Сначала? А ночь…

— Репетиция брачной ночи, считай. Привет, я Костя. Хочу серьезных отношений с последствиями в виде свадьбы и детей. Подыграй мне, не спи…

Ага, не спи. Сначала измучал…

— Привет, я Аня. Буду ревновать, часто звонить, следить и выносить мозг.

— Уже предвкушаю, — достает он скрученную простынь и накрывает нас, прижимает к себе, и с облечением вздыхает.

— Что?

— Ничего. Счастлив просто, что ты со мной, спи.

Я закрываю глаза, но не сплю, потому что понимаю, что не соврала и буду каждую минуту бояться, что он снова заведет себе кого — то «ради семьи»

Глава 34

Утром мы встали, еще когда не взошло солнце и долго нежились в постели. Забыли о всех сложных словах, которые нужно будет сказать друг другу. Просто лежали в обнимку, как много лет назад и обсуждали глупости.

Костя спрашивал какие я сериалы посмотрела за эти годы и оказалось, что вкусы в этом у нас по-прежнему сходятся. Мы долго смеялись над финалом сериала, который, когда — то начинали смотреть вместе. Решили даже вместе на выходных сходить в кино.

— Нужно квартиру обставить, я если честно в душе не ебу, кто будет этим заниматься, — намек настолько жирный, что я толкаю его в бок. Его красивый бок с косым рельефом. С его появлением я забросила собственные тренировки, надо бы вернуться к ним.

— А где ты жил в Москве?

— По съемным или в отеле, если не хотелось по пробкам тащиться.

— Никогда не жил с девушкой? — удивленно вскидываю бровь. Да, мне чертовски интересно, сколько баб он сменил за эти годы. Готовил ли ему так же вкусно, как когда — то я?

— Нет, Ань. Ни с кем не жил.

— Никто бы не выдержал такого графика?

— Не думал об этом. Наверное, просто знал, что рано или поздно вернусь к тебе. Ну так что? Займешься обустройством нашего гнезда?

— Гнезда? Я вообще — то еще не согласилась тут жить.

— Ну пока Сашок гуляет на свободе выбора у тебя немного, а там уже привыкнешь, поставишь свои баночки, занавески повесишь в цветочек и уезжать никуда не захочется.

— В цветочек? Ты же фукал на них?

— Если мне прям совсем не понравится, то я тебе об этом скажу, и мы вместе выберем альтернативу, — он целует меня в нос, откидывается на подушку. Вибрирующий телефон берет.

Раньше я никогда не задумывалась лазать в его гаджет, он говорил, что пишут по работе, а я верила. Теперь у меня все зудит спросить, кто там.

— Кто это, с утра пораньше?

— Дима. Он поставил своих пацанов следить за Сашей. Тот неубиваймый уже вышел из больницы.

— Будет нас искать?

— Катю наверняка, так что нужно развод им готовить и заявление на него катать. Я могу сходить с ней, чтобы она херни не написала.

Ну уж нет. Катя очевидно решила, что путь свободен, но за эту ночь все изменилось.

— Ты лучше напиши, что нужно, а мы сходим.

— А тебе не нужно на интервью, я твое расписание посмотрел. Даже скачал, — лыбится как дурачок. — Чтобы всегда знать, где тебя подловить.

— Какой а… Это ты, наверное, до прихода адвоката скачал?

— Если бы. Нет, первый час я на тебя пиздец как злился, можно сказать овечка волка переиграла и уничтожила, но потом на треню сходил и легче стало, — говорит он все ниже, смущая меня чувственным баритоном. Скользит рукой под тонкое одеяло, опаляя пространство своей ослипительной улыбкой. У меня тут же все внутри крутит, а нежность утра превращается в чувственную страсть, от которой я пытаюсь спасти единственным способом.

— Ты что, меня овцой назвал?

— Аня, Аня, овечкой, милой. Заспанной и такой вкусной, что хочется тебя сожрать…

Костя рывком подминает меня под себя, тут же раздвигает ноги и убирает одеяло в сторону.

Его кол уже тычется в мою влажную промежность, а губы касаются щеки, накрывают губы.

Я закидываю ноги ему на плечи, давая нужный угол для более точного погружения. Чем глубже он вторгается, тем сильнее завязываются узлы моих ощущений. В какой-то момент я просто вскрикиваю, чувствую себя до конца наполненной, ощущая тяжесть его яиц на своей заднице. Он выходит медленно и врывается быстро.

Четкий ритм, не сбиваясь, не издавая не звука, словно ждет, что я сама сыграю эту партию.

Я принимаю правила игры, сощуриваюсь и сжимая губы плотно, не давая себе произнести ни звука, даже когда он увеличивает амплитуду, даже когда кончик члена долбит прямо в матку.

Он шумно дышит, пожирает взглядом диким, я вторю, он скалится, а я ответ.

— Тебе не выиграть, — хрипит он, ускоряя темп. Я уже на грани, но и проиграть не могу. Тогда я просто делаю запрещенный примем и резко, до боли сжимаю его соски. Помню, как сильно ему это нравится.

Костя ревет в голос, а я победно выстанываю, отпуская себя на свободу.