Сирота. Фиктивная семья для губернатора - Марго Лаванда

Знаю свою мать, она на многое способна, но такое… Не хочу в это верить!

– Дорогуша, я же не идиотка! Понимаю, чем это может грозить. Я совсем не хочу ссориться с новыми родственниками. Я конечно не в восторге от того что ты выходишь замуж за мужчину твоей сестры.

– Мама, у них была случайная связь много лет назад! Олег не ее мужчина! – почти кричу.

– Я в курсе, дочь! Но тем не менее! Мне кажется, ты должна понять, у них общий ребенок. Может получиться настоящая семья. А с тобой что? Он только развлекается. Ты слишком молода для него. Я тебе как лучше хочу, дочка. Посмотри, как Леся тянется к матери. Родная кровь.

– Где она была раньше?!

– Ну что толку от этого вопроса, Машуль? Пустые упреки. Ты сделаешь правильный выбор, я верю.

– Какой выбор, мам?

– Ты же видишь, что творится. Надо выкурить эту Аньку. Иначе нам вообще ничего не достанется. А ты такая размазня. Надо хватку иметь. Вот Ланка сможет с этой фифой разобраться.

– Ты как в казино ставки делаешь.

– Если хочешь, можешь так считать, Но я хочу нам всем счастья. Послушай, я уверена это сделала любовница Олега. Анечка эта, стервоза редкая! Вот зуб даю! И ещё мало ли что сделает. А может, Дубровский вообще хочет к ней вернуться, и поэтому уехал?

– Что за бред, мам? Олег делает то что хочет, он взрослый мужчина и не станет бегать от проблем.

– Разве ты не видишь, что не тянешь такого мужчину? Нет, конечно, если Лана не одумается, я не против ваших отношений с этим красавцем. Мне всё равно кто из моих дочерей выйдет замуж за губернатора.

– Даже не сомневаюсь, – кривлю лицо.

– Ты слишком гордая независимая, Маш. Я хорошо тебя знаю. Тебе что-нибудь скажут – обидишься, сорвешься. Поверь эта хитрая фифа Анечка не собирается просто так сдаваться. Я очень надеюсь, что Ланка вернется и возьмет все в свои руки. Вот ей никакие стервы не страшны, – в голосе явно звучит гордость.

– А я для её счастья должна что сделать? Уехать? – усмехаюсь горько.

У меня и в детстве было чувство, что мама больше любит Лану. И сейчас это снова обострилось. Обида. неприкаянность. Я думала, что теперь никогда не почувствую одиночество, ведь я нашла Олесю. Но и ее у меня сестра может забрать.

Убивало, что частично истина тут есть. Леся тянется к матери. А я – тетка. Гораздо более второстепенный участник ее жизни.

Что если и правда сейчас я помеха?

Ради Леси, может правда уехать?

Не мешать им всем строить счастливую семью.

Отбрасываю эти мысли. Олег сказал, что любит меня. Сделал предложение, прислал свадебное платье. Я должна верить ему! Пока он не сделал ничего, чтобы я в этом усомнилась. Мне жаль, что его прошлое мешает нам. Но оно есть у каждого человека. Нельзя бежать от проблем.

– Я сама разберусь, мам. Мне не нужны твои советы, – заявляю твердо. – А ты можешь делать что угодно.

***

В итоге, я никому не сказала про платье. Дубровский на днях вернётся, покажу ему. Я могла бы что-то придумать, как-то задекорировать этот ужасный разрез. На мне неприятно даже прикасаться к этой вещи.

Положила в коробку, и тихонечко поздно вечером отнесла на чердак, стараясь, чтобы меня никто не заметил.

Утром довольная Аня встретила меня за завтраком.

– Доброе утро, – проворковала, впиваясь в меня взглядом.

Я села напротив, стараясь придать себе беспечный вид. Если эта женщина ждет от меня скандала, то напрасно.

– Ну и где твоя сестрица? – спрашивает с вызовом. – Сошла с дистанции? А ты, значит, упертая, – прищуривается Анечка.

– Ты участвуешь в каких-то соревнованиях? Я не в курсе.

– Ну да, ты вообще не понимаешь, о чем я, ага. Так где Лана?

– Я понятия не имею.

Собираюсь уйти, понимая, что завтрак в такой компании точно не будет приятным. Не вижу смысла продолжать бессмысленный разговор, но в столовую забегает Олеся.

– Доброе утро! Машуль, а сегодня мы куда-нибудь поедем? Не хочу сидеть дома, косится на Аню.

– Сегодня мы поедем в школу, дорогая, – отвечаю строго.

– Я не хочу!

– Будет интересно, тебе понравится.

Но Леська хмурится.

– Я понимаю, что идти в новое место всегда тревожно, но уверяю, все будет замечательно

– Откуда ты знаешь? – спрашивает с вызовом Олеся.

– Потому что я тоже это проходила. Новые школы, новый коллектив. Это всегда непросто поначалу.

Рассказываю о своем опыте коротко, когда мне было семь мы тоже переехали из одного района в другой. Олеся немного успокаивается. Анечка утыкается в телефон, забывая про нас.

– А дедушка еще спит?

– Аристарх Иванович уехал в больницу, – говорит заходящая в этот момент в столовую Анна Игнатьевна.

– Почему вы не сказали? – пугаюсь.

– Это просто плановые анализы, – пожимает плечами.

– А она так испугалась за дедулю, ехидно замечает Анечка.

– Анна Игнатьевна, поможете мне платье погладить? Оно очень мятое, – просит Леся.

– Конечно, идем дорогая.

– Я хочу сама научиться.

Увы, я не успеваю следом за ними покинуть помещение.

Анечка вскакивает и преграждает мне дорогу.

– Поражаюсь вам с сестрицей! Вы конечно прошаренные нереально! И о деде волнуешься, и о девочке как о родной заботишься.

– Что ты пытаешься сказать? Что тебе подобное отношение к людям незнакомо?

– Нет, то что ты лживая насквозь!

– А ну перестала на дочь мою наезжать! – вмешивается появившаяся мама.

– Вот только вас еще не хватало! – выкрикивает Анечка.

– Это ты заткнись, шалашовка! Знаю я таких!

– Да как вы смеете меня оскорблять?? Я беременна!

– Мам, пожалуйста, не надо скандалить, – силой утаскиваю родительницу за собой.

– Ты так ничего и не поняла, Маша! Таким как она нельзя спускать! Она от этого только борзеет.

– Мне кажется ты сама говорила про крутой характер Аристарха Ивановича. Он не потерпит склок в своем доме.

– Его сейчас нет дома! – мама продолжает рваться в “бой”.

– Но слуги здесь. И они все доложат, мам.

– Ладно, отпусти меня. Я не буду возвращаться туда. Нет, ну до чего мерзкая особа!

Глава 32

Дубровский

– Ты должен сделать так, чтобы ни моей бывшей любовницы, ни этой странной Ланы в доме деда уже завтра не было, понял? – жестко заявляю помощнику, отбрасывая папку с отчетом.

Как же я задолбался. Дни, расписаны по минутам буквально. Из кожи вон лезу, чтобы другу помочь, хотя во многом он сам виноват. В некоторых вопросах наивен как ребенок. Бывший сотрудник собрал на Поларского целое досье,