Сирота. Фиктивная семья для губернатора - Марго Лаванда

и после увольнения начал гадить, сначала по-мелкому, а потом и по-крупному. А Виталий, святая простота, до последнего был не в курсе. И ведь толком не совершил ничего криминального, но как оказалось, все зависит в каком ключе подать информацию. Это явный заказ от конкурентов. Есть одна гнида, метит на кресло мэра. Если доберется туда – все кувырком полетит. Потому что ни о чем кроме коррупции этот человек не способен думать. Уж мне хорошо известно. Тоже сталкивались, и я, в отличии от Поларского, быстро раскусил что почем.

Поэтому, я плотно занимаюсь делом Виталия. Это не страх что и меня за собой утянет, мне скрывать нечего, темные делишки – не мое. Может потому что из обеспеченной семьи, и никогда деньги не были для меня заветной целью. Хотелось сделать что-то значимое. Запоминающиеся, полезное.

Так что у меня основной мотив – это желание задушить в зародыше личность, которой точно не место в политике. Таких дел может наворотить – не разгребешь потом.

Конечно, не я один на своих плечах буду вывозить это дурно пахнущее дело. У Поларского целая команда юристов. Но моя помощь – это другое. Поэтому и торчу в столице. Вызвал Томинова для отчета, и тут же велю обратно отправляться. Путь там за обстановкой следит.

А я, при этом, больше всего на свете к Маше своей хочу. Тоскую безумно. Ругаю себя, почему с собой не взял. Бросил там. Среди гадюк.

Конечно, она бы ни за что Олесю не оставила, а у девочки школа, психолог. И все равно грызет мысль, что надо было обеих с собой забрать. Знаю, что дед ни Машу, ни Леську не даст в обиду. Но тем не менее.

Душа не на месте.

Каждый разговор с Машей – сладкая пытка. Хочу, чтобы рядом была. Такая родная. Красивая. Любимая.

– Что касается Ланы, тут у меня все схвачено, – бодро рапортует Томинов.

– Да ты что? Расскажи подробнее, у меня еще есть полчаса.

– Лана познакомилась с богатым мужчиной и влюбилась как кошка. Она не появляется дома. Не видится с Олесей.

– Охренеть! Вот так просто?! Кто позарился на эту потаскуху? – изумляюсь.

Но рад очень, что не треплет Маше нервы.

– Ваш покорный слуга нанял актера, чтобы тот сыграл роль шикарного бизнесмена, заинтересовавшегося Ланой. Та быстро заглотила наживку, с первой так называемой “случайной” встречи. Теперь вы ей больше не интересны.

– Леся, наверное, переживает, – хмурюсь. Хочется втащить Томинову, за то что играл чувствами моего ребенка. Но с другой стороны – задумка и правда идеальная. Открыла истинную сущность Ланы. Ведь если она повелась на этого актера, значит в любой момент могла повестись на кого угодно! Но успела бы привязать к себе Олесю сильнее. Пока девочка не так сильно успела привыкнуть к “матери”.

– Мне кажется, Мария со всем отлично справляется, – осторожно замечает Томинов.

– Ладно, ок. А вторая? Что там с ее беременностью? Она до сих пор торчит у деда в доме?

– Боюсь, что так. Простите.

– И что, тут у тебя есть план?

– С ней все не так просто. – Олег Николаевич, я все понимаю. Постараюсь решить как можно скорее с Анной. Вот только это увы не так легко. Пришли анализы, она и правда беременна.

– Что?? Не может быть!

– Почему не может? Она не обязательно беременна от вас!

– Так выясни подробнее.

– Для этого мне надо знать…

– Чего запинаешься? – рычу.

– Когда вы и она, в последний раз… Нужно точно вспомнить, – бормочет и прячет глаза.

Да уж, дожил. Обсуждаю свою интимную жизнь со своим деловым помощником. О много тебе придется как следует подумать, Дубровский и как следует пересмотреть свое поведение.

Выдаю Томинову нужные ему числа. С Анечкой у нас довольно уже приличное время назад близость была. Павел Данилович начинает сиять.

– Если все так, значит не от вас! У нее срок всего-то пять недель!

– Спасибо за хорошую новость, – морщусь. – Сделай так, чтобы этой потаскухи и близко не было в моем доме. – Действуй, премию отличную ты точно заслужил, Паш.

– Спасибо большое, Олег Николаевич.

– Больше нет новостей?

– Вроде бы нет.

– Тогда не теряй времени. Лану все же продолжай контролировать, пусть вообще моей дочери на глаза не попадается, раз уж пропасть себе позволила. Извини, Паш, давай, счастливо, у меня сейчас важная встреча.

Как назло, звонит телефон.

– Да? Сейчас мне совершенно некогда, – рявкаю в трубку. Томинов выходит из кабинета.

Мне в данную минуту предстоит сложный разговор с очень высокопоставленным чиновником. Надеюсь, эта встреча прояснит многое и я смогу вернуться как можно скорее домой.

Домой…

Так странно, я снова назвал мысленно дом деда своим.

Совсем как в детстве.

К вечеру едва ворочаю языком, зато почти обо всем договорился. Поларского должны на неделе выпустить под залог. Дальше предстоит долгий процесс, но я уверен в победе. Поларский уже и сам без меня справится.

***

Я так увлекся задачами, желая разобраться со всем как можно скорее, что не заметил, как пролетело время. И теперь ощутил внезапный голод. С завтрака прошла куча времени, надо поесть. Еще один звонок, подавив желание не брать мобильный в руки, смотрю на экран.

Мама.

Ну конечно, этого мне не хватало для полноты картины.

– Да? – отвечаю устало.

– Олег? Дорогой, я вчера прилетела из Лондона. Очень соскучилась. Давай встретимся? – щебечет в трубку.

– Хорошо. Я сейчас чертовски голоден, и мы можем пересечься в твоем любимом ресторане.

– Как замечательно! Я как раз туда еду!

– Договорились.

***

Моя мать – нежное, инфантильное создание, не особенно приспособленное к материнству. Всегда, сколько ее помню, была очень капризной, часто жаловалась на усталость, все время хотела путешествовать, отдыхать в каких-нибудь санаториях. Бывшая балерина, очень красивая, отец обожал её поначалу. У них случился страстный роман. А потом что-то между ними поменялось, и они начали жить как кошка с собакой. У них были бурные страсти, и до меня дела им по сути не было. Во всяком случае, я вижу ситуацию именно так. Зато был дед, который вырастил меня и воспитал нормальным мужиком. Был требовательным, суровым. Но всегда оказывался рядом в трудную минуту.

К своим сыновьям Аристарх относился очень критично, еще строже чем меня воспитывал. В итоге с моим отцом у него отношения были плохие. Артур – мой дядька, тоже в юности сбежал, точнее после окончания колледжа в Лондоне решил на родину не возвращаться, чем сильно разочаровал деда. Но они смогли позже наладить нормальные отношения. У Артура сын и дочь, мои двоюродные брат и