Хрупкое убежище - Кэтрин Коулc

Шеп провел рукой по лицу:

— Просто обсуждаем план на завтра. Нужно перебросить бригаду на другой объект на день.

Черт. Это рушило не только мою жизнь. Надо было помнить и об этом.

— Извини, Шеп.

Он подошел ко мне с двумя матрасами под одной рукой. Второй рукой притянул меня к себе, в пол-объятие:

— Это не твоя вина.

Я прижалась к его боку:

— Я бы с удовольствием врезала тому, кто все это устроил.

Шеп усмехнулся, но радости в этом не было:

— Думаю, это более чем справедливо.

Энсон наблюдал за нами в свете фонаря на крыльце:

— Осторожнее. Это не тот человек, с которым стоит связываться.

В его голосе слышалась тревога, как будто он заботился обо мне больше, чем хотел бы показать. Или мне просто хотелось так думать.

— Я буду осторожна. Да и не думаю, что кто-то прорвется сквозь мою охрану.

— Трое охранников, — раздался голос из темноты. Кай в мотоциклетных ботинках вышел на дорожку к гостевому домику. Даже при тусклом свете я заметила, что он бледнее обычного, а лоб прорезали морщины тревоги. — Извини. У меня был выключен звук на телефоне. Я только что увидел все сообщения и звонки. Ты в порядке?

Он не кинулся меня обнимать — это было не в его стиле. Но в глазах читалась настоящая забота. Меня мучила вина. У каждого из этой моей второй семьи были свои шрамы, а теперь я своими проблемами только подлила масла в огонь.

Я натянуто улыбнулась:

— Ну, Лолли пыталась меня накачать травкой, чтобы помочь, так что все не так уж плохо.

Уголки губ Кая даже не дернулись:

— Ро.

Я вздохнула:

— Я в порядке. Правда. Но Фэллон переживала, что ты не отвечаешь. Позвони ей, скажи, что все нормально.

Кай выругался вполголоса:

— Да.

Он зашел в дом, не сказав Энсону ни слова. Это не было грубостью — его мысли были где-то далеко.

Энсон прокашлялся:

— Я поеду. — Он взглянул на Шепа. — Завтра свяжемся.

Шеп кивнул:

— Спасибо тебе. Правда, очень выручил.

В его голосе прозвучало что-то странное. Какой-то вес в словах, который я не могла понять. Хотя, если честно, я и так не понимала, зачем Шеп вообще позвал Энсона этой ночью — чем он мог помочь?

Энсон лишь кивнул, а потом перевел взгляд на меня. Я замерла. Его взгляд скользнул по мне, будто проверяя — цела ли я, все ли в порядке.

— Береги себя, Безрассудная, — процедил он.

Я только кивнула — голос меня подвел. Но Энсон не стал дожидаться ответа, просто пошел к своей машине.

Шеп сжал мое плечо, а потом отпустил:

— Что у вас с ним вообще происходит? Я не пойму, вы до сих пор друг друга терпеть не можете или это какая-то странная дружба?

Я поморщилась. Не уверена, что Шепу стоило знать, о чем мы с Энсоном говорили ранее. Поэтому сказала уклончиво:

— Думаю, мы просто понимаем друг друга.

Шеп насторожился, глядя мне в лицо:

— В каком смысле?

Я переступила с ноги на ногу:

— Он не рассказывал мне, что с ним случилось, но я знаю — он потерял кого-то. Он понимает, через что я прошла. Некоторые вещи тяжело произнести вслух. Он по-прежнему тот еще придурок, но теперь я хотя бы понимаю его.

В лице Шепа проступила тревога:

— Просто будь осторожна. — Он сжал челюсть. — То дерьмо, с которым сталкивался Энсон… Оно темное. Темнее всего, что мы видели. Я не хочу, чтобы оно затянуло и тебя.

У меня внутри все сжалось. Учитывая то, через что прошли мы с братьями и сестрами, я считала, что видела уже самое худшее. А что может быть темнее этого?

***

— Нет, нам нужна нутелла и ягоды! — голос пронзил мое затуманенное утро сознание.

— Лолли, — зашипела Нора. — Взбитых сливок достаточно.

— У девочки чуть не сожгли дом, у нее какой-то жуткий сталкер. Думаю, она заслужила немного шоколада, — парировала Лолли.

Рядом со мной раздался стон, и локоть Фэллон врезался мне в живот.

Я сдавленно выдохнула, переворачиваясь на спину:

— Я слишком стара для этого.

— Извини, — пробормотала она, пытаясь сесть. — Тебе нужен побольше диван.

— Я не планировала ночевки в двадцать семь лет, — буркнула я.

Фэллон приподняла бровь:

— Думаю, тебе стоило бы устраивать ночевки другого плана — для взрослых.

Я метнула на нее злой взгляд:

— Сама бы на свидание сходила. Когда ты в последний раз на нем была?

Она тут же закрыла рот.

— Вот и я о том же. — Я потерла лицо. Глаза жгло, будто их всю ночь поливали кислотой. Хотя на самом деле я почти не спала. Я глянула на часы — восемь пятнадцать.

Из кухни донесся звон кастрюль.

— Тише! — шикнула Нора.

— Уже поздно. Проснулись все в радиусе пяти километров, — отозвался Кай.

Лолли хихикнула:

— Извините. Зато у нас есть вафли.

Я не удержалась и улыбнулась. Боже, какая же у меня замечательная семья.

Сбросив с себя одеяло, я села и натянула тапочки. Переодеваться не стала, просто быстро забежала в ванную почистить зубы. Когда я вышла в гостиную, по коридору бежала Кили.

Она влетела в меня, глядя снизу вверх с укором в глазах:

— Ты устроила ночевку без меня?!

— Это было не запланировано. Честно.

Кили продолжала смотреть, решая, вру ли я.

— Ну тогда ты обязана устроить еще одну, чтобы я пришла.

Я усмехнулась:

— Договорились. А пока могу загладить вину вафлями.

— С нутеллой! — крикнула Лолли из кухни.

— Да! — обрадовалась Кили и умчалась туда.

— Черт, — пробормотала Лолли. — Забыла посыпку в машине.

— Нам не нужны посыпки, — возразила Нора.

— Еще как нужны! Там единороги, — не сдавалась Лолли, прошествовав мимо меня и Трейса.

Кай потянулся, вставая с дивана, татуировки мелькнули из-под футболки:

— Тебе бы диван получше, Ро. Этот — комок дерьма.

— Следи за языком! — крикнула Нора.

— Мне такой и нужен, чтобы отпугивать ночных гостей, — парировала я.

Кай ухмыльнулся:

— Хорошо, что я спал и на похуже.

— Не сомневаюсь, — буркнула Фэллон.

Сказать, что у Кая в школе был бунтарский характер — значит ничего не сказать. По словам Норы,