Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

— Понимайте… Когда Лекси рассказала мне о том, что вы приехали погостить у Алисии, я… Дала понять, что считаю вас зазнавшейся стервой. — Жаклин нервно сглатывает. — Потому что верила всему, что про вас писали. Знаю, что не стоит верить всем подряд, но… Почему-то я всегда легко доверяла тому, что пишут в газетах и журналах. И… Я даже подумать не могла, что та статья могла быть лживой. Не подумала о том, что тот аноним так и не смог доказать свои слова. Просто сказал, что вы устроили истерику на съемках, но не подумал как-то доказать это.

— Не думай об этом, — мягко произносит Ракель. — Все нормально.

— Мне долгое время казалось, что вы получили свою славу не благодаря долгой и упорной работе, — слегка дрожащим голосом признается Жаклин, время от времени рассматривая свои руки. — Мол, вы… Побывали в постели влиятельных людей… И они… Заплатили за все… Чтобы вы в одно мгновение проснулись знаменитой…

— Жаклин…

— Знаю, я не должна была так думать. Не должна была говорить того, чего не знаю. — Жаклин нервно сглатывает. — Ведь я уж точно не сама получила все богатства. Именно мои родители много лет трудились, чтобы получить все то, что у нас есть. А я… Я просто жила в красивом и большом доме… Мне никогда не приходилось в чем-то себе отказывать. Я могла попросить все что угодно, и мне тут же это давали.

Жаклин аккуратно подтирает слезы под глазами.

— Мне… — слегка дрожащим голосом произносит Жаклин. — Придется признать, что я… Была избалованным ребенком с самого рождения. Родители до сих пор выполняют любое мое желание. Надо всего лишь сказать, что я хочу ту или иную вещь, и они тут же выдают мне нужную сумму денег. Говорят, что я могу идти в магазин и покупать. Они никогда не следили за чем, что именно я покупаю. И сколько покупаю.

— Ты должна радоваться, что у тебя есть такая возможность, — спокойно говорит Ракель.

— Я рада. Но… К сожалению… Я никогда не задумывалась о том, как тяжело могут даваться деньги… Как тяжело они достаются отцу и матери… Никогда не думала о том, что слава может доставаться известным людям не просто так… Что они должны делать хоть что-то, чтобы их заметили. И потратить многие годы своей жизни на то, чтобы чего-то добиться.

— Это правда, — кивает Ракель. — Но особенно тяжело начинать что-то с нуля. Когда у тебя нет никакой помощи… Никакого фундамента… Когда ты сама вынуждена выстраивать его и продолжать в том же духе, чтобы хоть чего-то добиться. И да, на это действительно уходят годы. А кто-то и за всю жизнь не добивается хотя бы чего-то.

— Да… И… Должна признаться… Я только недавно начала задумываться об этом… И… Даже думаю попробовать узнать, что значит – зарабатывать деньги.

— Но чем ты будешь заниматься?

— Не знаю… Пока что я думаю о том, чтобы попросить родителей позволить мне помогать им в бизнесе. Хоть я не особо понимаю, что и как делать… Но… Все же…

— Попробуй, если хочешь. Кто знает, может, у тебя есть огромный талант к тому, чем они занимаются.

— Ко мне начинает приходить осознание того, что я… Должна так или иначе заслужить то, что мне дают. — Жаклин качает головой. — Все-таки я не хочу, чтобы они думали, что я собираюсь сидеть на их шее до самой их смерти или до тех пор, пока не найду себе богатого мужа. Наверное… Мне и правда стоит чем-то заняться. Хотя бы для себя. Чтобы не страдать от безделья. Найти какое-то дело и заниматься им в свое удовольствие.

— Я рада, если ты и правда начала задумываться об этом, — дружелюбно говорит Ракель. — Никогда не поздно начать с малого. Потихоньку ты со всем разберешься и, возможно, даже сможешь продолжить дело своих родителей или открыть свое собственное. По крайней мере, у тебя будут свои собственные деньги, которые ты сможешь потратить на себя. Знаешь, какую гордость ты почувствуешь, когда возьмешь в руки свои первые честно заработанные купюры.

— Знаю… Но вообще-то я… — Жаклин тяжело вздыхает и на секунду опускает взгляд вниз. — Хотела поговорить не об этом… А о том, что произошло в день вашего визита в мой дом…

— Жаклин… — мягко, тихо произносит Ракель.

— Я вела себя слишком высокомерна по отношению к вам, — с грустью во взгляде признается Жаклин. — И мне очень стыдно за то, что я проявила к вам такое неуважение и не сдержалась хотя бы в вашем присутствии.

— Повторю еще раз, у тебя было право на свое мнение. Ты могла думать обо мне все что угодно. Я не могла заставить тебя восхищаться мной. Это не в моих силах.

— Знаю, но я бы хотела, чтобы все было иначе. И хотела бы извиниться перед вами.

— Жаклин, пожалуйста…

— Пожалуйста, Ракель, простите меня за то, что я посчитала вас едва ли не проституткой. За то, что оскорбляла вас, защищая какого-то анонима, который отказывается представиться миру и рассказывать все эти вещи открыто. Теперь я прекрасно понимаю, что ошибалась и была неправа.

— И что же изменило твое мнение?

— Время. Я обдумала всю эту ситуацию еще раз. И тот факт, что аноним не предоставил никаких доказательств, заставил меня усомниться в том, что это правда.

— Если это так, я рада.

— Вряд ли бы вы решились устроить истерику на съемках и кричать на всех углах о том, что вам все обязаны. Сейчас я уверена, что вы совершенно другая. Не такая, какой вас описал тот человек.

— У меня есть некоторые подозрения насчет виновного. И когда я решу проблему с тетей Алисией, то обязательно займусь этим делом.

— Интересно, почему он так поступил?

— К сожалению, есть человек, который решил отомстить мне за то, что я отвергла его, — задумчиво отвечает Ракель. — Его это сильно задело. Он не привык получать отказы. А мое поведение привело его в ярость.

— Ничего себе…