Бестия. Бесстыжая для владыки - Влада Штерн

— С тобой я уже ничего не боюсь, — через неопределённое время промолвила я, закрывая глаза. Вино окончательно подействовало на меня — я почувствовала, как ноги и руки тяжелеют, а голова становится совсем лёгкой и пустой. — Мариус?

— Да?

— Приляг возле меня, пожалуйста, — сказала я не открывая глаз и отодвинулась от края постели. Мне было так хорошо с ним, что я уже ничего не стеснялась. — Так мне будет спокойнее, да и твоей спине после дивана не будет… приятно.

— Твоя репутация похоронена, милая, — строго сказал Мариус, но я все же почувствовала, как тяжесть его тела продавила постель возле меня.

— Плевать на нее, — дерзко прошептала я, убаюканная ощущением его близкого присутствия. От Мариуса пахло чем-то свежим и морским, а также ароматом вина и табака. А еще я уловила запах его собственный — истинно мужской, но очень приятный.

Приоткрыв глаза, я смотрела на его лицо и плечи, возвышающиеся надо мной. Он лежал на спине, опершись спиной к изголовью кровати. Его грудная клетка спокойно поднималась и опускалась, но я видела, что глаза Мариуса открыты. Словно почувствовав мой взгляд, он повернулся ко мне лицом.

— Глаза твои отражают свет, — я услышала в его голосе улыбку. — Вот, значит, как выглядят глаза в темноте у потомков сидов.

— У тебя тоже, кажется, чуть светятся, — пробормотала я, протянув руку и положив ее на живот мужчины. Мне действительно пару раз показалось, что его радужки отливают золотистым светом.

— Лили, — услышала я чуть хриплый голос Мариуса над собой.

— Что? — протянула я очень тихо, понимая, что сейчас услышу. Глаза я опять закрыла, блаженно водя пальцами по торсу мужчины, открытому из-за полу-расстегнутой рубашки.

— Ты что делаешь?

Мариус ждал ответа, но не отстранился, замерев под моей рукой. Я, набравшись смелости, подтянулась к нему и легла грудью на него. Мои волосы рассыпались, укрыв нас обоих.

— Поцелуй меня, Мариус, прошу тебя, — лихорадочным голосом прошептала я, оперевшись на его широкие плечи. Наши губы были совсем близки. Я чувствовала дыхание мужчины на них, чувствовала его силу и мощь под собой. Желание мгновенно проснулось во мне, усиленное многократно.

И когда Мариус, ничего не говоря, коснулся своими губами моих губ, а его руки оплели меня в объятиях, я поняла, что получу сегодня то, что так давно желала…

Глава 21

Мариус не стал медлить. Целуя меня, он повернулся так быстро, что теперь я оказалась под ним.

Задыхающаяся от желания. Горячая от жара, исходящего от него.

Его губы были столь же нежны, как и настойчивы. Они касались моих губ непрерывно, лаская языком, заставляя приоткрыться. Когда его язык скользнул мне в рот, я издала приглушенный, длительный стон, выгибаясь в его руках. Которые уверенно и умело ласкали мое тело, проводя по его изгибам через шелк тканей.

— Сними, — задыхаясь прохрипела я между поцелуями, обнимая Мариуса одной рукой за шею, а другой скользя лихорадочно между нашими телами и нетерпеливо развязывая пояс своего пеньюара. — Раздень меня, прошу…

— Ты уверена, Лили? — шепотом спросил Мариус почти у самого моего уха. Он прижался лицом к моей шее, вдыхая аромат моей кожи, что окончательно свело меня с ума. Я дрожала от нетерпения, от ощущения тяжести мужского тела на мне, и хотела прижать его к себе еще крепче, еще сильнее.

— Уверена, Мариус, прошу, — взмолилась я, закрыв глаза и отдаваясь его поцелуям, которыми он покрывал мою шею от основания до виска. Я развела ноги и обхватила ими его талию, приподнимаясь к нему бедрами — исступленно и инстинктивно. Я хотела его немедленно, хотела ощутить его в себе полностью и без остатка.

Почувствовав мои неистовые движения под собой, Мариус что-то тихо прошипел сквозь зубы и на короткое время оторвался от меня, чтобы снять с меня пеньюар. Он осторожными и медленными движениями взялся за верх моей сорочки, и, распустив ее тесьму, спустил вниз, до бедер. Я видела, как его взгляд остановился на моей вздымающейся от прерывистого дыхания груди с затвердевшими от возбуждения сосками. От его созерцающего взгляда я лишь почувствовала еще более сильное желание. Внизу у меня все горело, я тянула к нему руки, когда он снимал с себя рубашку.

«Боги, какие у него сильные плечи, я умру, если не почувствую их под своими руками!» — пронеслось у меня в голове, когда мужчина снова склонился надо мной во всей своей мощи и притягательности.

— Они похожи на бутоны, — низким голосом прошептал Мариус, лаская обе мои груди очень нежно и до умопомрачения неторопливо. Он проводил по моим полушариям круговыми движениями, иногда чуть сжимая их, надавливая на соски подушечками больших пальцев — медленно, с наслаждением. Я стонала под его умелыми движениями, откидывая голову назад и млея под невыносимыми ощущениями. — Ты очень чувственна, Лили.

Я видела сквозь трепещущие ресницы, как он склонился надо мной еще ниже и коснулся ртом одной груди, а потом обхватил губами сосок.

— Ах-х! А-а-а, прошу! — безостановочно и рвано стонала я, чувствуя, как его язык ласкает кончики моих грудей — сначала один, потом второй. Иногда он неожиданно сжимал их зубами — очень осторожно, — и именно в эти моменты я готова была потерять сознание от истомы, которая пронзала меня снова и снова, как молния, между моих ног, в самом потаенном месте моего тела.

Я погрузилась пальцами в его волосы — такие густые и одновременно такие мягкие, ласкающие, — отдаваясь все глубже и глубже своим ощущениям, не желая пропустить ни одно. Мариус спустился ниже — его поцелуи коснулись моего трепещущего живота, потом он начал касаться его языком — совсем невесомо, обводя им мой пупок и спускаясь еще ниже. Его сильные, но чуткие руки гладили мои бедра, снимая с меня полностью сорочку. Откинув ее в сторону, он развел мои бедра чуть шире и немедленно скользнул между ними, прикасаясь горячими пальцами к моей не менее горячей плоти.

Тихий вскрик вырвался из моего горла, когда его пальцы стали медленно и чувственно массировать пульсирующий бугорок. Я стонала, не имея сил сдерживаться, поддаваясь его руке, приподнимаясь ей навстречу. Мариус словно читал мое тело изнутри, знал все его особо чувствительные точки. Его пальцы погружались все глубже, из-за чего все внутри меня сжалось и требовало выхода. А когда я почувствовала там его губы и язык, ласкающие меня с еще большей интенсивностью и страстью, я поняла, что приближаюсь