Альфа Тео - Си Джей Праймер

Смех срывается с моих губ при виде нее, мокрой и надутой.

Она широко распахивает глаза. — Что тут смешного?

— Так и есть, — усмехаюсь я. — Перенервничала из-за небольшого дождя. Приободрись, малыш!

Брук резко разворачивается и снова начинает топать по тропинке. Идет сильный дождь, уже превращая грунтовую дорожку в грязь. Клянусь, все происходит как в замедленной съемке, когда я вижу, как нога Брук соскальзывает и она начинает падать.

Я бросаюсь вперед, пытаясь поймать ее, но слишком поздно, а земля слишком скользкая. Я хватаю ее за талию, но мои собственные чертовы ноги выскальзывают из-под меня. Следующее, что я помню, мы оба лежим задницами в грязи.

Я моргаю, глядя в темноте на Брук рядом со мной, обнимаю ее за талию, пытаясь помочь подняться. Я ожидал, что она разозлится, но…

Она смеется.

Она упирается руками в грязь за спиной, запрокидывает голову и издает громкий, полный, красивый смех.

Я замираю, уставившись на нее в полном благоговении, когда она снова наклоняет голову и поворачивается, чтобы посмотреть на меня.

— Что тут смешного? — Спрашиваю я, и мое лицо расплывается в улыбке.

— Это смешно! — восклицает она, поднимая руки перед собой и пытаясь стряхнуть с них грязь.

— Это всего лишь небольшой дождик, — поддразниваю я. — Да ладно.

Я нахожу опору, наклоняюсь, чтобы поднять ее с земли и поставить на ноги. Она берет себя в руки, пытается откинуться назад и откинуть волосы за спину, чтобы убрать их с лица. На ее щеках крапинки грязи, должно быть, она попала в нее, когда она пыталась стряхнуть ее с рук. Она снова замечает, что я на нее смотрю.

— Что?

Я хихикаю. — У тебя лицо в грязи.

— О да? — она выгибает бровь, в ее голубых глазах появляется озорство. Затем она протягивает грязную руку и размазывает ее по моему подбородку, прежде чем я успеваю увернуться.

Я отшатываюсь, смеясь. — Эй! — кричу я.

Брук ухмыляется. — Теперь у тебя лицо в грязи.

Где я это уже слышал? Песня из плейлиста Брук всплывает у меня в голове — песня Queen.

Я смотрю вниз на грязную тропинку, напевая себе под нос. — Грязь на твоем лице, ты большой позор.

Я оглядываюсь на Брук, и ее глаза загораются, губы растягиваются в великолепной улыбке.

Итак, я пою следующую строчку, на этот раз немного громче. — Разбрасываю твою банку по всему помещению…

Брук смеется, протягивает руку и игриво толкает меня в грудь. К черту эту улыбку, этот смех, дождь.… Меня так чертовски влечет к ней в этот момент — я просто хочу схватить ее, прижать к себе, целовать до полусмерти…

— Мы будем, мы будем зажигать тебя! — поет она, поворачиваясь обратно к тропинке и делая осторожный шаг.

Я вторю песне, повторяя ей эту строчку, и снова иду за ней по тропинке.

Дождь начинает стихать, но земля по-прежнему чертовски скользкая. Я так занят, наблюдая за ней, чтобы убедиться, что она снова не упадет, что мои собственные чертовы ноги продолжают скользить по грязи.

— Извини, что все пошло насмарку, — вздыхаю я.

— Только ты, Тео, — хихикает Брук, неторопливо шагая по тропинке впереди меня.

— Что только я?

Она бросает на меня взгляд через плечо, мокрые волосы развеваются. — Только ты мог превратить подобную катастрофу во что-то веселое.

Она разворачивается, продолжает идти, и будь я проклят, если прямо сейчас я не чувствую себя на миллион долларов. Так что, в конце концов, это был не эпический провал, несмотря на то, что шторм прекратился и мы оба сейчас покрыты грязью, она улыбается, ей весело. И я чувствую себя гребаным героем из-за того, что именно я вызвал эту улыбку на ее лице.

Мы продолжаем идти по тропинке, болтая и смеясь вместе, проливая свет на катастрофу, в которую превратился вечер. Я вижу впереди сквозь деревья тусклый свет огней комплекса и немного разочарован тем, что мы уже вернулись.

Брук взвизгивает, когда ее нога снова скользит по грязи. Я мгновенно оказываюсь рядом, хватаю ее за руку и поднимаю, пока она не упала. Остаток обратного пути я не отпускаю ее руку. Только после того, как мы проходим через ворота и выходим на тренировочное поле.

Тусклый свет над головой бросает отблеск на поле, и я наконец-то хорошо вижу, насколько растрепана Брук после нашей прогулки. Ее промокшая футболка прилипла к телу, мокрые пряди волос обрамляют лицо. Липкая коричневая грязь пачкает ее руки и предплечья, покрывая лицо веснушками. Тем не менее, она выглядит такой же красивой, как всегда, когда идет рядом со мной к дверям казармы.

Мы останавливаемся, прежде чем зайти внутрь, оборачиваясь, чтобы посмотреть друг на друга. Ее пухлые губы растягиваются в улыбке, когда она окидывает меня беглым взглядом.

— Ты в полном беспорядке.

Я хихикаю. — Да? Видела бы ты себя сейчас, — поддразниваю я.

Брук хихикает, глядя на свою перепачканную одежду. Она переминается с ноги на ногу, и между нами повисает тишина. Потом она снова поднимает на меня свои большие голубые глаза, и я чувствую, что мое сердце вот-вот выскочит из груди.

— Думаю, я пойду в душ, — тихо говорит она.

— Я тоже, — бормочу я.

Еще одна пауза.

— Хорошо, — выдыхает она.

— Хорошо.

Мы просто стоим там, уставившись друг на друга, такое сильное напряжение висит в воздухе. Черт, это приглашение? Должен ли я попытаться поцеловать ее или что-то в этом роде?

Если бы это был кто-то другой, я бы, не раздумывая, ответил на поцелуй. Но это не просто какая-то случайная девушка — это Брук. Она другая. Я не хочу все испортить.

Вместо этого я протягиваю руку, чтобы открыть одну из двойных дверей, и указываю внутрь.

— Сначала дамы.

Фу, это было так чертовски слащаво. Кто я, блядь, сейчас такой?

Брук бросает на меня кокетливый взгляд, в радужках ее глаз отражается волчий облик. Проходя мимо меня, она заправляет мокрые волосы за уши. Я следую за ней.

Черт, это происходит на самом деле? Я сейчас увижу Брук голой в душе? У меня кружится голова, вся кровь приливает прямо к моему члену.

В комплексе устрашающе тихо, почти все сегодня вечером в баре в Голденлифе, веселятся вовсю. Мы идем по коридору к раздевалке бок о бок, никто из нас не произносит ни слова. Мое сердце бьется так чертовски быстро.

Я открываю дверь раздевалки, снова пропуская Брук вперед меня. Яркий верхний свет в этот час не горит, только тусклый свет ночников, встроенных в стены через каждые несколько футов. Я подумываю включить верхний