Сбежать от заморского принца - Селина де Нис

— Я! Она ещё юная и ей нужна помощь. — А это ещё кто?! Голос я не узнала.

— Ну хорошо, лорд … — и связь начала прерываться — а теперь приступим к обсуждению…

Всё. Кристалл разрядился. Третьего поручителя я не знаю, но что меня не запрут в клетке с кандалами, это уже хорошо. Можно расслабиться и ещё поболеть.

Глава 9. Озеро забвения

Как только было принято решение, освобождающее меня из-под надзора инквизиции, мне сразу же посыпались письма от моих друзей. Они интересовались моим здоровьем, как я ощущаю в себе новый дар, что со мной происходит, разрешены ли посещения.

Посещения, к сожалению, запретили до следующего семестра, но переписываться было можно. Из сообщений я узнала, что Лукас с Веллором уехали на каникулы к себе, и в ближайшее время будет объявлено о его помолвке. Альда отдыхала с родителями и готовилась к приёму королевской семьи жениха. Кэлан с Леандро подбирали здание, где будут жить принц с Альдой после свадьбы. Все были при делах, кроме меня. Что ж, по распоряжению Шадомея я проведу каникулы в его родовом поместье.

Три дня до отъезда из Академии во всех моих передвижениях меня сопровождал Тед. Каждый день начинался и заканчивался с медицинского осмотра и сканирования источника дара. Остальное время я посвятила уборке своих комнат и посещению мадам Вартан, куда меня отвёз радостный мэтр Левего. Судя по количеству мороженого, которым инквизитор снабдил мадам Вартан, меня и всех работниц её ателье, у них, видимо, все складывалось хорошо, и я была рада за мадам Вартан, хоть инквизитор и вызывал у меня опасения.

В день отъезда, ближе к обеду за мной зашёл мэтр Левего и объявил, что самоходка подана и можно отправляться к Шадомею. Я категорически отказалась уезжать без Снежка. А что ему делать всё лето в стойле Академии?!

Инквизитор попытался затащить меня в самоходную карету, но не тут-то было. Почуявший в себе силу Гекс взметнулся и встал вихрем между нами. И тут же цапнул руку мэтра Левего, как только тот протянул её ко мне. Ибо нечего ко мне прикасаться, если я этого не хочу! А я развернулась и ушла в конюшню за Снежком.

Мэтр Левего сказал к Шадомею. Я взобралась на Снежка и открыла портал и… со всего размаху вывалилась на своём белоснежном красавце прямо на беседку в саду столичного дворца верховного мага. Думаю, зрелище мы представляли великолепное! Снежок, любитель наводить ужас на окружающих, когда портал взорвал беседку окрасил копыта и глаза в красный цвет и напустил дыма, как будто все вокруг нас горело и дымилось. Я, недолго думая, добавила золотисто-зелёных искр и шипения. Следом из портала шлёпнулся мэтр Левего.

Тут же заверещало охранное плетение дворца и из него выбежал взбешённый Шадомей и толпа народу. Гости, наверное. Ну что ж, продолжим представление и усилим звукошумовые и визуальные эффекты. Как только Шадомей, Ракелла и ещё какой-то представительный строго вида мужчина подошли поближе, за моей спиной с грохотом схлопнулся портал и осыпал их пылью из земли и зелёных искр. С Дамиана искры слетели, а вот с оставшейся парочки они отмоются денька через три. Ну, может, через два.

Ракела завизжала и запустила в меня файербол. Забыла, наверное, что с зеркальной защитой, а значит и со мной так нельзя. Ну и получила своим же файерболом. Кто-то из присутствующих успел поставить защиту, так что её не прибило на месте, но волосы опалились знатно. А я разозлилась. Под копытами Снежка заклубилась тьма и поползла к Ракелле.

— Наина! — голос Шадомея привёл меня в чувство, и я быстро призвала магию смерти назад. Ладно, в следующий раз я напущу на тебя то плетение со змеями, которое придумала хозяйская сущность.

— Тебе было приказано отвезти её в моё поместье, а не сюда! — накинулся Шадомей на бедного инквизитора, который опешил от неожиданности.

«Извините, господин верховный маг, — вывела я смеющиеся буквы, — он сказал: к лорду Шадомею, я и открыла портал к вам».

И нарисовала рядом довольную смеющуюся рожицу. Верховный маг, видимо, не понял юмора, или был не в духе, потому что лицо у него побагровело, а на кончиках пальцев заискрился файербол. Не знаю, что на меня нашло, но я расхохоталась. Настроение у меня было великолепное.

— Не надо, Дамиан! Опомнись! — крикнул Левего, а я резко оборвала смех и посмотрела ему в глаза.

— Поговорим позже, — взял себя в руки Шадомей и открыл портал в своё поместье. Левего протянул было руку к поводьям, но увидев, как Снежок приготовился кусаться, отдёрнул её от греха подальше и проворчал:

— Что-то все такие кусачие стали. Не зубами так словами. Обижусь я на вас всех и уйду в монастырь!

* * *

Безудержное веселье и непонятный кураж сменился тоской зелёной. Я сидела у окна, опустив голову на руки, и ничто меня не радовало. Хотелось к маме и на ручки. И плакать, плакать, плакать, пока слезы сами не иссякнут. Уже очень давно я не видела маму. Сколько сотен лет? Сколько жизней назад? Я даже уже не могла сосчитать.

Мне не хотелось есть, и я оставляла еду нетронутой. Мне не хотелось гулять, и даже призывное ржание застоявшегося Снежка не заставило меня выйти из комнаты. От мэтра Рантес-Ларú прилетел вопрос какой артефакт я хочу создать в качестве задания на лето. Мне было все равно, и я отложила его сообщение в сторону. Пусть меня выгонят из Академии. Как-нибудь доживу до совершеннолетия и уйду в монастырь, как грозился Левего. Буду стоять часами на коленях и молиться. Я не хотела читать. Зачем? Я все равно ничего не могу поменять. Ни в этом мире, ни в каком-то ещё. Проклятье будет вечным.

Я закрывала глаза и видела лицо матери, черты которой уже почти стёрлись из памяти. Она улыбалась, гладила меня по голове и уговаривала как маленькую. Прижимала к груди и пела колыбельную.

На третий день в замке появился Шадомей. Орлей передал мне приказ спустится к обеду в столовую. Надела первое попавшееся платье, кое-как причесалась и пошла. Вниз по лестнице я вроде спустилась, а дальше не помню.

Очнулась я у себя в кровати, а рядом суетились Разия и королевская целительница. Они осмотрели меня с ног до головы, просканировали источник дара, магические потоки. Что они там обнаружили я не знаю. Мне было все равно. Я отвернулась и закрыла глаза.

— Целительницы сказали, что это был голодный